Николай 2 отрекся в пользу. Акт непринятия престола великим князем Михаилом Александровичем
Царь от престола не отрекался.
Отречение было сфальсифицировано предателями.
Такой вывод может зделать теперь каждый, прочитав эту статью. Автор проводит блестящее расследование просто обратившись к первоисточнику. Низкий ему за это поклон. Накануне дня памяти святых Царственных Мучеников нам особенно важно переосмыслить нашу историю и понять, в каком государстве мы сейчас живём.
Кругом… обман!
Николай II.
Я сообщаю вам только одни точные факты.
Выводы для оценки… сделайте сами.
А. С. Лукомский. Протокол допроса.
Официальная версия отречения прописана детально. Многочисленные мемуары очевидцев, дым газетных репортажей и скупые строки дневника Императора - фрагментами мозаики легли в общую картину; свидетельства думских заговорщиков сплелись в причудливую вязь с показаниями заговорщиков Свиты. Согласно их обобщённой версии, 28-го февраля Царь выехал из Ставки в Царское Село, но был остановлен на пути следования сообщениями о безпорядках в Любани и Тосно. Развернув поезда, Государь приказал объехать бунтующий участок через ст. Дно и Псков на Царское. Но во Пскове Николаю II передали телеграммы командующих с мольбами об отречении, после чего Царь отрёкся, подписав два соответствующих манифеста.
Такова официальная версия. Концы интриги спрятаны надёжно, факты предательства тщательно затушёваны. Клятвопреступления вообще как бы не было - ведь Государь отрёкся Сам.
Тем не менее, факт заговора особо не скрывается даже его участниками. Но в чём же заключался заговор, если наличествует своей рукой подписанное отречение, если власть, добровольно или вынужденно, но СОБСТВЕННОРУЧНО была передана заговорщикам? На этот вопрос я попробую найти ответ.
К сожалению, не приходится рассчитывать на помощь верных Государю людей – среди окружавших Его очевидцев верных Царю не нашлось. «Кругом измена и трусость и обман!» Это ничего. Нам помогут «очевидцы» другого рода, долго молчавшие посреди лгавших нам людей, и донесшие до нас их тайны и измены. Это пожелтевшие в архивах листы экземпляров «отречения».
Вот они:
Поглядим внимательно на эти бумаги. Неспешный их анализ поведает пытливому человеку многое. К примеру, всем изследователям бросается в глаза то, что подписи Государя сделаны карандашом. Удивлённые историки пишут, что за 23 года правления то был единственный раз, когда Государь поставил на документе карандашную подпись. Целиком разделяя их удивление, шагнем, однако, немного дальше, и проверим аутентичность самих подписей Царя и Фредерикса, оценим структуру текста «отречения» и установим его авторов, посчитаем буквы в тексте и уточним количество известных нам экземпляров «отречений».
1. Кто написал текст «отречения». Телеграмма Алексеева № 1865.
Кто же сочинил «отречение» Государя?
Сам Государь. Так, по крайней мере, следует из свидетельских показаний. Согласно им, Императору предлагались «наброски» отречений, которыми Он не воспользовался. Вот что в точности пишет очевидец Шульгин:
«Государь ответил. После взволнованных слов А.И. (Гучкова – Р.) голос Его звучал спокойно, просто и точно. Только акцент был немножко чужой – гвардейский:
– Я принял решение отречься от престола…
Государь встал… Все поднялись… Гучков передал Государю «набросок» (отречения – Р.). Государь взял его и вышел.
Через некоторое время Государь вошел снова. Он протянул Гучкову бумагу, сказав:
– Вот текст…
Это были две или три четвертушки – такие, какие, очевидно, употреблялись в Ставке для телеграфных бланков. Но текст был написан на пишущей машинке.
Текст был написан теми удивительными словами, которые теперь все знают…
Каким жалким показался мне набросок, который мы привезли. Государь принес и его и положил на стол. К тексту отречения нечего было
прибавить…»
Ему вторит другой свидетель:
«Описание свидания Гучкова и Шульгина с Государем 2-го марта, сделанное Шульгиным, вскоре после возвращения депутатов в Петроград, составлено довольно верно».
Ген. Д. Н. ДУБЕНСКИЙ.
«Как произошел переворот в России».
Третий свидетель, полковник Мордвинов, хотя и отказался, по его же собственным словам, участвовать во встрече Государя с думцами, почему-то также взялся горячо уверять нас в правдивости рассказа Шульгина:
«Рассказ Шульгина, напечатанный в газетах, который я впоследствии прочел, многое возобновил в моей памяти. За небольшими исключениями (про справку в основных законах Шульгин умалчивает) он в общем верен и правдиво рисует картину приема членов думы».
Полк. А. А. МОРДВИНОВ.
«Последние дни императора».
Поверим на слово и ему. Сам виноват – за язык не тянули.
Подведу итоги. Таким образом, Государь, согласно показаниям трёх свидетелей, ознакомившись с «наброском» отречения, любезно подготовленным для Него Гучковым и Шульгиным, отклонил его как «жалкий» и, куда-то выйдя, составил свой собственный вариант. Который напечатал собственноручно или надиктовал безвестной машинистке «теми удивительными словами, которые теперь все знают». Затем вышел и подписал. Так говорят свидетели.
Теперь посмотрим документы.
Телеграмма генерал-адъютанта Алексеева Царю, № 1865, от 1 марта 1917 г. По утверждению советского историка Щёголева, доложена Николаю II генералом Рузским 1/14 марта во Пскове в 23 часа.
Телеграмма генерала Алексеева, посланная в Псков на имя Николая II 1-го марта.
«Его Императорскому Величеству.
Ежеминутно растущая опасность распространения анархии по всей стране, дальнейшего разложения армии и невозможности продолжения войны при создавшейся обстановке настоятельно требуют немедленного издания высочайшего акта, могущего еще успокоить умы, что возможно только путем признания ответственного министерства и поручения составления его председателю Государственной Думы.
Поступающие сведения дают основание надеяться на то, что думские деятели, руководимые Родзянко, еще могут остановить всеобщий развал и что работа с ними может пойти, но утрата всякого часа уменьшает последние шансы на сохранение и восстановление порядка и способствует захвату власти крайними левыми элементами. Ввиду этого усердно умоляю Ваше Императорское Величество соизволить на немедленное опубликование из ставки нижеследующего манифеста:
«Объявляем всем верным Нашим подданным:
Грозный и
жестокий враг напрягает последние силы для борьбы с нашей родиной. Близок решительный час. Судьбы России, честь геройской нашей армии, благополучие народа, все будущее дорогого нам отечества требует доведения войны во что бы то ни стало до победного конца.
Стремясь сильнее
сплотить все силы народные для скорейшего достижения победы, Я признал необходимость призвать ответственное перед представителями народа министерство, возложив образование его на председателя Государственной Думы Родзянко, из лиц, пользующихся доверием всей России.
Уповаю, что все
верные сыны России, тесно объединившись вокруг Престола и народного представительства, дружно помогут доблестной армии завершить ее великий подвиг.
Во имя нашей возлюбленной родины призываю всех русских людей к исполнению своего святого долга перед нею, дабы вновь явить, что Россия столь же несокрушима, как и всегда, и что никакие козни врагов не одолеют ее. Да поможет нам Господь Бог». 1865. Генерал-адъютант Алексеев. 1 марта 1917 г.»
Сравним текст телеграммы Алексеева, доложенной Царю первого марта, и текст «отречения», самостоятельно придуманный Государем второго марта. Совпадения двух текстов я выделил красным.
Ставка
Начальнику штаба.
В дни великой борьбы с внешним врагом, стремящимся почти три года поработить нашу Родину, Господу Богу угодно было ниспослать России новое тяжкое испытание. Начавшиеся внутренние народные волнения грозят бедственно отразиться на дальнейшем ведении упорной войны.
