Ленинский районный суд г. Владимира

Обстоятельства: Истец ссылается на то, что в нарушение условий о порядке возврата займа ответчиком платежи в счет погашения задолженности осуществлялись ненадлежащим образом, в связи с чем образовалась задолженность.
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено

РОСТОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья: Захарова Т.О.

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе:
председательствующего Зинкиной И.В.
судей Сеник Ж.Ю., Голубовой А.Ю.,
при секретаре Ж.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО "Микрокредитная компания "АСД-ФИНАНС" к С.Ю.АА., К. о взыскании задолженности и обращении взыскания на заложенное имущество, по встречному иску С.Ю.АА. к ООО "МКК "АСД-Финанс" о признании договора займа и договора залога недействительными, по апелляционной жалобе С.Ю.АА. на решение Советского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 апреля 2017 года.
Заслушав доклад судьи Сеник Ж.Ю., судебная коллегия,

Установила:

ООО "Микрофинансовая организация АСД-ФИНАНС" обратилось в суд с указанным иском, указав, что 15.12.2015 г. между ООО "АСД-ФИНАНС" и С.Ю.АА. заключен договор займа N НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, в соответствии с условиями которого ответчику был предоставлен заем в размере 1 400 000 рублей сроком на один год под 60% годовых.
В обеспечение исполнения обязательств по договору займа 15.12.2015 г. стороны заключили договор залога недвижимого имущества С.Ю.АА. на праве собственности: жилого дома площадью 170,6 кв. м и земельного участка площадью 693 кв. м по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.
Также в обеспечение исполнения заемщиком принятых на себя обязательств 15.12.2015 г. между ООО "АСД-Финанс" и К. заключен договор поручительства N НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН.
Ссылаясь на то, что в нарушение условий о порядке возврата суммы займа, установленных договором, ответчиком платежи в счет погашения задолженности осуществлялись ненадлежащим образом, в связи с чем образовалась задолженность, истец просил суд взыскать с ответчиков в солидарном порядке сумму задолженности по договору займа от 15.12.2015 г. по состоянию на 13 февраля 2017 года в размере 6 126 936,90 рублей, из которых сумма основного долга - 1 395 409,80 рублей, проценты за пользование займом - 4 721 527,10 рублей, штраф за ненадлежащее исполнение условий договора - 10 000 рублей, а также сумму уплаченной при подаче иска государственной пошлины.
Обратить взыскание на заложенное имущество - жилой дом и земельный участок по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, определив способ его реализации -посредством продажи с публичных торгов, начальную продажную стоимость в размере 2 800 000 рублей.
Не согласившись с данным иском, С.Ю.АА. подала встречный иск, в котором просила суд признать недействительным договор займа от 15.12.2015 г. и договор залога от 15.12.2015 г.
В обоснование встречных исковых требований С.Ю.АА. сослалась на то, что договор залога не соответствует требованиям ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)", в частности, в нем отсутствуют данные об оценке предметов ипотеки, указание на размер процентов, установленных абз. 2 п. 3.2 договора займа, оценка земельного участка не определена в соответствии с требованиями ст. 67 названного закона и не указана в договоре залога на самом договоре отсутствует надпись о государственной регистрации ипотеки. Договор займа не зарегистрирован, тогда как в него включено соглашение об ипотеке.
Впоследствии истец подала в суд заявление об изменении основания встречного иска, в котором ссылалась на то, что помимо нарушений положений ст. ст. 9, 10, 22, 67 ФЗ N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)", заключенный договор займа, содержащий условия о залоге недвижимости и договор залога нарушают права несовершеннолетних детей ответчика, поскольку после рождения второго ребенка ответчик получила государственный сертификат на материнский (семейный) капитал на сумму 276 250 руб. Данные денежные средства ответчик потратила в 2011 и 2013 году на улучшение жилищных условий ее детей - на оплату строительства жилого АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН,а по АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН в АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН края, принадлежащего С.Ю.АА. на праве собственности. С.Ю.АА. указала, что после использования ею средств материнского капитала на строительство жилого дома он стал в силу закона принадлежать ей и ее детям на праве долевой собственности. На момент заключения договора залога трое несовершеннолетних детей С.Ю.АА.: ФИО18.С. и ФИО7 являлись несовершеннолетними. С.Ю.АА., как мать детей, обязана была защищать их права. Ссылаясь на положения п. 2 ст. 37 ГК РФ для совершения сделок с имуществом подопечного, необходимо получить согласие органа опеки и попечительства. Указанное требование при заключении оспариваемых С.Ю.АА. сделок исполнено не было. Истец указывает, что договор залога нарушает права ее детей, поскольку предусматривает обращение взыскания на предмет залога в виде жилого дома и земельного участка, находящихся в долевой собственности истца и ее детей, тогда как дети залогодателями по договору не являлись.
Решением Советского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 апреля 2017 года суд взыскал с С.Ю.АА. и К. в пользу ООО "Микрокредитная компания "АСД-Финанс" задолженность по договору займа N НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 15.12.2015 г. в размере 6 126 936,90 рублей, а также сумму уплаченной при подаче иска государственной пошлины в размере 31 529 рублей.
Суд обратил взыскание на заложенное имущество, принадлежащее на праве собственности С.Ю.АА., а именно: жилой дом площадью 170,6 кв. м, расположенный по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН А, кадастровый (или условный) НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН; земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов - земли под домами индивидуальной жилой застройки, площадью 693 кв. м расположенный по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН кадастровый НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, определив способ реализации имущества - путем продажи с публичных торгов, начальную продажную стоимость жилого дома и земельного участка - 3 436 800 рублей.
В удовлетворении встречного искового заявления и ходатайства об отсрочке реализации имущества С.Ю.АА. суд отказал.
Не согласившись с принятым решением, С.Ю.АА. подала апелляционную жалобу, в которой просила решение суда отменить и принять новое решение.
В апелляционной жалобе С.Ю.АА., повторяя доводы иска, указывает на то, что оспариваемый договор залога нарушает права ее детей ФИО19 ФИО6, ФИО7, установленные п. 4 ст. 10 ФЗ от 29.12.2006 г. N 256-ФЗ "О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей", поскольку предусматривает обращение взыскания на предмет залога в виде жилого дома и земельного участка, находящегося в долевой собственности ФИО20 ФИО6, ФИО7, которые не являются залогодателями и не несут ответственности по обязательствам, предусмотренным договором залога для залогодателя в случае неисполнения обеспеченного залогом основного обязательства.
Ссылаясь на правовую позицию, изложенную в п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ", считает, что оспариваемый договор залога должен быть признан недействительной сделкой, и согласно положений ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Несовершеннолетние ФИО23 ФИО6, ФИО7, должны быть привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.
Автор жалобы также указывает, что при подписании договора займа она находилась под влиянием обмана, совершенного К., который являлся ее сожителем и отцом сына ФИО7 К. занимался оформлением документом, воспользовался ее болезненным состоянием, убедил, что дом не будет находиться в залоге.
Суд не применил положения пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 29 декабря 2006 года N 256-ФЗ "О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей", разъяснения изложенные в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 06 июля 2016 года, ст. ст. 21, 28, 37, 166, 168 ГК РФ, ст. 64 СК РФ, разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", ст. 43 ГПК РФ.
В договоре залога отсутствуют данные об оценке предметов ипотеки.
В договор займа включено соглашение об ипотеке, однако требования в отношении государственной регистрации этого договора, установленные для договора об ипотеке, не соблюдены.
В договоре залога отсутствует указание на размер процентов, установленных абзацем 2 п. 3.2 договора займа.
Оценка земельного участка как предмета ипотеки не определена с соблюдением требований ст. 67 Федерального закона от 16 июля 1998 года N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" и не указана в договоре о залоге.
На договоре залога отсутствует надпись о государственной регистрации ипотеки.
Тем самым при заключении договора займа и кредитного договора нарушены нормы ст. ст. 9, 10 и 67 Федерального закона от 16 июля 1998 года N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)".
Суд не применил нормы ст. ст. 9, 10 и 67 Федерального закона от 16 июля 1998 года N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)", чем нарушил нормы материального права.
