Криминальная волна накрыла шведский город мальме после того, как город стал приютом для целой армии беженцев. Svenska Dagbladet (Швеция): миграция в корне меняет Швецию Мигранты в швеции
Я никогда до этого не был в Мальмё, зато много слышал про этот шведский городок. Судя по сообщениям СМИ, там настоящий ад с мигрантами! Швеция вообще довольно толерантная страна, поэтому мигрантов она принимала всегда больше остальных. Последний миграционный кризис тоже не обошёл страну стороной, и сюда хлынули десятки тысяч беженцев из Сирии, Ирака и других государств.
Почему именно Швеция? Для тех мигрантов, кто только приехал и пытается легализоваться, пособия небольшие (буквально на карманные расходы), но их бесплатно содержат в лагерях временного проживания и бесплатно кормят. А если они приехали из страны, где действительно велись боевые действия (та же Сирия и Ирак), очень велика вероятность, что им позволят остаться. Отказы исчисляются буквально десятками по сравнению с тысячами одобренных прошений об убежище. А там уже можно претендовать на пособие по безработице, которое чуть больше (не более 300 евро), и на пособия на каждого из несовершеннолетних членов семьи.
А Мальмё считается шведской столицей мигрантов. В 2017 году у 54% населения города хотя бы один из родителей был иностранцем. Больше всего в городе выходцев из Ирака, бывшей Югославии, Дании, Сирии, Польши, Ирана и Афганистана. В 2016 году количество мусульман в Мальмё оценивалось в 16% населения, сейчас их примерно четверть.
Когда СМИ хотят показать какую-нибудь жесть, они обязательно едут в Мальмё и пишут шокирующие статьи:
Я долго не решался посетить этот шведский город... Но наконец собрался с духом, застегнул карманы, оставил все ценные вещи в соседнем Копенгагене и поехал!
01. Мальмё находится совсем рядом с Копенгагеном. Города соединяет Эресуннский мост, один из самых знаменитых мире. Вернее, это наполовину мост, наполовину тоннель через морской пролив. Благодаря ему от аэропорта Копенгагена до Мальмё ехать примерно столько же, сколько от аэропорта самого Мальмё. У нас Эресуннский мост в последние годы стал известен благодаря шведско-датскому сериалу "Мост".
02. Дорога из центра Копенгагена до центра Мальмё занимает чуть больше получаса. Вокзал подземный, на платформе спокойно... Я приготовился к тому, что жесть начнётся прямо на вокзале, но пока вроде всё ок.
03. Обычно на вокзале всё сразу понятно. Но в Мальмё полный порядок. Я постоял минут 10 в надежде снять какую-нибудь большую семью сирийских беженцев, насилующую шведскую девушку, но ничего не было. Мимо меня только суетливо пробежала цыганка, и всё. Кстати, в шведском Гётеборге на привокзальной площади меня встретил целый табор цыган. Но тут вообще ничего... Не было на вокзале и толп полиции, не было и рамок и досмотров... Как-то не так я себе представлял мигрантский ад.
04. Интересная идея бетонных блоков, которыми теперь в Европе закрывают все общественные пространства. В Швеции их делают в виде поездов. Как вам? Вокруг вокзала я не встретил ни одного попрошайки... Никто не сидел на улице, никто не приставал к прохожим, никто не хватал меня за руку и не предлагал наркотики или услуги такси. В общем, спокойствие и красота. Скажу честно, в России редко встретишь такой чистый и спокойный вокзал.
05. Рядом с вокзалом – большая велопарковка. Красивая, крытая... Многие велосипеды не прикованы. Подозрительно для города, захваченного злыми мигрантами...
06. С виду Мальмё – обычный европейский городок.
07. Вдоль каналов красивое благоустройство, всё чистенько, гуляют родители с детьми...
08. Народ спокойно сидит на лавочках, обедает, работает за ноутбуками, читает, отдыхает. В общем, всё как всегда. Я бы даже сказал, первое впечатление от Мальмё – что он чище и спокойнее других европейских городов.
09. Склоны каналов утопают в цветах! Последний тренд в благоустройстве – дикая природа.
10. Как вам? 
11. Вот такой пешеходный мост через канал тут сделали... За первые 30 минут прогулки по городу ни одного мигранта не было встречено... Подозрительно!