Судьба России, честь геройской Нашей армии, благо народа, все будущее дорогого Нашего Отечества требуют доведения войны во что бы то ни стало до победного конца. Жестокий враг напрягает последние силы, и уже близок час, когда доблестная армия Наша совместно со славными Нашими союзниками сможет окончательно сломить врага. В эти решительные дни в жизни России почли Мы долгом совести облегчить народу Нашему тесное единение и сплочение всех сил народных для скорейшего достижения победы и в согласии с Государственной думою признали Мы за благо отречься от престола государства Российского и сложить с Себя верховную власть. Не желая расстаться с любимым сыном Нашим, Мы передаем наследие Наше Брату Нашему Великому Князю Михаилу Александровичу и благословляем его на вступление на Престол Государства Российского. Заповедуем Брату Нашему править делами государственными в полном и ненарушимом единении с представителями народа в законодательных учреждениях на тех началах, кои будут ими установлены, принеся в том ненарушимую присягу. Во имя горячо любимой Родины призываем всех верных сынов Отечества к исполнению своего святого долга перед ним повиновением Царю в тяжелую минуту всенародных испытаний и помочь ему вместе с представителями народа вывести Государство Российское на путь победы, благоденствия и славы. Да поможет Господь Бог России.
Николай
Суммирую полученный результат:
Телеграмма Алексеева № 1865. Текст «отречения» Царя.
1. жестокий враг напрягает 1. Жестокий враг напрягает
последние силы последние силы
2. Близок решительный час. 2. близок час
3. Судьбы России, честь 3. Судьба России, честь
геройской нашей армии, геройской нашей армии,
благополучие народа, все благо народа,
все будущее дорогого нам отечества будущее дорогого нашего Отечества
требует доведения войны требуют доведения войны
во что бы то ни стало во что бы то ни стало
до победного конца. до победного конца.
4. сплотить все силы народные 4. сплочение всех сил народных
для скорейшего для скорейшего
достижения победы достижения победы
5. представителями народа 5. представителями народа
6. верные сыны России 6. верных сынов Отечества
7. тесно объединившись 7. тесное единение
8. Во имя нашей возлюбленной 8. Во имя горячо любимой
родины призываю всех русских Родины призываем всех верных
людей к исполнению своего сынов Отечества к исполнению
святого долга перед нею своего святого долга перед ним
Алексеев Николай
1 марта 1917 года. 2 марта 1917 года.
Представляю, как, не найдя собственных слов для такой незначительной бумаги, - отречения от Престола, - Государь выборочно, но кропотливо, чуть изменяя чужие буквы, слова и выражения, тщательно переписывает текст телеграммы Алексеева.
Ах да, чуть не забыл. Перепечатывает, конечно. Хотя, может быть, тоже не сам.
Тщательнее надо было заметать следы, господа заговорщики. Такие телеграммы сразу жгут. А телеграфистов вешают.
Но кто же тогда составил текст «отречения»?
Авторы текста «отречения».
Кто готовил текст телеграммы генерал-адъютанта Алексеева Царю, № 1865, от 1 марта 1917 г.? Обратимся к мемуарам очевидцев.
«В этот период времени из Могилева от Генерала Алексеева был получен проект Манифеста, на случай, если бы Государь принял решение о своем отречении, в пользу Цесаревича Алексия.
Проект этого Манифеста, насколько я знаю, был составлен Директором Дипломатической Канцелярии при Верховном Главнокомандующем Н. А. Базили, по общим указаниям Генерала Алексеева».
Ю. Н. Данилов.
"Мои воспоминания об Императоре Николае II-ом и Вел. Князе Михаиле Александровиче".
«Составлялся в Ставке манифест, который должен был быть опубликован.
Манифест этот вырабатывался в Ставке и автором его являлся церемониймейстер высочайшего двора директор политической канцелярии при верховном главнокомандующем Базили, а редактировал этот акт генерал-адъютант Алексеев.
Когда мы вернулись через день в Могилев, то мне передавали, что Базили, придя в штабную столовую утром 2-го марта, рассказывал, что он всю ночь не спал и работал, составляя по поручению генерала Алексеева манифест об отречении от Престола Императора Николая II.
А когда ему заметили (Полковник Немченко передал мне это в Риме 7 мая (н. ст.) 1920 года.), что это слишком серьезный исторический акт, чтобы его можно было составлять так наспех, то Базили ответил, что медлить было нельзя и советоваться было не с кем и что ему ночью приходилось несколько раз ходить из своей канцелярии к генералу Алексееву, который и установил окончательно текст манифеста и передал его в Псков генерал-адъютанту Рузскому для представления Государю Императору».
Ген. Д. Н. ДУБЕНСКИЙ.
"Как произошел переворот в России".
Полк. А. А. Мордвинов: «В проекте манифеста, каким-то образом предупредительно полученном из Ставки и составленном, как я узнал потом, по поручению генерала Алексеева, Лукомским и Базили, потребовались некоторые изменения.
«По получении указанной выше телеграммы из Штаба Сев. фр., - вспоминает подполковник Пронин, - ген. Лукомский спешно пригласил г. Базили; спустя некоторое время был составлен и передан в Псков проект манифеста об отречении Императора от Престола в пользу Сына»
Сергей Фомин.
"Отречение".
«Очевидно, манифест был прекрасен, если производил такое впечатление на слушателей, но только к основному его тексту не приложилась рука Монарха.
Текст манифеста был составлен в Ставке, по поручению Алексеева, камергером Базили при непосредственном участии самого начальника штаба и Лукомского и был послан Царю в 7 ч. 40 м. на случай, если Царь «соизволит принять решение».
История несколько подшутила над мемуаристом, слишком нарочито и неумеренно выставлявшим свои монархические чувствования
На генерала Селивачева на фронте манифест произвел совсем иное впечатление.
3 марта он записал в дневник: «По слогу манифеста совершенно ясно, что он продиктован Государю от первого до последнего слова».
Данные, нами приведенные, по существу не оставляют места для сомнений. Разрешить вопрос уже безоговорочно могло бы только недоступное нам ознакомление с оригиналом».
С. П. Мельгунов
Мартовские дни 1917 года.
«Генерал Алексеев поручил генералу Лукомскому и церемониймейстеру Н. А. Базили составить проект манифеста об отречении и передал его Данилову в 17 ч. 40 м. при телеграмме:
«Сообщаю проект выработанного манифеста на тот случай, если бы Государь Император соизволил принять решение и одобрить изложенный манифест. 2 марта. 1896. Генерал-адъютант Алексеев».
Такова была энергия и предупредительность Ставки в деле отречения Государя Императора».
А. И. Спиридович
"Великая Война и Февральская Революция 1914 -1917 г.г."
«Поздно вечером 1/14 марта генерал Рузский прислал телеграмму, что Государь приказал составить проект манифеста об отречении от престола в пользу Наследника с назначением Великого Князя Михаила Александровича регентом.
Государь приказал проект составленного манифеста передать по прямому проводу генералу Рузскому.
О полученном распоряжении я доложил генералу Алексееву, и он поручил мне, совместно с начальником дипломатической части в Ставке г. Базили, срочно составить проект манифеста.
Я вызвал г-на Базили, и мы с ним, вооружившись Сводом Законов Российской Империи, приступили к составлению проекта манифеста.
Затем составленный проект был доложен генералу Алексееву и передан по прямому проводу генералу Рузскому».
А. Лукомский. Воспоминания в 2 томах (изд. "Кирхнер". Берлин. 1922).
Обобщив мемуарные записи, можно сделать вывод, что текст «отречения» был написан генерал-лейтенантом Александром Сергеевичем Лукомским и чиновником Министерства иностранных дел, заведующим дип. канцелярией Ставки Николаем Александровичем Базили, под общей редакцией начальника штаба Алексеева.
2. Структура текста «отречения». Две или три четвертушки.
По словам очевидца Шульгина, подлинник был напечатан на машинке:
"Это были две или три четвертушки - такие, какие, очевидно, употреблялись в Ставке для телеграфных бланков".