Суд не снизил размер процентов, которые увеличены кредитором с 60% годовых до 365% годовых учитывая, что кредитор не обращался с требованием о взыскании задолженности в течение 8 месяцев.
Не применил нормы ст. 404 ГК РФ и разъяснения, изложенные в п. 13 Информационного письма, Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 г. N 147 "Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса РФ".
Отказал в удовлетворении ходатайства об отсрочке реализации имущества на срок один год.
Не предоставил возможность ознакомиться с экспертными заключением ООО "Центр судебной экспертизы "ПРАЙМ", которым определена рыночная стоимость жилого дома и земельного участке в размере 4 296 000 рублей без учета того, что дом и земельный участок находятся в зоне затопления, а дом требует капитального ремонта. Апеллянт была лишена возможности заявить ходатайство о проведении повторной экспертизы.
На апелляционную жалобу ООО "Микрокредитная компания АСД-Финанс" поданы возражения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, выслушав представителя С.Ю.АА. - Щ.Е.П., представителя ООО "Микрокредитная компания АСД-Финанс" - Е., судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение Советского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 апреля 2017 года отмене по доводам апелляционной жалобы С.Ю.АБ. не подлежит.
Так, судом установлено и подтверждается материалами дела, что 1512.2015 г. между ООО "АСД-ФИНАНС" и С.Ю.АА. заключен договор займа N НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, в соответствии с условиями которого С.Ю.АА. был предоставлен заем в размере 1400 000 рублей сроком на один год под 60% годовых.
Материалами дела подтверждается и заемщиком не оспаривалось, что данная сумма займа ответчиком получена, указанной суммой ответчик воспользовалась.
15.12.2015 г. между ООО "АСД-Финанс" и К. заключен договор поручительства, согласно которому К. принял на себя обязательство отвечать перед названым юридическим лицом за исполнение С.Ю.АА. обязательств, возникших из договора займа от 15.12.2015 г. N НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН.
В обеспечение исполнения договора займа 15.12.2015 г. стороны заключили договор залога недвижимого имущества С.Ю.АА. на праве собственности: жилого дома площадью 170,6 кв. м и земельного участка площадью 693 кв. м по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.
В результате ненадлежащего исполнения С.Ю.АА. обязательств по договору займа, по состоянию на 13.02.2017 г. образовалась задолженность в размере 6 126 936,90 рублей, в том числе: задолженность по основному долгу - 1 395 409,80 рублей, проценты за пользование займом - 4 721 527,10 рублей, штраф за ненадлежащее исполнение условий договора займа - 10 000 рублей.
Принимая решение, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 28, 310, 333, 348, 349, 420, 421, 807, 808, 809, 810 Гражданского кодекса РФ, положениями ФЗ "Об ипотеке", ФЗ от 29.12.2006 N 256-ФЗ "О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей" и исходил из наличия оснований для удовлетворения исковых требований ООО "Микрокредитная компания АСД-Финанс", поскольку заемщик не исполнял надлежащим образом принятых на себя обязательств по своевременному погашению суммы кредита, в результате чего образовалась задолженность. Поскольку обязательства заемщика были обеспечены поручительством и договором залога, суд взыскал солидарно с заемщика и поручителя задолженность по договору займа и обратил взыскание на заложенное имущество.
Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований о признании договора залога недействительным, суд первой инстанции исходил из того, что действующее законодательство не содержит в качестве обязательного условия для заключения договора залога недвижимости приобретенного родителями даже при помощи средств материнского капитала, получение согласия органа опеки и попечительства на совершение подобного рода сделки.
При этом, суд отклонил ходатайство должника об отсрочке реализации имущества, поскольку истцом не представлено доказательств отсутствия права пользования, а рано владения или распоряжения иным жилым помещением, как и не представлено доказательств того, что ответчик будет иметь возможность исполнить денежное обязательство, обеспеченное ипотекой, в течение срока, на который она просит предоставить отсрочку реализации имущества.
Суд отклонил довод С.Ю.АА. о том, что договор займа, содержащий соглашение об ипотеке, не зарегистрирован в установленном порядке, поскольку само по себе наличие данного соглашения в договоре займа при наличии составленного в письменной форме и зарегистрированного в установленном порядке договора залога не свидетельствует о несоответствии сделки требованиями действующего законодательства.
Судом первой инстанции также обоснованно отклонен довод апеллянта об отсутствии данных об оценке передаваемых в залог объектов недвижимости, поскольку договором ипотеки по соглашению сторон установлена стоимость дома и участка в размере 2 800 000 рублей.
Суд также признал несостоятельной ссылку апеллянта на то, что на договоре залога отсутствует надпись о государственной регистрации ипотеки, поскольку государственная регистрация залога проведена, что подтверждается выпиской из ЕГРН.
С данными выводами судебная коллегия соглашается, находит их законным и обоснованными, а доводы апелляционной жалобы судебная коллегия отклоняет по следующим основаниям.
В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.
Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.
В силу ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время.
Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривается, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Таким образом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой, за исключением случаев, когда такие сделки нарушая требования закона или иного правового акта, при этом посягают на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц - такие сделки являются ничтожными.
В соответствии с пунктом 1 статьи 2 и статьей 5 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)", ипотека может быть установлена в обеспечение обязательства по кредитному договору, по договору займа или иного обязательства. По договору об ипотеке может быть заложено недвижимое имущество, указанное в пункте 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, права на которое зарегистрированы в порядке, установленном для государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, в том числе жилые дома, квартиры и части жилых домов и квартир, состоящие из одной или нескольких изолированных комнат.
В соответствии с положениями статьи 6 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)", если предметом ипотеки является имущество, на отчуждение которого требуется согласие или разрешение другого лица или органа, такое же согласие или разрешение необходимо для ипотеки этого имущества.
Статья 8 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" предусматривает, что договор об ипотеке заключается с соблюдением общих правил Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении договоров, а также положений Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)".
Согласно пункту 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.
В соответствии с пунктом 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.
Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 08 июня 2010 года N 13-П "По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой Ч." пункт 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, определяющей порядок отчуждения жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены семьи собственника данного жилого помещения, если при этом затрагиваются их права или охраняемые законом интересы, признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 38 (часть 2), 40 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3), в той мере, в какой содержащееся в нем регулирование - по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, - не позволяет при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, обеспечивать эффективную государственную, в том числе судебную, защиту прав тех из них, кто формально не отнесен к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, но либо фактически лишен его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считается находящимся на попечении родителей, при том, однако, что такая сделка - вопреки установленным законом обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.
Из содержания приведенных положений следует, что в случае совершения родителями несовершеннолетних детей сделки по отчуждению жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние дети, суды обязаны проверить, не будут ли нарушены права несовершеннолетних детей совершением такой сделки.
Между тем залог имущества в силу договора ипотеки, являясь одним из способов обеспечения исполнения обязательства, не является сделкой по отчуждению жилого помещения и не влек сам по себе безусловное отчуждение недвижимого имущества, являющегося предметом ипотеки.
Таким образом, из положений указанных нормативных актов следует, что действующее законодательство не связывает возможность передачи собственником жилого помещения, права пользования которым имеет несовершеннолетний член семьи собственника, либо иное несовершеннолетнее лицо, в залог с целью обеспечения исполнения заемщиком условий договора по возврату суммы займа, с наличием разрешения органов опеки и попечительства.