12. Ещё один интересный момент. Вокруг вокзала на газонах расставлены уличные колонки "Бозе", каждая из которых стоит около 800 долларов. Они дают отличный звук, раньше я такие встречал только в Дубае... Как думаете, если бы у нас такие колонки начали в парках расставлять, долго бы они продержались?
13. Я целый день ходил по Мальмё и честно пытался найти какую-нибудь жесть, чтобы показать вам весь ужас мигрантского ада. Я представлял себя корреспондентом "Комсомолки", у которого редакционное задание – найти ужасы миграционного кризиса. Я повторял про себя ... Но ничего. Через 2 часа прогулок попался какой-то бомж. Но он вроде местный...
14. Встретил смуглого мужика, который рылся в мусорке... Но это вроде цыган.
15. Цыган летом в Европе вообще много. Но в Мальмё по европейским меркам их тоже мало.
Всё... На улицах увидел ещё несколько женщин в платках, но всё прилично, скорее это были богатые арабские туристки.
Мальмё оказался шикарным европейским городом, где было очень приятно погулять. Конечно, ощущения – одно, а статистика – другое. И в Мальмё действительно много мигрантов. Но большая их часть нормально интегрируется в шведское общество. Инциденты случаются, но, мне кажется, по большей части они раздуваются СМИ или политиками.
Я вам так скажу: в любом российском городе проблем с мигрантами гораздо больше, чем в шведском Мальмё. Поэтому за шведов можно особо не переживать.
16. Новая архитектура пожирает старую... Как вам? Мне кажется, слишком смело.
17. В центре очень много зелени.
18. Мэрия города
19. Этой ратуше скоро будет 500 лет, хотя в XIX веке она была перестроена.
20. Кстати, очень крутая тема: нашли и восстановили старую рекламу. Шикарно, когда город возвращает артефакты прошлого.
21. В Европе я с наслаждением и восторгом смотрю на старые двери. Старые двери – это просто прекрасно. Старые двери – это кайф! Особенно когда за ними хорошо ухаживают.
22. Фирменный люк Мальмё
23. Милая тварь
24. Не всё так идеально. Иногда фасады исторических зданий разрушают неуместными вывесками и рекламой.
25. Но в целом город очень чистый.
26. Пешеходная улица
27. Смотрите, я нашёл лужу!
28. У нас бы этот плющ сочли не соответствующим противопожарным нормам и вырубили)
41. О, а это новенький электробус Volvo 7900 Electric. Они могут заряжаться на остановках, а ещё эту модель уже тестируют в беспилотной модификации (правда, пока не в Мальмё).
42. Курьерикша
43. Некоторые велопарковки обозначены такими оранжевыми конструкциями.
44. На въезде во двор есть насос и набор инструментов для быстрого ремонта велосипеда.
45. Помимо велопроката в Мальмё есть ещё прокат скутеров. Это Lime, они широко распространены в США и начинают захватывать Европу, Южную Америку и Австралию. В Швеции есть ещё в Стокгольме, Гётеборге и Уппсале.
46. Шведы продвинулись дальше всех на пути раздельного сбора мусора. Более трети всех отходов им удаётся перерабатывать. Подробнее об этом я писал .
47. Гавань
48. Самый большой в мире открытый бассейн)
49. 
50. Туалет с дёрном на крыше, как у традиционных скандинавских домов.
51. Разумеется, он оборудован для инвалидов.
Я целый день гулял по Мальмё, и не было никаких проблем. Я не испытывал дискомфорта, я не чувствовал себя в опасности, я не видел грязи. Никто ко мне не приставал, никто не вёл себя шумно или вызывающе. Я обошёл разные районы и не увидел ничего страшного. Это к вопросу о том, что наши СМИ очень переживают из-за мигрантов в Европе, но не замечают проблем, которые есть у нас.
Журналистам "Комсомольской правды" и НТВ стоит напомнить, что в России нет ни одного вокзала или аэропорта, где смогли бы побороть мафию таксистов, убрать оттуда попрошаек и бомжей или навести порядок с полицией, чтобы она наконец начала выполнять свою работу. А шведы с этим успешно справляются, и несмотря на то, что в страну едут мигранты, самые "мигрантские" города у них выглядят гораздо спокойнее, чище и безопаснее, чем наши. Поэтому, надеюсь, мои читатели будут думать своей головой и критически относиться к всяким пропагандонским высерам.
А завтра мы посмотрим на жилые районы, где обитают мигранты.