Подпись была сделана карандашом.
Сообщение Шульгина весьма любопытно, но вызывает ряд вопросов.
К примеру, сразу возникает вопрос: как же подписывал Государь этот удивительный подлинник из нескольких телеграфных четвертушек - каждый листок в отдельности, или поставил одну общую подпись в конце?
Каким образом разместилась информация на этих четвертушках?
Подлинник «отречения» из ГАРФ не даёт нам ответа на эти вопросы.
Вопреки утверждениям Шульгина, Мордвинова и ген. Данилова, он не состоит из телеграфных бланков, а перепечатан с них на новый лист. Сохранился и адресат:
«Ставка Начальнику Штаба.»
Попробуем сами разместить текст «отречения» на трёх шульгинских четвертушках.
Так как текст на подлиннике напечатан без абзацев, для начала разобьем «отречение» на смысловые блоки:
1-я четвертушка: 13 строк с шапкой.
«Ставка
Начальнику штаба.
В дни великой борьбы с внешним врагом, стремящимся почти три года поработить нашу Родину, Господу Богу угодно было ниспослать России новое тяжкое испытание. Начавшиеся внутренние народные волнения грозят бедственно отразиться на дальнейшем ведении упорной войны. Судьба России, честь геройской нашей армии, благо народа, все будущее дорогого нашего Отечества требуют доведения войны во что бы то ни стало до победного конца. Жестокий враг напрягает последние силы, и уже близок час, когда доблестная армия наша совместно со славными нашими союзниками сможет окончательно сломить врага».
2-я четвертушка: 13 строк.
Вставленный текст:
«В эти решительные дни в жизни России почли МЫ долгом совести облегчить народу НАШЕМУ тесное единение и сплочение всех сил народных для скорейшего достижения победы и в согласии с Государственною думою признали МЫ за благо отречься от Престола Государства Российского и сложить с СЕБЯ Верховную власть. Не желая расстаться с любимым Сыном НАШИМ, МЫ передаем наследие НАШЕ Брату НАШЕМУ Великому Князю МИХАИЛУ АЛЕКСАНДРОВИЧУ и благословляем Его на вступление на Престол Государства Российского. Заповедуем Брату НАШЕМУ править делами государственными в полном и ненарушимом единении с представителями народа в законодательных учреждениях на тех началах, кои будут ими установлены, принеся в том ненарушимую присягу».
3-я четвертушка: окончание, подписи, 7 строк.
«Во имя горячо любимой Родины призываем всех верных сынов Отечества к исполнению своего святого долга перед ним повиновением Царю в тяжелую минуту всенародных испытаний и помочь ему вместе с представителями народа вывести государство Российское на путь победы, благоденствия и славы. Да поможет Господь Бог России».
В результате такой разбивки текста можно сделать два вывода.
1. Первая и третья часть однородны по смыслу и составляют основу приказа Царя «к верным сынам Отечества повиновению Государю» в тяжёлую минуту испытаний.
2. Средняя часть «отречения» заключена в трёх предложениях(!), которые и являются собственно отречением. Не вступая в явное противоречие с содержанием первой и третьей частей, она, тем не менее, не состоит с ними и в очевидной смысловой связи.
Вполне возможно, что колебания Шульгина вокруг «двух или трёх четвертушек» имеют более глубокий смысл, чем принято считать. Согласно общей практике, подпись ставится в конце телеграммы. Не является ли средняя часть «отречения» позднейшим вложением?
Если всё происходило именно так, как описывают очевидцы, и Царь подписал «отречение» в виде телеграммы, состоящей из нескольких бланков, на последнем листе – заговорщики могли удалить один из бланков или вложить туда новый телеграфный лист с изменённым текстом.
Если это предположение верно, средняя часть «отречения» должна без остатка уместиться на стандартном телеграфном бланке.
Не имея под рукой подлинников подписанной Государем телеграммы, сравним размеры средней части «отречения» с имеющимися в нашем распоряжении бланками телеграмм тех дней.
3. Средняя часть «отречения». «Ставка Начальнику штаба.»
Возьмём стандартный бланк телеграммы и посчитаем на нём все знаки, включая пробелы, запятые и точки:
Телеграмма М.В. Алексеева императору Николаю II о ходе восстания в Москве. Получена в Ставке 1 марта 1917. ГА РФ. Ф.601. Оп.1. Д.2094.
723 знака.
Сравним:
.....
Въ эти решительные дни въ жизни России,почли МЫ долгомъ совести облегчить народу НАШЕМУ тесное единение и сплочение всехъ силъ народныхъ для скорейшего достижения победы и,въ согласии съ Государственною Думою,признали МЫ за благо отречься отъ престола государства Российского и сложить съ СЕБЯ верховную власть. Не желая расстаться съ любимымъ Сыномъ НАШИМ,МЫ передаемъ наследие НАШЕ брату НАШЕМУ великому князю МИХАИЛУ АЛЕКСАНДРОВИЧУ и благословляемъ Его на вступление на Престолъ Государства Российского. Заповедуемъ Брату НАШЕМУ править делами государственными въ полномъ и ненарушимомъ единении съ представителями народа въ законодательныхъ учрежденияхъ на техъ началахъ,кои будут ими установлены,принеся въ томъ ненарушимую присягу.
.....
= 728 знаков.
Мы получили абсолютное совпадение по количеству знаков. Таким образом, все наши предположения имеют жёсткое обоснование. Как видим, средняя часть «отречения» имеет точный размер телеграфного бланка, или описанной выше «четвертушки».
Спасибо Шульгину за подсказку. Оставил ли он нам эту веху, знак, случайно, или в неуёмной болтливости своей решил напомнить заговорщикам ставки и Свиты о ярком эпизоде осуществлённого ими переворота, сейчас уже неважно.
Важно другое.
Если убрать три предложения, в которых заключается «отречение»(!!!), всё встаёт на свои места.
Значит, заговорщиками рассматривался вариант вложения – замены или «вброса» - лишней «четвертушки» в призыв Царя «к верным сынам Отечества повиновению Государю», то есть обычный подлог, с последующей нейтрализацией Николая II.
Затем для простоты дела был использован обобщённый вариант «трёх четвертушек», к которому узурпаторам вместо слов: «Ставка Начальнику штаба.» поневоле пришлось прилепить шапку: «Манифест. Мы, Божией Милостью Николай Вторый...», как это действительно было принято в Императорских манифестах.
В таком случае неясно, каким образом подписи Государя оказались на общем листе, если сами заговорщики уверяют, будто Николай II подписывал «отречение», напечатанное на телеграфных бланках. Тем любопытнее будет тщательно изучить эти подписи. Посмотрим на них внимательно.
4. Подписи Николая II.
Вот подписи, которые стоят под «отречениями».
Первый экз. отречения. 15 часов 00 мин. 2 марта 1917 года.
Попробуем наложить их друг на друга.
При наложении подписей проявилась весьма характерная особенность - два автографа с двух разных листов «отречения» абсолютно идентичны.
Этому могут быть следующие объяснения.
Можно предположить, что Государь за годы правления либо выработал исключительно устойчивую подпись с уникально похожими росчерками, либо подписи нанесены кем-то другим под копирку, или же через стекло.
Как говорилось ранее, «подписи Государя» были сделаны карандашом.
Этот факт в контексте сказанного объясняет многое и не вызывает уже того удивления, которое испытывают изследователи, разглядывая единственную за всю историю карандашную подпись Царя на государственном документе.
Чтобы проверить обе версии нанесения подписей, обратимся к другим известным подписям Государя, принадлежность которых руке Монарха не вызывает сомнений.
5. Подписи Царя:
окончание.
Для идентификации подписей Царя воспользуемся двумя доступными нам документами с известной датировкой.
Это:
1. «Приказ Николая II по армии и флоту о принятии на Себя обязанностей Главнокомандующего» от 23 августа 1915 года и
2. Автограф Николая II от 9 февраля 1916 года.