Отказывая в удовлетворении указанных требований, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что поскольку перечисленные выше правовые нормы не предусматривают необходимость получения собственником жилого помещения, право пользования которым имеют несовершеннолетние члены его семьи, разрешения органов опеки и попечительства на передачу указанного жилого помещения в залог с целью обеспечения исполнения заемного обязательства, то заключенный между С.Ю.АА. и ООО "Микрофинансовая организация АСД-Финанс" договор залога от 15.12.2015 г. не подлежит признанию ничтожным по приведенным во встречном иске основаниям.
При этом, на момент заключения сделки - залога имущества, собственником данного имущества была зарегистрирована С.Ю.АА., которая, как указал суд, в силу п. 1 ст. 64 СК РФ защита прав и интересов детей возлагается на их родителей и с учетом этого п. 1 ст. 28 ГК РФ устанавливает норму, согласно которой за несовершеннолетних, не достигших возраста четырнадцати лет, сделки могут совершать их родители, усыновители или опекуны.
Согласно абз. 2 п. 1 ст. 28 ГК РФ, а также иные положения законодательства, в том числе п. 2 ст. 37 ГК РФ, во взаимосвязи с которыми закрепляется специальный порядок совершения родителями, как законными представителями несовершеннолетних, сделок с принадлежащим детям имуществом, направлен на защиту прав и законных интересов несовершеннолетних.
При этом С.Ю.АА. не представила суду доказательства, из которых бы следовало, что заключая сделку и передавая в залог с целью обеспечения исполнения кредитных обязательств, принадлежащее ей на праве собственности имущество, которое было реконструировано с участием средств материнского капитала, она действовала в противовес интересам своих детей. Указанная сделка сама по себе для детей никаких негативных последствий не несла. Основанием обращения взыскания на предмет залога явилось неисполнение заемщиком С.Ю.АА. обязательств по кредитному договору, то есть нарушение ею обязательств. Таким образом, суждения апеллянта о том, что при заключении договора она действовала не в интересах своих детей, опровергаются материалами дела и не соответствуют установленным по делу обстоятельствам.
Негативные последствия для детей повлекло не заключение их матерью договора залога, а ненадлежащее ее поведение как стороны гражданского правоотношения, что к мотивам заключения сделки отношения не имеет.
Судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы С.Ю.АА. о необходимости привлечения детей в качестве третьих лиц к участию в деле, поскольку таковые не опровергают правильность выводов суда первой инстанции.
Вопреки требования положений ст. 56 ГПК РФ С.Ю.АА. не представлено доказательств, отвечающих принципам относимости, допустимости и достоверности доказательств, о том, что при заключении договора займа и договора залога недвижимого имущества она была под влиянием обмана со стороны К.
Доводам апеллянта об отсутствии данных об оценке предметов ипотеки и отсутствие государственной регистрации ипотеки судом первой инстанции уже дана оценка, которые были обоснованно отклонены как несостоятельные.
Доводы апеллянта о том, что суд не снизил размер процентов, которые увеличены кредитором с 60% годовых до 365%: годовых учитывая, что кредитор не обращался с требованием о взыскании задолженности в течение 8 месяцев, так же не свидетельствуют о незаконности выводов суда, поскольку указанные проценты являются договорными (ст. 809 ГК РФ), установленными соглашением сторон в качестве платы за пользование деньгами, сведения о них внесены в соответствующий раздел договора займа "Порядок предоставления и возврата суммы займа, порядок расчета и уплаты процентов", а не в раздел, предусматривающий ответственность за неисполнение денежного обязательства. С.Ю.АА. с указанными условиями договора была согласна.
В соответствии с п. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.
На основании ст. 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.
Статьей 421 ГК РФ регламентирована свобода граждан и юридических лиц в заключении договора.
Таким образом, на законодательном уровне закреплено право сторон определять условия договора по своему усмотрению. При этом, условия договора займа, ответчиком не оспаривались, встречные исковые требования относительно оспаривания условий договора в части процентов не заявлялись. Личная подпись истца в договоре займа свидетельствует о ее добровольном волеизъявлении заключить договор на изложенных в нем условиях.
В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условий договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
В соответствии с п. 3.2 договора займа за пользование займом заемщик уплачивает проценты из расчета процентной ставки в размере 60% годовых.
Согласно абзаца 2 п. 3.2 договора займа в случае нарушения заемщиком срока возврата займа, предусмотренного п. 3.4 договора либо в случае нарушения заемщиком срока уплаты очередного ежемесячного платежа, предусмотренного Графиком платежей, заемщик уплачивает заимодавцу проценты за пользование займом, начиная со дня, следующего за днем нарушения заемщиком срока возврата займа либо срока уплаты очередного ежемесячного платежа соответственно, в размере 365% годовых.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 15 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ N 13/14 от 08.10.1998 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами" проценты, уплачиваемые заемщиком на сумму займа в размере и в порядке, определенных договором, являются платой за пользование денежными средствами и подлежат уплате должником по правилам об основном денежном долге.
Пунктом 4 вышеназванного Постановления разъяснено, что проценты, предусмотренные п. 1 ст. 395 ГК РФ, по своей природе отличаются от процентов, подлежащих уплате за пользование денежными средствами, предоставленными по договору займа (ст. 809 ГК РФ), кредитному договору (ст. 819 ГК РФ) либо в качестве коммерческого кредита (ст. 823 ГК РФ). Поэтому при разрешении споров о взыскании процентов годовых суд должен определить, требует ли истец уплаты процентов за пользование денежными средствами, предоставленными в качестве займа, либо существо требования составляет применение ответственности за неисполнение или просрочку исполнения денежного обязательства (ст. 395 ГК РФ).
Поскольку основанием возникновения обязанности по уплате процентов за пользование займом являются согласованные сторонами в договоре условия предоставления займа, проценты за пользование займом не могут рассматриваться в качестве меры ответственности за нарушение обязательств.
В данном случае, предъявляемые истцом ко взысканию проценты за пользование займом подлежат взысканию именно на основании ст. 809 ГК РФ, то есть процентов за пользование займом, а не в качестве ответственности за неисполнение денежного обязательства, соответственно применение к ним положений ст. 333 ГК РФ законом не предусмотрено.
В связи с изложенным, правовые основания для снижения размера просроченных процентов, как того требует С.Ю.АА., у суда первой инстанции отсутствовали.
Отказывая в удовлетворении ходатайства об отсрочке реализации имущества на срок один год, суд первой инстанции свою позицию мотивировал. Оснований не согласиться с данными выводами суда у судебной коллегии нет, поскольку доказательств, которые бы опровергали указанные судом в обоснование данного отказа обстоятельства, не представлено.
Доводы апеллянта о том, что суд не предоставил возможность ознакомиться с экспертными заключением ООО "Центр судебной экспертизы "ПРАЙМ" судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку согласно материалам дела с заявлением об ознакомлении с указанным экспертным заключением обращалась представитель С.Ю.АА. - Щ.Е.А. (л.д. 209 том НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН). Согласно сведениям из справочного листа представитель С.Ю.АА. - Щ.Е.А. ознакомлена с экспертным заключением от 03.04.2017 г. Согласно протоколу судебного заседания от 20.04.2017 г. представителю С.Ю.АА. - Щ.Е.А. было предоставлено время для ознакомления с экспертным заключением. Ходатайств об отложении судебного заседания от стороны апеллянта не поступало, как не поступало ходатайств о проведении повторной судебной экспертизы.
В целом доводы апелляционной жалобы повторяют позицию С.Ю.АА., изложенную в иске, которой дана надлежащая оценка в обжалуемом решении суда первой инстанции.
Ссылок на иные заслуживающие внимания обстоятельства, свидетельствующие о недействительности договора залога от 15.12.2015 г. указывающие на незаконность и необоснованность выводов суда, апелляционная жалоба не содержит.
На основании изложенного судебная коллегия считает, что суд первой инстанции при разрешении возникшего между сторонами спора правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, правильно применил нормы материального и процессуального права, дал оценку всем представленным сторонами доказательствам по правилам ст. 67 ГПК РФ, оснований для переоценки доказательств судебная коллегия не усмотрела, в связи с чем судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда соответствует требованиям ст. 195 ГПК РФ, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы С.Ю.АА. не имеется.
Руководствуясь ст. ст. 328 - 330 ГПК РФ, судебная коллегия,