В ходе журналистского расследования, которое провел шведский телеканал TV4 совместно с журналистом Радио Озодлик Сирожиддином Толибовым, стало известно, что сотни иностранцев работают в Швеции в рабских условиях.
«В Швеции существует скрытое от посторонних глаз некое невидимое общество. В этом обществе эксплуатируют трудовых мигрантов. Невидимая эксплуатация осуществляется везде – на строительных площадках, в школах, больницах, роскошных гостиницах и ресторанах», – говорит автор фильма Сирожиддин Толибов. По его словам, фильм рассказывает об узбекистанцах, которые незаконно устроились на работу за рубежом и в итоге попали в рабство.
Пассажиры прибывают в аэропорт Стокгольма. Вместе с тысячами туристов и местных жителей в страну проникают и мигранты без документов. Совместное расследование шведского телеканала TV4 и Радио Свобода позволило вскрыть схему, как мигранты получают налоговый номер, который позволяет устроиться на работу. Как минимум один из участников этой схемы в итоге устроился уборщиком в отделение шведской пограничной службы.
Это мигрант из Узбекистана.Он говорит, что знаком с человеком, который помогает нелегально получить работу в Швеции. Канал ТВ4 не раскрывает его личность. Голос и имя изменены.
«Мои друзья его знали. И друзья меня с ним познакомили. Тогда это было около двухсот долларов. Сейчас я не знаю, сколько надо платить», – говорит мужчина.
Сделка была заключена в библиотеке на окраине Стокгольма. Жасур передал свой паспорт и деньги человеку, которого TV4 называет Акмаль.
«Он попросил меня подождать. Сказал, что я смогу работать, открыть счет в банке и платить налоги», – рассказывает Жасур.
Акмаль зарегистрировал на имя Жасура старый автомобиль. Сделать это можно в национальном транспортном агентстве Transportstyrelsen. Оно пересылает данные в налоговую службу, потому что у Жасура нет шведского номера социального страхованиях. Взамен налоговая служба присваивает ему координационный номер, имеющий сходные функции. Наличие этого номера в корне меняет ситуацию.
«Вы можете обратиться в любую шведскую службу. Можно получить работу, открыть банковский счет, сделать регистрацию по месту жительства», – рассказывает сотрудница шведской налоговой службы Пиа Бергман.
Мы выяснили, что при фальшивой продаже автомобиля Акмаль указал, что живет в этом доме. По данным транспортного агентства, за последние три года на этот адрес был зарегистрировано более трех тысяч старых автомобилей. В разговоре с журналистами Акмаль сказал, что не занимается подобными вещами.
Большинство из примерно тысячи человек, получивших таким образом налоговые номера, мужчины, но было среди них и несколько женщин. Одна из них рассказывает, что женщинам, которые пытаются легализоваться по этой схеме, угрожает сексуальная эксплуатация. Мы не раскрываем ее имени, а голос изменен.
«Мне предложили работу, если я соглашусь неделю отработать бесплатно. Когда эта неделя кончилась, меня поставили перед выбором: или переспать с боссом, или никакой работы. Как тут выбрать? Многие женщины опускают голову и идут на это ради детей. Идут на это. Идут, потому что у них нет выбора. Им нужны деньги, чтобы растить детей. Но я не смогла на это пойти», – говорит она.
Судя по имеющимся документам, люди, которым Акмаль помог легализоваться через получение налогового номера, позже работали на стройке, в коммунальных службах и на предприятиях общественного питания. Некоторые устроились в университетскую больницу в Стокгольме или сюда, в крупнейший торговый центр в Скандинавии. Они рассказали нам, что работают сверхурочно, получая ниже минимальной зарплаты, а иногда им не платят вообще.
Такие рабочие места часто отдают на аутсорсинг различным агентствам. Мы обратились в эти компании, но там заявили, что умышленно никаких законов не нарушают. Но специалист по раскрытию мошеннических схем Андерш Бьоркенхайм настроен скептически.
«У них такая бизнес-модель, по крайней мере, частично. Они рассредоточивают этих людей среди других сотрудников. Никто ничего не спрашивает. У них есть координационный номер, может, даже банковский счет. По большому счету весь этот черный рынок – это работорговля при потворстве государства», – говорит Бьоркенхайм.