Подпись с «Приказа Николая II по армии и флоту о принятии на Себя обязанностей Главнокомандующего» от 23 августа 1915 года выглядит так:
Попробуем их совместить.
При сравнении подписей мы видим, что, за исключением росчерков, в целом они совпадают. Однако об уникальной устойчивости росчерков говорить не приходится.
Остаётся проверить, соответствуют ли подписи на «отречениях» настоящим подписям Царя.
Настоящая подпись Царя с «Приказа по армии...» наложена на настоящую подпись Царя с Автографа и на две подписи с «отречений».
Судите сами.
6. Третий подлинник «отречения».
Сколько нам твердили, что «отречение» подписано в ДВУХ экземплярах! Сколько лжецов-очевидцев написало свои мемуары, объясняя, почему взялось именно такое количество «отречений»!
Третий подлинный экземпляр «отречения», по времени опубликованный ранее первых двух, выглядит так:
Факсимиле этого «отречения» напечатано в 1919 году в Нью-Йорке г-ном Ломоносовым, помощником Бубликова, в книге воспоминаний «Мемуары о русской революции», на 54-ой странице.
Убедиться в том, что это именно третий экземпляр, а не копия с первых двух, легко, сравнив «подписи Государя». Видно даже на глаз - они разные. Последняя имеет ярко выраженные отличия от первых двух. Смотрите:
Достаточно сравнить вторую букву «и» и предпоследнюю «а».
Итак, появился третий, совершенно никому неизвестный подлинник.
Объяснить его появление в рамках официальной версии отречения абсолютно невозможно.
И с этим ничего уже поделать нельзя.
По «Мемуарам» Ломоносова, судьба первого, «гучковско-шульгинского» экземпляра «отречения», доставленного в Петроград, складывалась следующим образом.
Гучков и Шульгин привозят его на Варшавский вокзал, где, по неясным причинам, он оказывается в руках некоего Лебедева.
Тот пешком несёт его куда-то по Измайловскому проспекту.
Навстречу ему на машине движется Ломоносов с водителем, вероятно, Иваном Роговским.
Практически случайно Ломоносов замечает Лебедева среди толпы людей.
Через некоторое время Лебедев садится в машину и передаёт Ломоносову акт «отречения», который тот прячет в левый боковой карман тужурки (где, отмечу, таким бумагам самое место).
Привезя «отречение» не в Думу, а в министерство путей сообщения, Ломоносов не машет им принародно на людях, а скромно показывает всего двум посвящённым: Бубликову и Добровольскому - и опять суёт «отречение» в боковой карман.
Тайком, чтобы никто ничего не знал, составляется Комитет спасения «пропавшей грамоты» (куда пропавшей? – Р.) из четырех: Лебедева, Ломоносова, Бубликова и Добровольского.
Затем с бумаги снимают рукописную копию: Лебедев диктует, Ломоносов пишет.
Когда копия была готова, её своими честными именами заверили все четверо, а «подлинник спрятали среди старых запыленных номеров официальных газет, сложенных на этажерке в секретарской», где он и находился какое-то время.
О дальнейшей судьбе этой бумаги отважный спаситель «грамоты» нам не поведал.
Таким образом, исходя из «Мемуаров» Ломоносова, ясно, что последний имел прямое отношение к описанному экземпляру «отречения».
Ломоносов стыдливо умалчивает, откуда взялось факсимиле «отречения» в его «Мемуарах», ведь речи о снятии факсимильных копий в его книге нет.
Не исключено, что он сумел вывезти «подлинник отречения» за границу, где этот листок может находиться до сих пор.
7. Подпись Фредерикса.
«Все присутствовавшие, за исключением престарелого гр. Фредерикса, разсказали обстановку, в которой произошло
формальное отречение от престола царствовавшего Монарха».
С. П. Мельгунов
Мартовские дни 1917 года.
«Оглашается документ-записка, на которой рукою Фредерикса помечено:
получено от Сухомлинова 17 февраля 16 г.
Фредерикс: …Я вам могу сказать, что по сходству оно похоже на мой почерк. Но чтобы я такую вещь написал, я могу поклясться, что я бы не сделал. Я бы поклялся, что я этого не писал, но я не могу поклясться.
Следователь: Это только похоже на ваш почерк или это ваш почерк?
Фредерикс: Я говорю: похоже, что не я писал. Я готов поклясться, что не писал.
Следователь: Вы готовы поклясться, что не писали?
Фредерикс: А сходство есть безусловное».
С. П. Мельгунов.
"Судьба Императора Николая II после отречения".
Заканчивая разбор внешнего вида «отречений», необходимо остановиться на последней подписи в этих документах - заверяющей (контрассигнирующей) подписи Фредерикса.
Надпись гласит:
«Министр Императорского Двора
Генерал Адъютант Граф Фредерикс»
Меня удивила похожесть контрассигнирующих надписей графа Фредерикса на всех трёх «отречениях», и я сделал наложение трёх надписей друг на друга.
Причём накладывал не слово на слово, а наложил ВСЮ НАДПИСЬ ЦЕЛИКОМ, ВСЕ СЕМЬ СЛОВ СРАЗУ, в две строки, с пробелами, промежутками и росчерками.
Три автографа на трёх разных документах совпали до буквы.
Судите сами.
Нет разницы даже не между буквами, а МЕЖДУ РАСПОЛОЖЕНИЕМ ВСЕХ СЕМИ СЛОВ ВО ВСЕХ ТРЁХ ДОКУМЕНТАХ.
Без копирования на стекле добиться такого эффекта нельзя.
Характерно, что на всех трёх документах в словах: «15 час.» - цифры «5» разные.
Они действительно были проставлены отдельно. То есть это действительно разные бумаги.
Зигзаги, соединяющие красные слова, я сделал и оставил специально: с их помощью накладывал текст не по словам, а целиком.
Абсолютное совпадение в написании от руки семи слов в трёх документах – невозможно.
Вот что по этому поводу лжёт очевидец:
«Эти манифесты были, наконец, около часу ночи переписаны, как их от Государя принесли в купе к графу Фредериксу и с каким отчаянием бедный старик, справляясь с трудом, дрожащей рукою их очень долго подписывал».
Полк. А. А. Мордвинов.
"Отречение Николая II". С. 119.
Сравним с описанием документа «отречения», сделанным специалистами ГА РФ:
«в левом нижнем углу черными чернилами поверх карандаша заверительная надпись рукой В.Б. Фредерикса: министр императорского двора генерал адъютант граф Фредерикс».
«Чёрными чернилами поверх карандаша»… Да-да, именно так я и представлял себе всегда заверение Царских документов.
Бедный старик Фредерикс с отчаянием заверяет три «отречения» карандашом, а затем с ужасом, судя по всему, поняв, что натворил, дрожащею рукой обводит заверительные подписи ручкой.
Ну ладно. Хватит шутить. Слишком долго шутили над нами.
Итак, три подписи Фредерикса – это копии одной и той же подписи, сделанные с какого-то четвёртого документа.
Что это за документ, где он сейчас находится и жив ли он вообще – ещё предстоит узнать. Всё это – мелочи и технические детали.
Главное заключается в том, что заверительные подписи Фредерикса на «отречениях» - дёшево подделанные копии. Это доказано.
Вот и всё, друзья мои. Их игра кончилась.
Выводы.
1. Текст отречения составил не Государь.
Черновик отречения был написан и отправлен во Псков из Ставки 1 марта в виде телеграммы Алексеева, Лукомского и Базили, а затем кем-то доработан до знакомого нам сочетания слов.
2. Текст отречения не был написан Государем от руки. Все известные экземпляры отречения напечатаны на машинке.
Об этом говорят Шульгин, Мордвинов и ген. Данилов.
Начальник походной канцелярии ген. Нарышкин в «протоколе отречения» пишет более лукаво: Государь приказал «его переписать», что, однако, также свидетельствует, что текст отречения не был записан Государем лично.