I. Основные положения об ипотечном кредитовании

В настоящем обзоре рассмотрена судебная практика, связанная со спорами, которые возникают при ипотечном кредитовании. Договор ипотеки является акцессорным договором и заключается в обеспечение исполнения обязательств по основному договору, в т.ч. и кредитному. Согласно п.1 ст.1 Федерального закона от 16.07.98 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" по договору о залоге недвижимого имущества (договору об ипотеке) одна сторона - залогодержатель, являющийся кредитором по обязательству, обеспеченному ипотекой, имеет право получить удовлетворение своих денежных требований к должнику по этому обязательству из стоимости заложенного недвижимого имущества другой стороны - залогодателя преимущественно перед другими кредиторами залогодателя, за изъятиями, установленными федеральным законом. Залогодателем может быть сам должник по обязательству, обеспеченному ипотекой, или лицо, не участвующее в этом обязательстве (третье лицо). При этом имущество в ипотеке остается у залогодателя в его владении и пользовании.

В обзоре рассматриваются не все, а только наиболее распространенные виды споров в трех категориях, а именно споры по:

- оспариванию договора ипотеки и признанию договора ипотеки недействительным или незаключенным;

- прекращению ипотеки;

- заключению договора ипотеки и изменение условий договора ипотеки.

В каждой выше указанной категории рассмотрены только основные наиболее распространенные группы споров по результатам анализа судебной практики за 2014 - первое полугодие 2015 года.

Договор ипотеки считается заключенным при достижении сторонами соглашения по всем существенным условиям договора ипотеки, указанным в частности в ст.9 Закона Об ипотеке . Если какое-либо условие не будет содержаться в договоре ипотеки, то такой договор будет считаться незаключенным , даже при условии прохождения государственной регистрации. Как правило, распространены две ошибки: не содержится указание на оценку предмета ипотеки, а также отражается неполная информация о существе, размере и сроке исполнения обязательства, обеспечиваемого ипотекой. В кредитных правоотношениях практически не встречаются случаи, когда в договоре ипотеки стороны не указывают на существо обязательства, а вот по срокам, размерам обязательства встречаются просчеты. Так, изменение основного обязательства путем заключения дополнительных соглашений к кредитному договору, обязательно должно сопровождаться изменением договора ипотеки (например, путем заключения дополнительных соглашений) с указанием на существо, размер, сроки измененного основного обязательства. В противном случае договор ипотеки может быть признан незаключенным.

Однако, случаи признания договора ипотеки незаключенным при кредитовании встречают значительно реже, чем в иных случаях, так как банки более внимательны к вопросам заключения и соответствия содержания договора ипотеки формальным требованиям. Значительно чаще договоры ипотеки при кредитовании признаются недействительными .

Договор ипотеки как акцессорный договор признается недействительным в случае признания основного договора недействительным, т.к. ипотека является способом обеспечения исполнения основного обязательства, а с прекращением основного обязательства прекращается и ипотека. Кредитный договор может быть признан недействительным по любым основаниям, но наиболее распространенные это нарушение порядка заключения и одобрения крупных сделок, заключение сделки заинтересованными лицами.

Нарушение порядка одобрения сделки по заключению договора, заключение договора заинтересованными лицами также является и наиболее встречающимся основанием для признания недействительным договора ипотеки. Так, например, нарушение порядка извещения акционеров о проведении внеочередного общего собрания послужило основанием для признания собрания недействительным, что повлекло признание недействительным договора ипотеки. Суды исходят из того, что, если акционер не был надлежащим образом извещен о проведении общего собрания, то нарушаются его права, т.к. заключение договора ипотеки потенциально может повлечь обращение взыскания на имущество акционерного общества, снижение стоимости акций и имущественные потери акционера, который при своевременно извещении мог бы принять меры для минимизации возможных потерь. При одобрении сделки акционерами в голосовании не допускается участие заинтересованных лиц. Например, договор ипотеки был признан недействительным так как при голосовании участвовал акционер - должник по кредитному договору, в обеспечении которого обществом заключался с банком договор ипотеки.

Все вышесказанное справедливо и для случаев одобрения сделки в ООО: участники общества, не извещенные должным образом, имеют право оспорить договор ипотеки. Анализ судебной практики показывает, что обычно протоколы внеочередных собраний участников ООО фальсифицируются, подписи за отсутствующих участников подделываются другими лицами. Такие действия могут повлечь за собой признание договора ипотеки недействительными. Также недействительным договор признается при совершении сделки заинтересованным лицом, особенно когда участник ООО и заемщик являются одним и тем же лицом, или родственниками.

При спорах с физическими лицами случаев признания договора ипотеки недействительным на основании нарушения порядка одобрения сделки значительно меньше. В основном недействительными признаются договоры при залоге имущества, находящегося в общей (совместной) собственности супругов, в т.ч. бывших. Потенциальным залогодержателям необходимо внимательно проверять статус имущества, особенно в случаях развода между супругами, недостаточно проверить на кого из бывших супругов зарегистрировано право собственности, но и является ли данное имущество совместно нажитым (как приобреталось в собственность и на какие средства), а если является, то производился ли раздел совместно нажитого имущества после развода. В противном случае может потребоваться согласие другого сособственника-супруга на залог имущества. Например, договор ипотеки здания был признан недействительным так как после развода раздел совместно нажитого имущества не производился и требовалось согласие бывшего супруга на передачу имущества в залог.

Важно: договор ипотеки признается в обозначенных выше случаях недействительным только при недобросовестности залогодержателя. Банк должен провести тщательную проверку чистоты одобрения сделки, соответствия предоставленных документов формальным требованиям, оценить состав голосовавших за одобрение сделки участников (акционеров), наличие заинтересованности в сделке; режим собственности на передаваемое в ипотеку имущество. Так, например, Банк не обратил внимание, что в голосовании принимал участие акционер, который является выгодоприобретателем по договору ипотеки как заемщик по кредитному договору, в обеспечении которого заключен договор ипотеки. Такое поведение было признано недобросовестным. В другом случае хотя и имело место нарушение порядка одобрения сделки - один из участников ООО не был уведомлен о собрании, не участвовал в одобрении, а протокол собрания с его подписью были сфальсифицированы - банк был признан добросовестным залогодержателем, так как не мог знать о факте фальсификации, исходил из опыта делового общения с ООО, залогодатель предоставил протокол собрания участников с проставленной на документе подлинной печатью ООО.