При этом, утверждает он, и работники, и работодатели нарушают закон. Бьоркенхайм показал нам объявления в интернете, открыто предлагающие покупку старого автомобиля для получения координационного номера, по-шведски Samordningsnummer.
Внезапно повсюду появились попрошайки — в первую очередь из Румынии и Болгарии. Они сидели у магазинов, на вокзалах, на улицах и площадях — не только в крупных городах, а почти в каждом поселке. Это был 2013 год. Они были даже в одном маленьком городке, где я часто бываю, — в местности, формально считающейся редконаселенной, вдали от железнодорожного сообщения. Они до сих пор сидят там у дверей «Ики» (Ica — продуктовый магазин, прим. перев.).
Масштабная миграция последних лет оставила след даже тут. Раньше в этом маленьком городке иммигрантов можно было пересчитать по пальцам. Сегодня же они — первое, что бросается в глаза на улицах. Вероятно потому, что у многих из них нет работы, и они слоняются без дела. Не только здесь так. Население всей Швеции сильно поменялось. Трудно найти место, которое бы осталось без изменений. Практически все своими глазами увидели эти перемены.
В новой работе Юакима Руиста (Joakim Ruist) «Глобальная миграция: причины и последствия» (Global migration — orsaker och konsekvenser), которую опубликовали на сайте «Эс-эн-эс» (SNS), эта перспектива не показана. Конечно, Руист отмечает, что Швеция заплатила определенную цену за миграцию. Именно это он вместе с Леннартом Флоодом (Lennart Flood) продемонстрировал в исследовании, представленном в 2015 году по заказу государства. Однако он считает, что цена эта настолько невелика, что другие страны ЕС и весь западный мир без особых проблем могли бы принять столько же мигрантов, сколько приняла Швеция в 2013-2016 годах. Если помогать будут все, то экономически все пройдет относительно безболезненно, считает он.
Мы можем, если захотим. Мы справимся.
Правда ли, что расходы были небольшими? Миграционный кризис случился при высокой конъюнктуре в стране, в ситуации, когда с государственными финансами у Швеции все было хорошо. Государство могло позволить себе потратиться. Но траты и потрясения были бы гораздо больше, если бы правила иммиграции не ужесточили. К тому же Руист и сам знает, что некоторые расходы — еще дело будущего. Согласно его исследованию, на одного мигранта за всю его жизнь уходит от двух до четырех миллионов, а за год на прием беженцев тратится 50 миллиардов крон. По исследованию Яна Экберга (Jan Ekberg) на ту же тему, примерно такая же сумма уходит на мигрантов второго поколения. Действительно ли 1% ВВП, который, по словам Руиста, тратят на беженцев, — небольшие деньги? А как насчет 2%, которые насчитал Экберг?
Контекст
Liberation: Мигранты - будущее мира
Libération 17.10.2018Мигранты совершают все больше преступлений в Германии
ИноСМИ 26.11.2018Миграцию из Африки в Европу не остановить
Rzeczpospolita 23.06.2017Мигранты оказываются гражданами второго сорта
The Sydney Morning Herald 06.02.2011Мультимедиа
Президенты-беженцы
Bento 06.06.2017Дети - о своей жизни в лагере беженцев
BuzzFeed 16.05.2014Для сравнения: оборона Швеции сейчас обходится примерно в 1% ВВП. Это много или мало? На помощь инвалидам уходит примерно 30 миллиардов в год. Это много или мало? На что можно было бы потратить деньги, которые сейчас уходят на мигрантов?
В интервью «Дагенс нюхетер» (Dagens Nyheter) Руист говорит, что упрямый протест против миграции безмолвного большинства жителей западного мира, к которому власти никогда не прислушиваются, — лишь следствие недопонимания.
По мнению Руиста, люди просто ошибаются, говоря, что миграция сильно влияет на общество. Она не может вызвать большие потрясения, утверждает он. Насколько же высоко надо сидеть в своей башне из слоновой кости, чтобы заявлять такое? Любой, кто хоть немного поездит по Швеции, увидит совсем другую картину.
Правда ли, что простые шведы, которые всегда хотели ужесточения миграционной политики, просто не знают, о чем говорят? Правда ли, что все дело лишь в недостатке информации?
Практически все исследователи этой темы согласны, что за прием беженцев приходится платить, хотя их мнения о том, во сколько процентов ВВП это обходится, расходятся. Но многие считают, что на самом деле протест против миграции в первую очередь связан с демографией, а не с экономикой.