3. Три очевидца, Мордвинов, Шульгин и Данилов, прямо указывают, что текст был напечатан на телеграфных бланках, несмотря на то, что военно-походная канцелярия Государя хранила любые бланки, включая, разумеется, бланки Царских Манифестов.
При этом Данилов пишет о ДВУХ телеграфных бланках, а Шульгин – о трёх.
4. Из текста отречения видно, что составлен он особым образом: по смыслу и количеству строк разделён на три абзаца, или «три четвертушки», описанные Шульгиным.
Средняя часть «отречения» по количеству знаков абсолютно совпадает с размером телеграфного бланка.
Значит, заговорщики предусматривали вариант подлога: «вброса» или замены средней четвертушки в подписанную Государем телеграмму, с последующей нейтрализацией Государя Николая II.
5. Подписи на хранящихся в ГА РФ отречениях (или отречении?) Государя от Престола, а также их факсимиле в известных нам большевицких изданиях подделаны.
6. Согласно описанию документа отречения Государственным Архивом РФ, заверяющая (контрассигнирующая) надпись Министра Императорского Двора графа Фредерикса на отречении также сделана карандашом, а затем обведена ручкой.
Сама оригинальная подпись Фредерикса на документе ГА РФ отсутствует.
Итоги:
Самодержец ВсеРоссийский Государь Император Николай II никогда не составлял отречение, не писал его от руки и не подписывал.
Документ также не был заверен Фредериксом.
Таким образом, Государь не имеет никакого отношения к собственному отречению.
Андрей Разумов.
2 марта 1917 года российский император Николай II подписал отречение от престола в пользу своего брата Михаила (который вскоре также отрекся). Этот день считают датой гибели российской монархии. Но до сих пор по поводу отречения есть множество вопросов. Мы попросили прокомментировать их кандидата исторических наук Глеба Елисеева.
1. Когда появилась версия, что отречения не было?
Первый раз версия о том, что отречение юридически неправомочно, появилась еще в 1921 году, на Съезде хозяйственного восстановления России, проходившем в германском городе Бад-Рейхенгалль. В выступлении бывшего заместителя председателя Главного совета «Союза русского народа» В. П. Соколова-Баранского было заявлено, что отречение «Государя Императора Николая, как насильственно исторгнутое и незаконное за Сына, не действительно, а Великого Князя Михаила Александровича, как условно до Учредительного Собрания, - незаконно». Тогда же было подчеркнуто, что «Основные законы Российской империи» в принципе не предполагали и никак юридически не обговаривали процедур отказа Государя от престола. А вот о том, что собственно отречения вообще не было, заговорили уже в девяностые годы ХХ века, когда появилась возможность свободно исследовать так называемый «Манифест об отречении» императора Николая Второго. (В литературе его также иногда именуют «актом об отречении», что странно, ибо таких документов юридическая практика Российской империи точно не знала).
Николай II
2. На какие источники ссылались?
Рассматривался целый комплекс источников, в первую очередь, мемуары очевидцев, которые, естественно, и «врали как очевидцы». (Первый сборник таких материалов издали еще при Советах,
к 10-летию революции). При изучении документов исследователи (особенно ведущий отечественный специалист по этому вопросу П. В. Мультатули) выявили настолько откровенные противоречия в воспоминаниях, что это уничтожило всю благостную картину «добровольного отречения», которую годами создавала советская историография. Вторым важнейшим шагом стало рассмотрение факсимильного воспроизведения текста «Манифеста об отречении» императора Николая Второго. Здесь важнейшую роль сыграла статья А. Б. Разумова «Несколько замечаний по “Манифесту об отречении Николая II”», где было убедительно доказано, что подписи на так называемом отречении почти наверняка являются подделкой.
3. Насколько этим источникам можно доверять?
Здесь не надо путать два момента - собственно источникам (еще раз подчеркну - преимущественно мемуарного происхождения) доверять надо крайне осторожно, перепроверять их. А вот аргументацию исследователей проверить достаточно просто. Воспоминания «очевидцев» «отречения» многократно издавались, широко доступны как в печатном виде, так и в сети. И даже текст «Манифеста» выложен в Интернете, и каждый может проверить доводы А. Б. Разумова или других специалистов, сравнив их утверждения с реальным документом.
«Акт об отречении», подписанный императором Николаем II. Государственный архив Российской Федерации
4. Действительно Николай II поставил под документом подпись карандашом?
Подпись действительно поставлена карандашом. И что? Истинная проблема заключается в другом - на самом ли деле это подписался государь? Или кто-то иной за него?
5. А где сейчас хранится документ об отречении?
В настоящее время «Манифест об отречении» (под названием «Акт об отречении») хранится в Государственном архиве Российской Федерации (бывший Центральный государственный архив Октябрьской революции и Центральный государственный архив РСФСР); его архивные данные (ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 2100а. Л.5) Фотокопию его можно посмотреть на сайте ГАРФа.
6 . Верно ли, что подпись карандашом, а не чернилами автоматически делает документ недействительным?
Нет, это не так. На некоторых маловажных документах (вроде отдельных телеграмм в Ставку) государь и ранее делал пометы карандашом. Данный документ делает недействительным не карандашная подпись, а его неправильное оформление по закону: он составлен не по правилам для такого рода документов (манифестов), не заверен Императорской печатью, не утвержден Правительствующим Сенатом, не одобрен Государственным советом и Государственной думой. То есть является юридически ничтожным.
Императорский Поезд отправляется в Ставку
7. Есть ли какие-то исторические свидетельства, что в период с марта 1917 по июль 1918 Николай II отрицал подлинность своего отречения от престола?
С 8 марта 1917 года государь и члены его семьи находились под арестом, их контакты с внешним миром были резко ограничены. Позднее же все близкие, с которыми Николай Александрович мог вести подобные разговоры (супруга, личный врач Е. С. Боткин, князь В. А. Долгоруков или граф И. Л. Татищев) также были убиты большевиками.
Дневник императора Николая II за 1916–1917 гг. “Суть та, что ради спасения России и удержания армии на фронте в спокойствии, нужно решиться на этот шаг”.
9. Могло ли быть так, что Николая II попросту арестовали, а его подпись под отречением подделали?
Во Пскове императора сначала фактически арестовали, задержав царский поезд якобы для «обеспечения его безопасности» в связи с начавшимися беспорядками. Государь был полностью изолирован от внешнего мира, не имел возможности даже говорить по телефону. И это положение сохранялось до 8 марта 1917 года, когда реальный арест был просто формализован решением Временного правительства. А то, что известно в науке под «Актом об отречении», скорее всего, является подделкой (аргументы А. Б. Разумова очень убедительны). Но в любом случае, даже если после графологической экспертизы подпись Николая Второго будет признана подлинной, это не отменит ни сомнений в одобрении государем остального текста, напечатанного на пишущей машинке, а не написанного собственноручно, ни юридической ничтожности оформленного подобным образом документа.
10. Считал ли Николай II, что его отречение от престола означает ликвидацию российской монархии?
Ни в коем случае государь так не считал. Более того, даже так называемый «Манифест об отречении» говорит лишь о передаче верховной власти великому князю Михаилу Александровичу. И даже отречение великого князя не означало ликвидацию монархии. Кстати, это прекрасно понимали члены Временного правительства. Даже после формального провозглашения республики 1 сентября 1917 года окончательно решить вопрос о форме правления в России должно было только Учредительное собрание.
Отречение от престола Николая II было знаковым событием для русской историй. Свержение монарха не могло произойти на пустом месте, оно было подготовлено. Ему способствовало много внутренних и внешних факторов.
Революции, смены режимов, свержения правителей не происходят мгновенно. Это всегда трудоемкая, дорогая операция, в которой задействованы как прямые исполнители, так и пассивный, но не менее важный для результата кардебалет.
Свержение Николая Второго было спланировано задолго до весны 1917 года, когда произошло историческое отречение последнего русского императора от престола. Какиме же пути привели к тому, что многовековая монархия оказалась поверженной, а Россия оказалась втянутой в революцию и братоубийственную Гражданскую войну?