Совершение сделки заинтересованными лицами или лицом с превышением полномочий также влечет за собой признание договора ипотеки недействительным. Выше уже упоминались случаи, когда сделка совершалась и одобрялась заинтересованными лицами - когда должник и займодавец или его исполнительный орган (участник, акционер) совпадают в одном лице или являются родственниками; но не менее распространены и случаи, когда сделка совершается доверительным управляющим, представителем по доверенности с превышением полномочий, когда в доверенности не содержится указание на возможность совершения такого рода сделок, или когда доверительный управляющий или представитель является выгодоприобретателем по договору ипотеки (так, например, заключение договора ипотеки представителем в обеспечение кредитного договора, по которому он выступал заемщиком, было признано как совершение сделки заинтересованным лицом с нарушением требований закона о представительстве).

Еще одна группа споров по признанию договора ипотеки недействительным тесно связана с делами о несостоятельности (банкротстве) .

Договор ипотеки признается недействительным, если заключен с целью (пусть даже не осознанной, не явной) причинения ущерба другим кредиторам лица, признанного банкротом, или имеющими явные признаки несостоятельности. Так, например, договор ипотеки между должником и банком был признан недействительным, так как был заключен в обеспечение всех ранее заключенных между сторонами кредитных договоров с целью первоочередного удовлетворения требований банка-залогодержателя в обход других кредиторов, причем такое удовлетворение требований сделало бы невозможным возмещение задолженности перед другими кредиторами.

Нарушение баланса интересов других кредиторов, уменьшение конкурсной массы должника является наиболее частым основанием для признания договора ипотеки недействительным. Причем необязательно, чтобы договор ипотеки был заключен именно с должником в качестве залогодателя. Нередко предмет ипотеки приобретается по договору купли-продажи на явно невыгодных для продавца-должника условиях, и договор купли-продажи признается недействительным, а, следовательно, признают недействительным и договор ипотеки в связи с утратой залогодателем права собственности. Стоит отметить, что в случае добросовестности залогодержателя обременение имущества сохраняется, но суды редко признают залогодержателя добросовестным, особенно в делах о несостоятельности (банкротстве) в указанных выше обстоятельства совершения сделки купли-продажи. Так, например, суд отказал в признании банка добросовестным залогодержателем, т.к. банк, полагаясь на истечение сроков исковой давности по сделке купли-продажи не произвел проверку сделки и не выявил порок сделки в виде явно заниженной продажной цены имущества. В другом случае, также банк не был признан добросовестным залогодержателем, т.к. приобретение залогодателем предмета ипотеки у должника-продавца было осуществлено по цене в несколько раз ниже реальной, рыночной, и банк должен был знать об этом.

То есть одним из главных оснований для признания сделки недействительным будет являться причинение вреда имущественным правам кредиторов, при этом должно быть установлено одновременно три обстоятельства: цель сделки причинить вред имущественным правам кредиторов (пусть и не явно), такой вред причинен, другая сторона сделки знала или должна быть знать об указанной цели к моменту совершения сделки (п.5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Потенциальному залогодержателю необходимо внимательно и ответственно подходить к оценке правовых рисков заключения сделки по передачи имущества в залог (ипотеку); стоит проверять не только формальное соответствие сделки требованиям закона, но и насколько данная сделка соответствует интересам залогодателя, каково его имущественное состояние. Так, договор ипотеки был признан недействительным на том основании, что сделка явно невыгодная залогодателю, т.к. в случае обращения взыскания на предмет ипотеки деятельность залогодателя будет невозможна (парализована), а исполнение им обязательств по основному обязательству, в обеспечение которого заключен договор ипотеки, сомнительно в силу явной неплатежеспособности. Банк при этом как залогодержатель должен был знать о признаках неплатежеспособности и о невыгодности сделки для залогодателя.

Признание договора ипотеки недействительным служит основанием для снятия обременения с имущества в залоге, погашения регистрационной записи в ЕГРП об ипотеке. Основанием для погашения регистрационной записи в этом случае служит решение суда о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки. Важно: само по себе признание договора ипотеки недействительным не влечет за собой снятие обременения с имущества и погашение регистрационной записи, т.к. в решение суда должно содержаться указание о применении последствий недействительности сделки; допускается обращение с иском о снятии обременения с имущества, погашении регистрационной записи как самостоятельный способ защиты нарушенного права (п.52 Постановление Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав"). В случае применения последствий недействительности сделки в виде снятия обременения с имущества обращение взыскания на предмет ипотеки становится невозможным.

Споры о прекращении ипотеки

Ипотека может быть признана судом прекращенной в силу различных обстоятельств, в настоящем обзоре приведены наиболее распространенные основания (категории) споров.

Так, ипотека признается прекращенной при утрате права собственности на предмет ипотеки залогодателем. Причем следует обратить внимание на то, что речь идет об утрате, а не передаче права собственности по возмездным или безвозмездным сделкам, когда право залога сохраняется. Утрата права собственности, как правило, осуществляется в результате виндикации, когда сделка купли-продажи, иная сделка, на основании которой залогодатель приобрел право собственности на предмет ипотеки, признается недействительной. Так, признание договора купли-продажи недействительным как сделки, совершенной с нарушением порядка одобрения и причинившей имущественный вред продавцу, послужило основанием для признания ипотеки прекращенной в силу утраты залогодателем права собственности на предмет ипотеки.

Важно: залогодержатель может сохранить за собой право залога только в случае добросовестности, но, как правило, суды часто признают действия залогодержателя недобросовестными, т.к. банки недостаточно хорошо и внимательно осуществляют оценку правовых рисков, основание приобретения залогодателем права собственности на предмет ипотеки, чистоту сделки, на основании которой приобретено право собственности. Часто банки довольствуются только наличием регистрационной записи в ЕГРП о праве собственности за залогодателем, забывая, что сама по себе регистрационная запись не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя (см. п.38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав"). Лицо признается добросовестным приобретателем (равно залогодержателем), если докажет, что при совершении сделки оно не знало и не должно было знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности приняло все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества.

Так, банк не был признан добросовестным залогодержателем, т.к. должен был знать исходя из договора купли-продажи, иных документов, содержащим сведения о предмете ипотеки, о пороке сделки по купли-продажи имущества, которое было приобретено по заведомо заниженной цене с причинением убытка продавцу, отчуждение имущества повлекло уменьшение конкурсной массы, причинение имущественного вреда кредиторам продавца.

Наиболее распространённым основанием прекращения ипотеки является прекращение основного обязательства, в обеспечении которого заключался договор ипотеки. Основное, кредитное в нашем случае, обязательство может быть прекращено по любым основаниям, например, надлежащим исполнением. В этой категории наиболее распространены обращения в суд о признании незаконным отказа в погашении регистрационной записи об ипотеке, хотя иногда препятствие в этом чинят и залогодержатели. Так, например, был признано незаконным уклонение залогодержателя от погашения записи об ипотеки на основании якобы возникающего судебного спора по кредитному обязательству, т.к. кредитное обязательство прекращено надлежащим исполнением, а значит прекращена и ипотека.

Прекращение основного обязательства может возникнуть и по иным основаниям, например, ликвидацией должника, ипотека в этом случае также признается прекращенной, если залогодатель вовремя не среагирует на процедуру ликвидации и не заявит соответствующие требования.