Когда Джон Клиз (John Cleese) недавно вновь сказал, что Лондон больше не похож на английский город, он имел в виду не экономику, а демографию. И у жителей шведских городов информации тоже вполне достаточно. Они своими глазами видят, как за последние несколько лет изменился окружающий мир. Каждый день они наблюдают, как трансформируется их общество. Осмелюсь предположить, что эта информация важнее точных данных о том, сколько миллиардов ежегодно уходит на беженцев.
Именно демография, а не экономика — главная причина, почему все больше избирателей в Швеции и во всем западном мире голосуют за партии, которые хотят радикально уменьшить иммиграцию. Заимствуя слова из избирательной кампании Билла Клинтона 1992 года, можно сказать: «Это демография, дурачок!»
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.
Согласно данным Gаtestone Institute, с 1975 года, когда Швеция распахнула свои двери перед мигрантами со всего мира, по 2015-й количество изнасилований в этой, в течение нескольких веков тихой и мирной, скандинавской стране увеличилось на 1 472%. В последние годы Швеция находится в лидерах позорного списка государств, где чаще всего совершаются преступления против женщин, - примерно на уровне Лесото.
Насильники, имеющие, по неофициальным данным, почти сплошь иностранное происхождение, процветают в одной из самых демократичных и свободных стран мира, воспринимая эти блага как лицензию на вседозволенность, в то время как для шведов их заменили «политкорректностью» и «мультикультурализмом». По сути, жестким общественным требованием игнорировать и терпеть творимые мигрантами безобразия, принимать и даже подчиняться их диким нравам и обычаям, чтобы не прослыть «неонацистами» и «расистами», хотя ни нацизма, ни колоний Швеция никогда не имела.
Как мигранты «навсегда» меняют образ жизни шведов
Однако поскольку изнасилования остаются изнасилованиями, даже если полиции дана команда скрывать этническое происхождение преступников, властям все-таки приходится принимать какие-то меры. Закрытие навсегда музыкального фестиваля Bråvalla, самого популярного в Скандинавии, - одна из них. Причем мера эта весьма показательная - вместо борьбы с обнаглевшими мигрантами, которые рассматривают шведок как «проституток», раз те не носят чадру, и рядом с ними нет другого мужчины, в Швеции решили их просто не искушать, сделав крайними своих меломанов. Чтобы избежать худшего - изнасилованных любителей музыки.
Согласно данным Gаtestone Institute, с 1975 по 2015 год количество изнасилований в Швеции увеличилось на 1 472%. Фото: SvetlanaSF / Shutterstock.com
Нам было очень грустно принимать подобное решение, но, исходя из общей картины, мы не можем проводить этот фестиваль так, как нам бы этого хотелось»,
Процитировал американский портал Breitbart одного из организаторов Bråvalla. Он подчеркнул, что изнасилования - «это социальная проблема, а не проблема конкретного фестиваля».
Число жертв сексуального насилия на фестивале росло из года в год, пока не превысило 40 девушек и женщин. Дальше ехать действительно уже некуда. И это при том, что цифры наверняка заниженные. В этой связи в Швеции от отчаяния даже появились идеи проводить такого рода мероприятия по половому признаку - отдельно для мужчин и для женщин, по типу того, как в некоторых мусульманских странах для женщин выделен один ряд сидений в автобусе, а для мужчин - другой. Однако до копирования «моральных норм» ислама дело пока не дошло - значительно удобней оказалось фестиваль просто закрыть.
Так сами же шведы опровергли утверждения своей же собственной пропаганды, которые озвучило однажды Радио Швеции:
По статистическим данным, Швеция в последние годы занимает одно из первых мест в мире и первое в Европе по числу изнасилований из расчёта на душу населения. Цифры эти широко используются в антизападных, расистских и неонацистских кругах как доказательство краха и деградации мультикультурного шведского общества. Однако эти данные, по мнению экспертов, никак нельзя сравнивать с показателями других стран, потому что методы ведения статистики принципиально разные. И женщины в Швеции не рискуют в большей степени, чем в других странах, подвергнуться сексуальному насилию».
После истории с Bråvalla такого рода утверждения могут вызвать лишь горькую усмешку. Рискуют, и намного больше, чем в любой другой европейской стране, потому что ещё нигде не закрывали «навсегда» крупнейший и любимый молодежью музыкальный фестиваль из-за того, что пользующиеся гостеприимством Швеции мигранты и «просители убежища» из Азии и Африки запустили набирающий обороты конвейер изнасилований.