Общественное мнение
Революция происходит прежде всего в головах; смена правящего режима невозможна без большой работы над умами правящей элиты, а также населения государства. Сегодня эта методика влияния называется «путем мягкой силы». В предвоенные годы и в годы Первой мировой войны зарубежные страны, прежде всего Англия, стали выказывать по отношению к России необычные симпатии.
Посол Великобритании в России Бьюкенен совместно с министром иностранных дел Англии Греем организовал две поездки делегаций из России на Туманный Альбион. Сначала проникнуться расположением к Британии поехали русские либеральные писатели и журналисты (Набоков, Егоров, Башмаков, Толстой и др.), за ними в круиз отправились политики (Милюков, Радкевич, Ознобишин и др.).
Встречи русских гостей были обставлены в Англии со всем шиком: банкеты, встречи с королем, посещение Палаты лордов, университетов. Вернувшиеся литераторы по возвращении стали взахлеб писать о том, как в Англии хорошо, какая сильная у неё армия, как хорош парламентаризм...
А вот вернувшиеся «думцы» и вовсе встали в феврале 1917 года в авангарде революции и вошли во Временное правительство. Налаженные связи между британским истеблишментом и русской оппозицией привели к тому, что во время союзнической конференции, проводившейся в Петрограде в январе 1917 года руководитель британской делегации Милнер направил Николаю II меморандум, в котором чуть ли не требовал ввести в состав правительства нужных для Британии людей. Царь это прошение проигнорировал, но «нужные люди» в правительстве уже были.
Народная пропаганда
О том, насколько массированной была пропаганда и «народная почта» в преддверии свержения Николая II, можно судить по одному занятному документу - дневнику крестьянина Замараева, который хранится сегодня в музее города Тотьмы Вологодской области. Крестьянин вел дневник на протяжение 15 лет.
После отречения царя он сделал следующую запись: «Романов Николай и его семья низложены, находятся все под арестом и получают все продукты наравне с другими по карточкам. Действительно, они нисколько не заботились о благе своего народа, и терпение народа лопнуло. Они довели свое государство до голоду и темноты. Что делалось у них во дворце. Это ужас и срам! Управлял государством не Николай II, а пьяница Распутин. Сменены и уволены с должностей все князья, в том числе главнокомандующий Николай Николаевич. Везде во всех городах новое управление, старой полиции нет».
Военный фактор
Отец Николая II император Александр III любил повторять: «Во всем свете у нас только два верных союзника, наша армия и флот. Все остальные, при первой возможности, сами ополчатся против нас». Царь-миротворец знал, о чем говорит. То, как была разыграна «русская карта» в Первую мировую войну, со всей очевидностью показало его правоту, союзники по Антанте оказались на поверку неблагонадежными «западными партнерами».
Само создание создание этого блока было на руку, прежде всего, Франции и Англии. Роль России же расценивалась «союзниками» в достаточно прагматичном ключе. Посол Франции в России Морис Палеолог писал: «По культурному развитию французы и русские стоят не на одном уровне. Россия – одна из самых отсталых стран на свете. Сравните с этой невежественной бессознательной массой нашу армию: все наши солдаты с образованием; в первых рядах бьются молодые силы, проявившие себя в искусстве, в науке, люди талантливые и утончённые; это сливки человечества… С этой точки зрения наши потери будут чувствительнее русских потерь».
Тот же Палеолог 4 августа 1914 года слёзно просил Николая II: «Я умоляю Ваше Величество предписать Вашим войскам перейти в немедленное наступление, – иначе французская армия рискует быть раздавленной...».
Царь приказал не закончившим мобилизацию войскам наступать. Для русской армии спешка обернулась катастрофой, но Франция была спасена. Сейчас удивительно об этом читать, учитывая, что ко времени начала войны уровень жизни в России (в крупных городах) был не ниже уровня жизни в той же Франции. Вовлечение Россию в Антанту - только ход в партии, разыгранной против России. Русская армия представлялась англо-французским союзникам неисчерпаемым резервуаром людских ресурсов, а ее натиск ассоциировался с паровым катком, отсюда и одно из ведущих мест России в Антанте, по сути дела важнейшего звена «триумвирата» Франции, России и Великобритании.
Для Николая II ставка на Антанту была проигрышной. Существенные потери, которые несла Россия в войне, дезертирство, непопулярные решения, которые был вынужден принимать император - все это ослабляло его позиции и вело к неминуемому отречению.
Отречение
Документ об отречении Николая II сегодня считается очень спорным, однако сам факт отречения отражен, в том числе, в дневнике императора: «Утром пришел Рузский и прочёл свой длиннейший разговор по аппарату с Родзянко. По его словам, положение в Петрограде таково, что теперь министерство из Думы будто бессильно что-либо сделать, так как с ним борется соц.-дем. партия в лице рабочего комитета. Нужно мое отречение. Рузский передал этот разговор в ставку, а Алексеев всем главнокомандующим. К 2½ ч. пришли ответы от всех. Суть та, что во имя спасения России и удержания армии на фронте в спокойствии нужно решиться на этот шаг. Я согласился. Из Ставки прислали проект манифеста. Вечером из Петрограда прибыли Гучков и Шульгин, с которыми я поговорил и передал им подписанный и переделанный манифест. В час ночи уехал из Пскова с тяжёлым чувством пережитого. Кругом измена, и трусость, и обман!».
А что же церковь?
К удивлению, официальная Церковь к отречению Помазанника Божия отнеслась спокойно. Официальным синодом было выпущено воззвание к чадам Православной церкви, признававшее новую власть.
Практически сразу прекратилось молитвенное поминание царской семьи, из молитв были выкинуты слова с упоминанием царя и Царского Дома. В Синод пошли письма от верующих с вопросами, не является ли клятвопреступлением поддержка Церковью новой власти, поскольку Николай II отрекся не добровольно, а фактически был свергнут. Но в революционной смуте ответ на этот вопрос так никто и не получил.
Справедливости ради стоит сказать, что новоизбранный патриарх Тихон впоследствии все же принял решение о повсеместном служении панихид с поминовением Николая II как императора.
Тасовка властей
После отречения Николая II официальным органом власти в России стало Временное правительство. Впрочем, на поверку это оказалась марионеточная и нежизнеспособная структура. Её создание было инициировано, её крах также стал закономерным. Царь был уже свергнут, Антанте нужно было любым способом лишить легитимности власть в России, чтобы наша страна не смогла участвовать в послевоенном переустройстве границ.
Сделать это при помощи Гражданской войны и прихода к власти большевиков было элегантным и беспроигрышным решением. Временное правительство «сдавалось» очень последовательно: оно не препятствовало ленинской пропаганде в армии, закрывало глаза на создание незаконных вооружённых формирований в лице Красной гвардии, всячески преследовало тех генералов и офицеров русской армии, которые предупреждали об опасности большевизма.
Газеты пишут
Показательно то, как отреагировали на февральскую революцию и весть об отречении Николая II мировые таблоиды.
Во французской прессе подавалась версия о том, что царский режим пал в России в результате трех дней голодного бунта. Французские журналисты прибегли к аналогии: Февральская революция - это отражение революции 1789 года. Николая II, как и Людовика XVI представили «слабым монархом», на которого «оказывала пагубное влияние его супруга» «немка» Александра, сравнив это с воздействием «австрийки» Марии-Антуанетты на короля Франции. Образ «Германской Елены» пришелся очень кстати, дабы в очередной раз показать пагубное влияние Германии.
Немецкая пресса давала иное видение: «Конец династии Романовых! Николай II подписал отречение от престола за себя и своего несовершеннолетнего сына», - кричала Tägliches Cincinnatier Volksblatt.