Соглашением сторон также может быть прекращена ипотека, причем, без прекращения основного обязательства. Стороны вправе в любой момент путем заключения соответствующего соглашения расторгнуть договор ипотеки и тем самым прекратить ипотеку.

Третьим по распространенности основанием признания ипотеки прекращенной является прекращение ипотеки в силу закона при отсутствии заявления залогодателя об оставлении предмета ипотеки за собой в случае признания повторных торгов по реализации предмета ипотеки незаключенным. Не будем подробно останавливаться на сути споров, отметим только, что месячный срок уведомления-заявления об оставлении предмета за собой следует отсчитывать не с момента получения соответствующего предложения-уведомления службы судебных приставов, а с момента признания торгов недействительными и публикации об этом сведений в СМИ. Суды исходят из того, что залогодержатель должен знать о проведении торгов и следить за их состоянием, публикация в открытых источниках информации о признании торгов несостоявшимися является правовым основанием для начала исчисления месячного срока, установленного в ст.58 Закона Об ипотеки . Также обратим внимание, что при исполнительном производстве в отношении обращения взыскания на предмет ипотеки приоритет имеют специальные нормы об исполнительном производстве, содержащиеся в Законе Об ипотеке . Так, было признано не имеющим значение, что перед повторными торгами взыскатель отозвал исполнительный лист, т.к. хотя такое право и предоставлено взыскателю, это создает правовую неопределенность в отношении судьбу предмета ипотеки, что недопустимо для стабильности хозяйственного оборота.

Обратим внимание еще на одно основание прекращения ипотеки: реализация предмета ипотеки в рамках процедуры банкротства. Если залогодатель не заявит в сроки и порядке, установленные законодательством, о своих требования как кредитор, то может лишиться в дальнейшем возможности обратить взыскание на предмет ипотеки, т.к. ипотека может быть прекращена реализаций имущества на торгах в целях удовлетворения требований кредиторов должника-залогодателя.

Споры о заключении договора ипотеки, изменение условий договора ипотеки

При заключении договора ипотеки следует обращать внимание на идентификацию предмета ипотеки, особенно в отношении вещий не являющихся принадлежностью к главной вещи, такое имущество должно обозначаться отдельно, как обособленный предмет ипотеки. Так, ипотека была прекращена в отношении газопровода в связи с тем, что не было предоставлено доказательств, что газопровод является принадлежностью ТЭЦ, и не может использоваться самостоятельно отдельно от ТЭЦ.

Договор ипотеки заключается в письменной форме с обязательным указанием на существо обязательства, в обеспечении которого имущество передается в ипотеку, в противном случае договор может быть признан незаключенным.

Договор ипотеки может быть изменен сторонами договора в любой момент по соглашению сторон как путем заключения договора ипотеки в новой редакции, так и путем дополнительного соглашения к договору. При этом дополнительное соглашение не является новым договором ипотеки, хотя и должно заключаться в той же форме, что и основной договор ипотеки. Дополнительное соглашение признается неотъемлемой частью договора ипотеки и не должно содержать в себе все условия договора ипотеки, а только указание на ту часть, которая изменяется (хотя встречается и иная позиция в судах). Изменения в договор ипотеки подлежат государственной регистрации. На практике встречаются случаи отказа в государственной регистрации дополнительных соглашений на том основании, что в них не содержится какое-либо существенной условие договора ипотеки в соответствии со ст.9 Закона Об ипотеке . В этом случае суд обычно признает отказ незаконным, т.к. дополнительное соглашение лишь изменяет условия основного договора ипотеки, а не является новым договором ипотеки.

Договор ипотеки может быть изменен путем заключения и утверждения мирового соглашения по основному кредитному обязательству. Стоит отметить, что в этом случае, ипотека обеспечивает не первоначальное обязательство, а исполнение обязательства, измененного мировым соглашением. Так, было отменено решение суда первой инстанции об удовлетворении за счет имущества в ипотеке требований о взыскании задолженности по процентам за кредит, т.к. мировым соглашением кредитное обязательство было изменено, не предусматривает уплату процентов, а договор ипотеки с утверждением мирового соглашения обеспечивает исполнение мирового соглашения.

Изменение договора ипотеки возможно и путем исполнения основного обязательства за должника другим лицом - поручителем, к которому в этом случае переходят права залогодержателя. Стоит отметить, что в судебной практике встречаются случаи отказа признания за поручителем права залогодержателя, если он не произвел государственную регистрацию перехода прав залогодержателя. Так, было отказано в признании прав залогодержателя лицу, которое заявило требование о включении задолженности в реестр требований должника банкрота, на основании того, что по данным государственной регистрации право залогодержателя зарегистрировано за банком, при этом само требование о погашении задолженности перед поручителем в реестр было включено.

II. Выводы судов по спорным вопросам ипотечного кредитования

Оспаривание договора ипотеки и признание договора ипотеки недействительным или незаключенным

1. В случае признания недействительным договора, в обеспечение которого заключен договор залога (ипотеки), недействительным признается и договор ипотеки.

1.1. Определение Верховного Суда РФ от 27.04.2015 N 305-КГ15-3033 по делу N А41-38495/2013

Исковые требования:

Пересмотреть в кассационном порядке судебные акты о признании недействительным договора залога (ипотеки).

Решение суда:

Отказано в передаче дела для рассмотрения судом кассационной инстанции.

Позиция суда:

Между истцом и банком был заключен договор залога (ипотеки) во обеспечения обязательства по договору о невозобновляемой кредитной линии между банком и третьим лицом ООО. В ходе судебного разбирательства было установлено, что договор об открытии невозобновляемой кредитной линии, договор поручительства, а также дополнительные соглашения к ним от имени генерального директора заемщика подписаны иным, неустановленным, лицом. Отсюда выводы судов, основанные на ст.168 , п.2 ст.434 , ст.819 , 820 ГК РФ , о ничтожности договора об открытии кредитной линии правомерны, а значит договор залога (ипотеки) обоснованно признан недействительным, т.к. договор ипотеки является акцессорным договором, служит для обеспечения исполнения обязательства, установленного основным договором; в случае признания недействительным основного договора недействительным признается и договор ипотеки.

1.2. Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 16.12.2014 N Ф09-8849/12 по делу N А76-12681/2010

Исковые требования:

Признать недействительным пункт дополнительного соглашения к договору ипотеки, пункты договора купли-продажи.

Решение суда:

Позиция суда:

Требования удовлетворены, т.к. ранее решением арбитражного суда, имеющим преюдициальное значение, были признаны недействительным (ничтожными) договор о возобновляемой кредитной линии и договор ипотеки. Дополнительное соглашение к договору, а также положения договора купли-продажи об обременении недвижимости ипотекой, распространении ранее заключенного договора ипотеки на помещение также признаются недействительными, т.к. основаны на недействительной сделке.

2. Договор ипотеки может быть признан недействителен, если его заключение и исполнение, наносит имущественный вред кредиторам должника (банкрота), имущественному положению лица, заключившего сделку; заключение сделок сопряжено со злоупотреблением правом.

2.1. Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.03.2015 N Ф08-751/2015 по делу N А32-11077/2012 (см. также Определение Верховного Суда РФ от 11.06.2015 N 308-ЭС15-6068 по делу N А32-11077/2012 , которым отказано в передаче для пересмотра судебных актов в порядке кассационного производства).

Исковые требования:

Признать договор залога недвижимости (ипотеки) недействительным, применить последствия недействительности сделки.

Решение суда:

Исковые требования удовлетворены.