Почему?
Потому что теперь это уже почти их страна. В одном из крупнейших городов Швеции - Мальмё - мигранты составляют почти половину населения, мусульманин там каждый четвертый. В стране появились районы, где число «понаехавших» превышает 80%, хотя достаточно и 10% мигрантского населения, чтобы коренные шведы начинали покидать насиженные места и перебираться туда, куда переселенцы еще не добрались. Но они всегда следуют за ними по пятам. Причем если в прошлые десятилетия мигранты еще хоть как-то интегрировались, то в последние годы этого практически не происходит, потому что приезжих стало уж слишком много.
В Швеции функционируют сотни экстерриториальных анклавов, которые живут по законам шариата, куда боится заглядывать полиция и люди с фотоаппаратами, где их атакуют банды сидящих на социальных пособиях «радикализировавшихся» бородатых бездельников, а нередко и «раскрепостившиеся» в Европе по этой части женщины, одежда которых скрывает всё, кроме глаз. Периодически Швецию потрясают совершаемые мигрантами - индивидуально и группами - жестокие преступления сексуального характера против шведских девушек, которые считаются в Европе одними из самых красивых, женщин, мальчиков и даже мужчин. Времена, когда шведы наводили страх на всю Европу, брали Мюнхен и считались самыми «крутыми» солдатами в мире, давно прошли.
Читайте также:
"Беженцы" в Швеции отказываются селиться в выделяемом им бесплатном жилье, ставя хозяевам свои условия Случаи такого рода стали все чаще происходить в 9,8-миллионной Швеции, где прогнозируют, что в 2015-2016 годах...А что же власти?
Контролируемые истеблишментом шведские СМИ делают всё для того, чтобы замять эти истории. Многие шведы боятся откровенно высказываться на эти темы, как по идеологическим причинам, так и опасаясь за последствия, поскольку «политкорректность» обязательна только для жертв. Лишь жестокая реальность заставляет коренных жителей, понимающих, что от своих властей они помощи не дождутся, сопротивляться: после серии жестоких групповых изнасилований в Мальмё в городе появились гражданские ночные патрули.
Но правительство вместо того, чтобы навести в стране порядок, пока это еще хоть как-то возможно, предпочитает «помогать» шведам советами. Так, например, министр юстиции и миграции Морган Йоханссон призывает граждан «не выходить на улицы в одиночку в темное время суток и ездить на такси».
Министр юстиции и миграции Швеции Морган Йоханссон призывает граждан «не выходить на улицы в одиночку в темное время суток и ездить на такси». Фото: www.globallookpress.com
Позиция властей абсолютно лицемерна. С одной стороны, заявляется, что «расследование сексуальных преступлений должно специально исключать этническое происхождение». С другой, шведов обязывают «учить новоприбывших мигрантов шведским ценностям», несмотря на угрозу получить за это при полной безнаказанности бейсбольной битой по зубам. Вообще права этнических преступников явно имеют приоритет перед правами шведских жертв: судьи и полицейские относятся к ним со снисхождением - дескать, не знают местных нравов и законов, у них так принято.
Ну а если преступник малолетка, то его вообще нельзя трогать, хотя в странах, откуда прибыли насильники, их бы подвергли мучительной казни и за куда менее серьезные прегрешения. Они имеют, таким образом, «лучшее из обоих миров», когда надо - требуя применения местных законов, а когда не надо - убеждая шведские власти, что в их странах это якобы дозволяется. И это работает. Причем во всей Европе. Швеция отличается от остальных стран только тем, что процессы самоуничтожения там зашли дальше, чем у других.
Шведское сопротивление этому порабощению носит пока в основном подспудный характер. Однако что-то подсказывает, что оно, безусловно, проявит себя на предстоящих этой осенью парламентских выборах. На них имеющая третью по численности фракцию в Риксдаге антимигрантская партия «Шведские демократы» может преподнести лево-либеральному истеблишменту - по примеру Германии и Италии - очень большой сюрприз.