В новостях рассказывалось о либеральном курсе нового кабинета Временного правительства и выражалась надежда на выход Российской империи из войны, что было главной задачей немецкого правительства. Февральская революция расширила перспективы Германии на достижение сепаратного мира, и они усилили наступление на самых различных направлениях. «Русская революция поставила нас в совершенно новое положение», - писал министр иностранных дел Австро-Венгрии Чернин. «Мир с Россией, - писал австрийский император Карл I кайзеру Вильгельму II, - ключ к ситуации. После его заключения война быстро придет к благоприятному для нас окончанию».
- совместный проект журнала «Фома» и радио «Вера» , посвященный столетию революционных событий.
В течение этого года мы будем говорить о событиях, которые имели место в России сто лет назад – в 1917 году. Попытаемся понять мотивации людей и разобраться в цепочке событий, которые привели, как писали раньше в учебниках, от Февраля к Октябрю.
Слушать:
Читать:
– 2 марта, по старому стилю, 1917 года император Николай подписал акт об отречении от престола за себя и своего сына цесаревича Алексия в пользу своего брата – великого князя Михаила Александровича. За этим событием последовал и отказ от престола великого князя. Так Россия осталась без монархии.
Предшествовала этому Февральская революция, которая в те дни еще не приблизилась к стадии русского бунта «бессмысленного и беспощадного», но которая очень скоро в него превратится.
Какое значение в этом контексте имело отречение императора и отказ от престола великого князя. Почему они пошли на этот шаг?
Поговорим об этом с доктором исторических наук Василием Цветковым, профессором Московского педагогического государственного университета и постоянным автором журнала «Живая история».
– Добрый вечер, Василий Жанович.
– Здравствуйте.
– Когда мы говорим про отречение императора Николая, то в голове сразу возникает масса аспектов. Во-первых, насколько это было решение эмоциональное и насколько оно было рациональное? Во-вторых, была ли в этой ситуации какая-то альтернатива? Как Вы думаете, можно ли было избежать тех трагических событий, которые были в России на протяжении всего 17-го года?
– Вы задали очень актуальный вопрос, потому что действительно сейчас, когда идет много разговоров о причинах Февраля 17-го года, как раз говорится, что можно было бы избежать этой трагедии. Но, с другой стороны, мы ни в коем случае не должны забывать, что отречение стало результатом, а не причиной тех событий. Ведь революционные события начались раньше, и мы должны об этом помнить, когда мы говорим о феврале-марте 17-го. Это и хлебные беспорядки, и бунты в Петрограде, начинавшиеся 14-15 и продолжавшиеся 23 февраля, и инициатива создания временного комитета Государственной Думы – Временного правительства, одновременно с ним совета рабочих и солдатских депутатов, то есть фактически вся власть в столице переходит к этим двум структурам.
Мы ни в коем случае не должны забывать, что к моменту решения Николая II революция стала распространяться по стране. Революционные события охватили Москву, Кронштадт – это были центры, где находились гарнизоны, вооруженные силы. И вопрос стоял не о том, можно ли избежать революционных потрясений, а о форме подавления или какой-то, как тогда говорили, канализации этих революционных настроений, направлении их в какое-то относительно спокойное русло. И тут уже были варианты.
Силовая альтернатива – подавление этих революционных центров с помощью войск, верных государю, безусловно, могла бы иметь успех, но только при учете двух очень важных факторов. Первый – это фактор войны. Если подавлять беспорядки в тылу, тогда нужно снимать войска с фронта, а идет война. Второй – нужно было быть уверенным в войсках. Даже не в генералах и офицерах, которые заявляли, что они преданы царю, присяге, а в солдатах. А тут уверенности уже не было, потому что мы видим, как петроградский гарнизон явочным порядком, допуская убийство офицеров, отказывается помогать полиции, власти. Поэтому силовая альтернатива, наверное, уже не могла быть такой очевидной.
Вторая альтернатива, на которой с самого начала настаивал Родзянко и, соответственно, министерства – найти некий компромисс даже не с революционной, а либеральной общественностью. Часто эти понятия отождествляют, но я думаю, что либеральные и революционные круги все-таки надо разводить, исторически это более правильно. Альтернатива заключалась в создании такого варианта власти, при котором правительство будет ответственно перед Думой. Но очень важный момент – при этом обязательно сохранится монархический строй. Вопрос будет стоять только так.
Затем уже стала вырисовываться третья альтернатива – сохранение монархии при пожертвовании монархом. Это как раз было озвучено в телеграфной переписке Родзянко с Рузским, Псковом, где как раз находился государь – это известная переписка в ночь на 2 марта 1917 года.
Предпочтительнее был, наверное, первый вариант, но очень важно иметь в виду войну. Надо было решать, что более важно – для продолжения войны или для подавления революции. Думаю, что эта альтернатива очень хорошо осознавалась государем и влияла на его решение.
Материал по теме
2 марта 1917 года российский император Николай II подписал отречение от престола в пользу своего брата Михаила (который вскоре также отрекся). Этот день считают датой гибели российской монархии. Но до сих пор по поводу отречения есть множество вопросов. Мы попросили прокомментировать их кандидата исторических наук Глеба Елисеева.
– Ведь в этот момент он находился в поезде, который сначала шел в Бологое, потом его направили на Псков и так далее. Вообще, если посмотреть на траекторию движения этого поезда, то она несколько странная. Почему это так? Почему императора не могли допустить, например, в Петербург, для того чтобы он оперативно принял участие в разрешении кризиса, который в тот момент имел место в Петрограде?
– Здесь очень простой ответ. Это действия, которые проводились на железных дорогах этими самочинными, как их тогда называли, организациями. Собственно, контролировали их тогда малоизвестные деятели, фамилии которых сейчас никому ничего не скажут: поручик Греков или Бубликов от Временного правительства, профессор Ломоносов – это с одной стороны. А с другой стороны, инициатива была и самих железнодорожников. Почему не удалось пройти к Петрограду ни генералу Иванову с карательным отрядом, ни царскому поезду? Потому что были блокированы пути. Перед отрядом Иванова сняли стрелки, крестовины, разобрали путь. Конечно, можно было бы идти походным порядком, но это больший риск. А перед царским поездом было просто закрыто движение, и пришлось менять маршрут.
С другой стороны, есть следующая точка зрения, которая, думаю, имеет право на существование. Для успеха операции надо было оставаться в Ставке. При всех версиях, что в ней зрел заговор, что Алексеев специально вызывал государя из Петрограда, на протяжении всего 17-го года никаких революционных и республиканских настроений в Ставке нет. Как ее потом окрестили большевики, это было «осиное гнездо контрреволюции». И в данном случае на Ставку можно было рассчитывать.
Но другой вариант, еще более серьезный – даже выехав из Ставки, государь поехал по существу без охраны. Был конвой, но очень немногочисленный. А как раз батальон георгиевских кавалеров и другие части, та же самая гвардия с фронта, которые можно было бы возглавить, сосредотачивались разрозненно – получились растопыренные пальцы, а не концентрированный кулак, что, собственно, было бы нужно.
Здесь очень много факторов, объяснить все каким-то одним-единственным обстоятельством, я думаю, невозможно.
– Когда читаешь дневники, упоминается о том, что в воздухе веяло чем-то праздничным, атмосфера напоминала Пасху. Люди ходили по Петрограду с красными повязками, и было предчувствие чего-то большого, праздничного, великого и так далее.
– Скорее, были настроения ожидания каких-то радостных перемен к лучшему. Предполагалось, что если сейчас произойдут такие перемены, то все будет замечательно: и война закончится, и сразу наладится снабжение Петрограда, и сразу исчезнут всякие правительственные кризисы.
Это, наверное, специфика массовой психологии. Ведь массовая психология подавляет личность, она заставляет подчиняться каким-то определенным настроениям. В данном случае это настроения эйфории, которые, наверное, нельзя понять, потому что какая Пасха с точки зрения православных ценностей? Как раз шли великопостные недели и надо было как-то смиряться, терпеть. Но мы видим противоположную ситуацию.
Когда наступила Пасха, красный пасхальный цвет ассоциировался с цветом знамен. Как ни странно это покажется сейчас, но было так.