Позиция суда:

Должник признан банкротом, конкурсный управляющий обратился с обозначенными выше требованиями в суд. Договор ипотеки признан недействительным, т.к. его заключение влечет за собой причинение имущественного вреда и нарушение баланса интересов кредиторам должника, т.к. ставит одного кредитора (банк) в более преимущественное положение по сравнению с другими кредиторами в силу положений ст.334 ГК РФ . Банк, действуя разумно и проявляя требующуюся осмотрительность, не мог не знать о финансовом положении общества, не позволяющем исполнить им денежное обязательство в связи с недостаточностью денежных средств. Договор ипотеки заключен в качестве обеспечения исполнения по всем ранее заключенным между банком и должником кредитным договорам. На момент заключения договора у должника имелась задолженность перед другими кредиторами, которая возникла ранее задолженности перед банком. Заключение договора ипотеки направлено на обеспечения исполнения требований банка в приоритетном порядке в ущерб интересам других кредиторов и может привести к полной или частичной утрате возможности других кредиторов должника получить удовлетворение своих требований.

2.2. Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 06.08.2014 по делу N А45-11177/2010

Исковые требования:

Признать договор залога (ипотеки) недействительным, признать недействительными договоры поручительства.

Решение суда:

Исковые требования удовлетворены.

Позиция суда:

Действия по заключению спорных сделок признаны как направленные исключительно на причинение вреда должнику и его кредиторам в виде увеличения кредиторской задолженности в нарушение интересов должника и кредиторов, то есть имеются признаки злоупотребления правом. Банк знал (должен был знать) о нецелевом расходовании кредитных средств, но при этом продолжал кредитование должника. Кроме того, при заключении спорных сделок было известно, что они не обеспечены чистыми активами должника, на протяжении значительного периода времени у должника имелся дефицит в оборотных денежных средствах.

2.3. Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 19.08.2014 по делу N А12-10845/2013

Исковые требования:

Признать заключенные договоры, в т.ч. договор ипотеки, недействительными.

Решение суда:

Исковые требования удовлетворены частично, договор ипотеки признан недействительным.

Позиция суда:

Если процедура оплаты на сайте платежной системы не была завершена, денежные
средства с вашего счета списаны НЕ будут и подтверждения оплаты мы не получим.
В этом случае вы можете повторить покупку документа с помощью кнопки справа.

Произошла ошибка

Платеж не был завершен из-за технической ошибки, денежные средства с вашего счета
списаны не были. Попробуйте подождать несколько минут и повторить платеж еще раз.

В России трудно найти человека, который бы ни разу не брал кредит в банке. Ипотека так же широко распространена – это возможность быстро решить жилищный вопрос. Существенный недостаток – это залог квартиры под заем .

Брать деньги на 20 – 30 лет – это большой риск как для самого банка, так и для заемщика. Тем не менее граждане подписывают договоры, составленные банками не всегда понимая, что кроме обязательств заемщика, они обладают и правами потребителя. А банки, в свою очередь, не имеют право вносить в договор пункты, которые противоречат закону.

В случае нарушений законодательства одной из сторон, ипотечный договор может быть расторгнут. В статье вы узнаете, на что следует обращать внимание при подписании договора, когда ипотечный кредит признается недействительным и что происходит в реальности судебной практики .

Как закон регулирует отношения между заемщиком и банком

В России работа банков регулируется Центробанком России. А отношения банка как кредитора с населением, как с потребителем, установлены ГК РФ, КоАП (ст. 15.26) https://www.zakonrf.info/koap/15.26/ , ЗоЗПП (закон о защите прав потребителей), ФЗ «О банках» http://docs.cntd.ru/document/9004805 , ФЗ «Об ипотеке» http://kodeks.systecs.ru/zakon/fz-102/ , УК РФ.

Вам, как потребителю, необходимо знать свои права. Если вы берете квартиру или другую недвижимость в ипотеку для себя лично, своей семьи и не собираетесь использовать в коммерческих целях, то вы – потребитель. Банк обязан относиться к вам как продавец товаров и услуг к покупателю.

Все тонкости договоров в спорных вопросах лучше решать с помощью юриста, который работает именно в сфере кредитования под залог недвижимого имущества.

Если по вашему иску будет принято положительное решение, то работа банка будет проверятся полностью. Если нарушения совершались не раз, то суд может постановить отзыв лицензии и назначить уголовное наказание.

Причиной, по которой договор ипотеки может быть признан недействительным и как следствие расторгнут, может стать расторжение договора купли-продажи квартиры, дома, другой недвижимости, на покупку которой вы брали кредит.

Признание договора купли-продажи недвижимости недействительным

По статье 168 ГК сделка может признаться недействительной только судом.

Чтобы признать сделку купли-продажи

Вы купили квартиру на вторичном рынке на ипотечные деньги, заключили договор, передали нужную сумму и счастливо прожили в собственном жилье, к примеру, 3 года. Ежемесячно вносите платежи и всем довольны. Но вдруг появляется повестка в суд. На слушании вы узнаете, что объявился еще один собственник, который имеет право собственности на квартиру, а сделку совершили без его ведома, пока он был (в тюрьме, на заработках, за границей и т. п.).

Это очень распространенная ситуация: продажа квартиры «настоящим» собственником, дальнейшее появление еще одного «настоящего» собственника, который имеет большие права. Цепочка доходит до трех человек. Обезопасить себя от такой махинации очень трудно, что-либо доказать – тоже не просто. Эта ситуация характерна и для квартир в новостройке.

Собственником может выступить застройщик, скрыв, что многоквартирный дом перешел в собственность банка (как залог), заказчика или другой организации, имеющий собственнические права на постройку. Судебное разбирательство длится долгие годы, и не всегда помогает вернуть деньги.

В каких случаях договор купли / продажи квартиры признают недействительным

Сделка купли продажи считается недействительной, если:

при составлении нарушен какой-либо закон РФ;
противоречит нравственности и правопорядку;
сделка фиктивная;
одна из сторон – частично и полностью недееспособный человек;
подписал документ ребенок до 14 лет, 18 без согласия родителей или органов ОиП;
договор заключил человек, который не осознавал свои действия;
подпись поставлена под давлением (шантаж, угрозы, обман, насилие и т. п.);
подписавший введен в заблуждение.

Договор и сделку купли продажи могут оспаривать все заинтересованные лица, но насколько это правомерно решает только суд:

покупатель;
продавец;
родители несовершеннолетнего;
органы ОиП;
законные наследники, имеющие право на недвижимость;
прописанные в квартире граждане, не приватизировавшие квартиру;
продавец, который через некоторое время решил, что был не в себе, когда подписывал договор. Этим часто пользуются престарелые собственники квартир. Через год они подают в суд и возвращают себе квартиру, а вот деньги обратно отдают не всегда.

По действующему закону (ст. 168 ГК), чтобы признать сделку купли-продажи недействительной, ничтожной могут только стороны договора. То есть те, кто подписывал договор. В суде рассматриваются все факты и лица. Решение принимается на основании совокупности нескольких законов.

Если один из участников сделки купли-продажи исполнял свои обязательства по договору, то он не может обращаться в суд с иском о признании договора недействительным.

Чем опасны для продавцов и покупателей недействительные сделки по недвижимости

Для покупателя:

Если в договоре одна сумма, а фактически вы заплатили больше, то разницу вам никто не вернет – по закону продавец должен вернуть те деньги, о которых прописано в договоре.
Ипотека взята, кредит выплачивается, а продавец забрал квартиру обратно через суд. В лучшем случае, вам вернут деньги полностью и вы погасите какую-то часть кредита.
Продавец заявит, что деньги потрачены. Если сумму будут списывать с его зарплаты, то вы очень долго будет возвращать свое.
Договор купли должен быть подписан собственником, который имеет на это права – совершеннолетний, дееспособный, действует в здравом уме и твердой памяти открыто (родственники, супруга, дети, другие наследники, совладельцы, дольщики) знают о сделке купли-продажи и согласны. письменное согласие, заверенное нотариусом обязательно.