Швеция - одна из немногих европейских стран, распахнувших объятия мигрантам. На протяжении десятилетий беженцы органично вписывались в шведское общество, восполняя нехватку рабочих рук и не нарушая при этом культурную целостность страны. Однако новые мигранты не желают превращаться в шведов, а хотят жить по-своему, что вызывает раздражение у местных жителей. Особенно достается обитателям города Мальмё, который превратился в неофициальную столицу беженцев: здесь они составляют около 40 процентов населения. Как изменилось отношение великодушных шведов к «понаехавшим», выясняла .
«Место, где раньше стояли унылые бетонные здания рабочего квартала, теперь превратилось в шумную улицу с кафе и ресторанами восточной кухни. В воздухе витают пленительные ароматы ванили, корицы, кардамона, имбиря, слышится арабская речь. Раньше на каждом углу города можно было купить гамбургер или колбаску, сейчас к ним добавились фалафель, донер, кебабы», - так описывал в 2015 году ситуацию один из жителей шведского Мальмё, принявшего беженцев с Ближнего Востока и севера Африки.
С распростертыми объятиями
По его словам, многие шведы в разгар миграционного кризиса приносили еду, лекарства, теплую одежду и игрушки в центры размещения беженцев и на вокзалы, куда прибывали мигранты. Некоторые и вовсе радушно распахнули для «понаехавших» двери своих домов.
Швеция всегда гордилась своей щедростью и великодушием по отношению к иностранцам. Это началось во время Второй мировой войны. Нейтральная страна не подверглась разрушениям и сохранила промышленный потенциал, ее экономика продолжала бурно развиваться. Королевство нуждалось в рабочей силе, поэтому иммиграционное законодательство было максимально мягким. В страну хлынули норвежцы, бежавшие от нацистов, прибалты, датские евреи. Потом пришла очередь иранцев, спасавшихся от гонений шаха Пехлеви, и чилийцев, скрывавшихся от генерала Пиночета. Потом пожаловали эритрейцы, сомалийцы и курды.
Швеция приступила к строительству социал-демократического государства, лояльность к приезжим стала частью шведской идентичности, символом преданности моральным принципам. Государственная система предоставляла социальные льготы не только коренным шведам, но и беженцам: жилье, здравоохранение, качественное образование, отпуск по уходу за ребенком, пособие по безработице - у них было все.
Фото: Johan Nilsson / TT News Agency / Reuters
К началу 1990-х королевство принимало по 40 тысяч беженцев в год. Все изменилось в 1992 году. После войны в Югославии почти 700 тысяч человек обратились в страны Западной Европы с просьбой об убежище. По традиции первым откликнулся Стокгольм, однако вынужден был ужесточить иммиграционную политику, ограничив возможности получения вида на жительство и въезда в страну. Как пишет , шведы боялись приезда югославов: «Люди думали, что они привезут в шведские пригороды свою войну. На улицах начали маршировать неонацисты. Экономика оказалась на самой низкой отметке с 1930-х годов».
Но через некоторое время они, как и другие беженцы, органично вписались в шведское общество, восполнив нехватку рабочих рук. Культурная целостность королевства не пострадала. «Одни боснийцы теперь работают министрами в нашем правительстве, другие лечат нас», - описывает ситуацию Лиза Пеллинг (Lisa Pelling) из аналитического центра Arena Group, занимающаяся исследованием проблем беженцев.
Шведы гордились тем, что смогли успешно интегрировать мусульманское население, и были уверены, что система, отлаженная годами, не дает сбоя.
Понаехали тут
Когда в 2015 году в Европе разгорелся миграционный кризис, большинство беженцев устремились в Швецию и ФРГ. Германия, все еще испытывающая чувство вины за Вторую мировую, провозгласила политику открытых дверей и протянула нуждающимся руку помощи. На этом фоне подвиг маленькой Швеции был не столь заметен, хотя именно скандинавское королевство приняло основной поток мигрантов из расчета на душу населения.
Однако поведение новых «понаехавших» сильно отличалось от привычного. Мигранты оседали на окраинах крупных городов, не шли на контакт с местными, мусорили на улицах и совершали мелкие преступления. В некоторых местах, пишет , их доля достигает 80 процентов от общего числа населения.
Еще одна серьезная проблема заключается в высоком уровне безработицы. В Швеции во многих сферах преобладает узкая специализация: чтобы работать, необходимо иметь высокую квалификацию, которой нет у мигрантов. Помимо этого, необходимо выучить шведский язык.