– Ведь в эти дни, 2 и 3 марта, вслед за отречением государя-императора последовало и отречение великого князя Михаила. Как Вы считаете, была ли в этом случае совершена ошибка, или это было некой закономерностью, исходя из сложившейся ситуации.
– Наверное, сейчас, по прошествии ста лет, следует признать это ошибкой, хотя все-таки понимая ситуацию того времени, чувства и настроения тех людей, наверное, можно ее объяснить.
Во-первых, Михаил совершенно не готовился к такого рода ответственности, такому кресту, который вдруг оказался возложен на него братом. Причем надо иметь в виду, что передача престола произошла без каких бы то ни было предварительных консультаций с Михаилом. Это было решение государя. Когда позже Михаилу передали телеграмму, которую ему писал Николай уже после отречения и после того, как Михаил уже сам подписал акт неприятия престола, он во многом усомнился в собственном поступке, посчитав, что, может быть, стоило престол принять.
Другой момент состоит в том, что большинство членов Временного правительства, за исключением Милюкова и Гучкова, убеждали Михаила, что его вступление на престол будет гораздо более легитимным, если его поддержит некое всенародное вече, собрание. И идею Учредительного собрания проводили как некую аналогию Земского собора. Если Михаил получит власть из рук этого Учредительного собора, тогда все будет хорошо: ему будет можно говорить, что он законный монарх не потому только, что так решил его брат, а потому что и народ его поддержал. Это была соблазнительная идея, думаю, что Михаил не мог ее просто так игнорировать.
Еще один момент, связанный с характером Михаила Александровича Романова, – то, что он не хотел вступать на престол, переступая через насилие, кровь. А ведь это пришлось бы сделать в любом случае, потому что став монархом 3 или 4 марта, он должен был бы как-то обозначить свою позицию по отношению, например, к тому же Совету рабочих и солдатских депутатов. Вряд ли он бы его признал, потому что это самочинная организация, как тогда говорили. Но на тот момент она безусловно пользовалась поддержкой населения. И подавлять эти действия, пытаясь, загнать этого страшного зверя пулеметами, как писал позднее в своих воспоминаниях Шульгин, для Михаила, наверное, было невозможно, опять же в силу его характера.
С другой стороны, была некая надежда на то, что с течением времени власть Временного правительства усилится и появится возможность передать престол Михаилу. Тем более Керенский его в этом категорически убеждал: «Вы должны дождаться момента, когда народ Вас изберет». Этот соблазн, я думаю, сыграл роковую роль в решении Михаила.
– История показала, что это уже было невозможно. Спасибо большое за комментарий.
Отречение императора Николая ІІ является ключевым событием Февральской революции.
Дата отречения Николая
Манифест об отречении
Глубокой ночью 2 мая к захваченному в вагоне императору Николаю пришли Гучков и Шульгин уже с готовым проектом об отречение императора от престола. Но сам Николай отказался подписать данный документ. Причиной тому – документ обязывал его бросить сына, чего он сделать не мог. Тогда император сам написал манифест об отречении, в котором, засвидетельствовав о том, что отрекается от престола за себя и за своего больного сына. При этом он передает власть своему брату Михаилу.
В тексте манифеста он не обратился к своим подданным. А ведь так принято делать, если отрекаешься от престола, он обратился лишь к начальнику штаба. Возможно, царь хотел показать всем, что его заставили сделать это и сказать народу, что это временное, и он вскоре вернет власть.
Причины отречения Николая ІІ
Главными причинами отречения от престола были:
– очень острая политическая ситуация в стране, военные поражения армии на фронтах Первой мировой – это привел к массовым протестам, появились антимонархические направления, а престиж царской власти падал с каждым днем;
– плохая осведомленность императора о событиях Февральской революции (Петроград, 23 февраля 1917 года). Николай не смог разумно оценить всю полноту риска в сложившейся политической ситуации;
– верные императору части не смогли должным образом действовать в сложившейся ситуации;
– доверие императора командующим его войсками (он всегда полагался на их мнение, когда в очередной раз он спросил их совета, те сказали, что отречение от императорского престола – это единственный из всех возможных способов сохранить страну от гражданской войны).
Многие считали участие империи в Первой мировой войне ошибкой, что боевые действия в срочном порядке нужно прекратить, но император Николай не собирался отзывать войска из-за своего брата Георга V (короля Великобритании).
Отречение Николая ІІ кратко
Перед своим отъездом в Ставку 21 февраля 1917 года, Николай спрашивает у сотрудника внутренних дел о ситуации в столице, тот говорит, что дела под контролем и опасности для власти нет. 22 февраля император покидает Царское село.
Император узнает о том, что в столице начались беспорядки от своей супруги, которая утверждала, что узнала об этом не из официальных источников. А уже 25 февраля к Ставке приходит официальное письмо, в котором говориться о начале революции. Сразу же после этого, император приказывает прекратить это путем применения военной силы.
Армия начинает применять огнестрельное оружие, вследствие этого многие протестанты убиты или ранены. 26 февраля Сенат объявляет о своем роспуске, в телеграмме Николаю пишут, что крах России неизбежен, вместе с ней падет и династия Романовых. Сам же император почему-то не реагирует на эти телеграммы.
27 февраля к революции присоединились части Волынского лейб-гвардейского полка в количестве 600 бойцов. В тот же день восстали и Литовский, Преображенский полки. Если утром этого дня восставших бойцов было не более 10 тыс., то к вечеру их число увеличилось до 70 тыс. Дума была захвачена по указу Николая ІІ.
От императора ждут четких указов по сложившейся ситуации в столице. Он приказывает отправить в Петроград войска общей численностью в 50 тыс. человек, но восставших было значительно больше, около 150 тыс. Император надеялся, что присутствие верных ему частей поднимет веру в императора среди частей восставших и урегулирует ситуации. Таким образом, кровопролития можно было избежать.
Ночью с 27 на 28 февраля Николай отправляется в Царское село к своей семье. Но достигнуть конечной точки императору не удалось, пришлось развернуться и поехать к городу Пскову, куда он попал только 1 марта. Пока император добирался до Пскова, восставшие уже одержали победу.
Императора умоляли провести реформы в пользу восставших, чтобы сохранить за собой власть в стране и остановить революцию.
1 марта к императору приходит сообщение о том, что уже и Москва охвачена восставшими, ранее верные императору войска переходят на их сторону.
2 мая к императору пришел текст манифеста об отречении, тогда он обратился к своим генералам, те советовали за одно – отречение от престола в пользу своего брата Михаила, который должен стать регентом при молодом наследнике Николая.
О том, что император отрекся от престола, он объявил в двух телеграммах. Императорская свита гласила о том, что такое решение является слишком поспешным, что еще есть время все изменить, они умоляли его пока отсрочить отправку телеграмм и отменить подписание манифеста.
Телеграммы о манифесте императора Николая ІІ по всем армиям на всех фронтах, Родзянко же пытался задержать эти сообщения, чтобы не допускать паники в войсках.
До сих пор точно нельзя говорить о том, что действительно случилось в том поезде и каковы были причины подписания Николаем манифеста об отречении. Известно, что Николай ІІ должен был принимать решение в поспешной обстановке и постоянно меняющейся критической ситуацией в стране.
Император пытался уберечь династию Романовых на престоле империи, он намеревался совершить реформы в ночь с 1 на 2 марта, которые бы могли урегулировать ситуацию путем уступок в пользу восставших. Император хотел передать часть власти Думе, тем самым ограничив свою власть. Однако, возможно, уже тогда такой шаг не мог спасти страну от продолжения волнений и революции. Но уже в ночь подписания документа на него было оказано сильное давление со стороны своих генералов.
Сам же император и все члены его семьи были убиты 17 июля 1918 года в одном из подвалов особняка Ипатьева, город Екатеринбург. Было применено холодное и огнестрельное оружие, в результате все члены дома Романовых были хладнокровно убиты.