От любви до ненависти
Постепенно терпение у великодушных шведов иссякло. Проведенный осенью 2017-го опрос показал, что 41 процент местных граждан считают, что королевство принимает слишком много беженцев, - а в середине прошлого года их было всего 29 процентов. Журналисты и политики придерживаются правила не обсуждать проблемы, связанные с миграционным кризисом, дабы не прослыть расистами и ксенофобами.
Тем временем среди простых шведов все чаще слышатся призывы поменять миграционные правила. Чтобы получить работу, беженцы имеют право на переобучение за счет государства, но за последний год лишь 30 процентов мигрантов, прошедших программу интеграции, смогли найти работу или продолжить обучение. На приезжих королевство тратит около четырех миллиардов долларов в год, хотя еще недавно эта сумма составляла менее миллиарда долларов. Не исключено, что страна с десятимиллионным населением, принимающая более ста тысяч мигрантов каждый год, рано или поздно столкнется с серьезными экономическими проблемами.
«Проблема беженцев расколола благовоспитанную Швецию (...) Час расплаты за шведскую щедрость наступает только сейчас, и никто не удосужился посчитать, во что она обойдется», - пишет Foreign Policy. Как рассказал Ивар Арпи (Ivar Arpi), обозреватель газеты Svenska Dagbladet и непримиримый критик миграционной политики, «люди, поднимающие эту тему, теряют друзей, да что там - раскалываются целые семьи».
«Прошлым летом моя бабушка едва не умерла от голода в больнице, а эти мигранты бесплатно получают еду и медицинскую помощь. Я думаю, государство прежде всего должно заботиться о собственном народе, а уже потом, если что-то останется, помогать другим», - делится размышлениями полицейский пограничной службы.
У женщин большое недовольство вызывает закон, согласно которому мигрантки с детьми младше семи лет могут рассчитывать на несколько лет оплачиваемого отпуска вне зависимости от того, работают они или нет. На самих шведок это правило не распространяется: они могут получить 450-дневный отпуск после рождения малыша только в том случае, если до этого не были безработными.
Плата за гостеприимство
В последнее время в Швеции вырос уровень преступности. Власти страны не обнародуют данные об этнической принадлежности подозреваемых, стараясь не увязывать эту тенденцию с ростом числа беженцев. В отличие от них, американский лидер миндальничать не стал, заявив, что виноваты в этом именно «понаехавшие». Его точку зрения поддерживают многие европейцы.
В Швецию приехало много молодых мужчин, после чего в королевстве, особенно в южном городе Мальмё, резко возросло число преступлений на сексуальной почве. Так, в конце января этого года молодой шведке разбили голову бутылкой после того, как она отвергла приставания незнакомца в ночном клубе «Бабель» в центре Мальмё. 19-летняя Софи Йоханссон (Sophie Johansson) во время танца почувствовала чужие руки на своих ягодицах, а затем и между ног. Девушка ударила мужчину, чтобы он отстал, и получила ответный удар кулаком в лицо.
Она решила не разжигать конфликт и вместе с другом пошла к выходу. Пристававший парень догнал их и ударил Софи по голове бутылкой. «Я думала, что это жидкость из бутылки [течет по лицу], но мой друг сказал мне, что это кровь. Я была в шоке», - рассказала девушка. В конце 2017 года произошло несколько изнасилований, что одной из девушек подожгли половые органы.
Множатся конфликты на расовой и межнациональной почве. Были отмечены случаи нападения на мигрантов, поджигали их палатки. В августе 2015 года двое выходцев из Эритреи напали на посетителей в городе Вестерос (примерно в 100 километрах от Стокгольма), нанеся ножевые ранения 55-летней шведке и ее 28-летнему сыну. В ответ активизировались крайне правые. В городе Арбуга у предоставленного беженцам здания были обнаружены два контейнера с воспламеняющейся жидкостью, а в Вернамо неизвестные пытались устроить поджог в приюте для детей-беженцев, оставшихся без родителей. Полиция усилила меры безопасности в центрах размещения мигрантов.
Очевидно, что в нынешних условиях старые верные способы интеграции не работают. Мигранты других национальностей и вероисповеданий не желают превращаться в шведов, не собираются отказываться от своих традиций и хотят жить по-своему. Чтобы как-то решить эту проблему, Швеции придется пересмотреть миграционную политику, даже если новые правила покажутся подданным короны жесткими и негуманными. Попытка сохранить нейтралитет в этом вопросе может обойтись стране слишком дорого.