Для продавца:

Если вы продали квартиру, подписали все документы, получили деньги, передали в собственность покупателю свою недвижимость и не оговорили, что спор (какой-либо) будете решать в судебном порядке, то не сможете подать в суд. Ваш иск могут принять, только если у вас неоспоримые факты каких-либо нарушений.
Придется возвращать деньги. По закону, этот процесс можно растянуть на несколько лет, но покупатели бывают разные. Некоторые требуют вернуть срочно и в полном объеме.
Если вы договорились с покупателем, что фактически он заплатит вам больше, чем по договору, то можете не получить всей суммы. И в суде никак не докажете обратное. Все должно быть задокументировано и подписано нотариусом.
Если покупатель попросил вас сделать ремонт, после подписания договора на определенную сумму, обещал покрыть расходы устно, а после вступления в право собственности не сдержал обещание, вы, без подтверждающих документов не сможете доказать, что вы не «добрый самаритянин» — деньги вам не компенсируют.

Иск о признании договора купли-продажи недвижимости недействительным

Исковое заявление составляется по определенной форме. В каждом суде этот бланк может немного отличаться, но всегда содержит реквизиты сторон, вид договора, дату подписания, в чем выражается нарушение. Кроме этого вы должны отправить письменное требование ответчику заказным письмом. В иске укажите дату отправления, смысл требования (текст приложите).

Чтобы подобрать необходимый для вашей ситуации бланк, нужно обратиться к юристу или оформить иск непосредственно в здании суда.

Судебная практика

Гражданка Самойлова подала иск на признание договора купли-продажи квартиры своего отчима-собственника недвижимости, который исчез сразу после продажи.

Ответчица, гражданка Марьина подала встречный иск о выселении зарегистрированной на купленной ею жилплощади Самойловой.

В ходе разбирательства выяснилось, что отчим продал квартиру, взял деньги и уехал заграницу. В связи с тем, что продавец (истинная сторона договора) жив и здравствует, Самойлова не имеет право подавать иск (отказано).

Гражданка Марьина не смогла удовлетворить свой иск, так как не имеет право из квартиры зарегистрированных, не участвовавших в приватизации лиц.

Признание договора ипотеки недействительным

Чтобы суд признал ипотечный договор недействительным, нужны веские основания. Серьезный документ, составляемый грамотными юристами банка должен основываться на законодательстве РФ. ФЗ «О банках» (гл. 3)http://docs.cntd.ru/document/9004805, который определяет порядок организации работы учреждений в этой финансовой сфере. Государственные банки придерживаются закона. Коммерческие – не всегда.

Часто, чтобы получить максимальную прибыль, такие структуры устанавливают в договоре свои правила, которые ущемляют права заемщика, как потребителя услуг.

Договор может быть признан недействительным, если он оспоримый или ничтожный:

Ничтожный – это значит, что он нарушает законодательство РФ.
Оспоримый – содержание сделки и иск можно оспорить.

Когда договор ипотечного кредитования признают недействительным

Основаниями для признания судом договора недействительным могут быть:

начисление сложных процентов – банк начисляет проценты на проценты за другой кредит, который он вам выдает автоматически при просрочке платежа. Если вам трудно разобраться с «многоэтажными» расчетами процентов, лучше обратитесь в тот банк, где все в договоре просто и понятно;
нарушение п.2 ст. 16 ЗоЗПП (условия договора, ущемляющие права потребителей);
банкротство заемщика;
банкротство банка;
нарушение банком закона относительно заемщика – начисление комиссий, повышение процентов за кредит, сокращение срока кредитования вразрез с договором,

Совет. Будьте внимательны. Некоторые банки предоставляют автоматическое кредитование в случае задержки платежей, включенное в пакет услуг или по договору. Процент при этом очень высокий. В итоге, вы заплатите штрафы, пени, погасите кредит и забудете о долге. Через несколько лет банк вам предоставит задолженность, штрафы и пени за просрочку другого кредита. Чтобы не попасть в такую ситуацию, узнайте подробности кредитования, а после завершения выплат проверьте, должны ли вы банку еще что-нибудь.

Независимо от того, единственное ваше жилье заложено под кредит или это другая недвижимость, банк будет действовать по договору. В случае просрочек, квартира перейдет в собственность кредитора.

В основном банки подают иски на заемщиков. Но бывают и обратные ситуации.

Судебная практика

Семья приобрела квартиру в ипотеку и добросовестно вносила платежи. Через 4 года финансовое положение семьи пошатнулось, и появились просрочки. Супруги сообщили об этом банку и обязались выплатить долги, пени и штрафы за несколько месяцев. Спустя некоторое время ситуация улучшилась и заемщики погасили долги. Срок кредитования истек, квартира перешла в собственность семьи. Через 2 года банк прислал уведомление о просроченных платежах по кредиту, о котором супруги не знали. После выяснения, оказалось, что во время периода просрочек, банк автоматически выдал кредит на сумму счета заемщика в размере суммы просроченных платежей под высокий процент, о чем не уведомил заемщика.

Семья подала иск в суд о признании недействительной сделки, ущемлению потребительских прав с целью обогащения и действий совершенных в разрез с законодательством РФ. Иск был удовлетворен.

Исковое заявление о признании недействительным договора ипотеки

Если вы подозреваете, что банк превысил свои полномочия и ущемил ваши гражданские и потребительские права, обратитесь к юристу. Специалист изучит договор и рассмотрит ситуацию. Если ваша сделка ничтожна, то последует совет о подаче иска в суд. Форма искового заявления выглядит как на образце, но лучше взять бланк в самом суде вашего города.

Что такое апелляционное определение?

После того как суд принимает решение по делу, выносится Постановление. Решение суда можно оспорить в установленные сроки в высших инстанциях. Для этого неудовлетворенной стороной составляется Жалоба. Высшая судебная инстанция рассматривает ее и выносит апелляционное решение (определение).

Могут ли возникнуть проблемы с купленной у банка квартирой?

Проблемы появляются, если в квартире есть зарегистрированные граждане. Вы не сможете выписать их. В остальных случаях все, как и при совершении сделки с гражданским собственником. Банк изначально предлагает должнику продать квартиру самому и погасить кредит (рефинансировать, купить квартиру поменьше). Если это сделать не удается, квартира выставляется на аукцион. При покупке с аукциона недвижимости вы должны хорошо ориентироваться в тонкостях таких торгов. Любой собственник может отозвать купленную вами квартиру, если в чем-то был нарушен закон. Если после 3 аукционов (со снижением цены) квартира не продастся, она переходит в собственность банка.

Все отношения в сфере недвижимости протекают по строгим правилам этой сферы. Изменения в ГК (ст. 168), направлены на уменьшение случаев обмана и мошенничества . Простому гражданину без юридического образования вникнуть в тонкости достаточно трудно. Доверьте вашу проблему юристу.

"Юридическая работа в кредитной организации", 2006, N 3

Среди способов обеспечения исполнения гражданско-правовых обязательств залог занимает особое место, поскольку обладает относительной надежностью и преимуществами в сравнении с иными способами обеспечения исполнения обязательств. В течение последних лет залог получил широкое распространение в предпринимательских отношениях, прежде всего в практике банковского кредитования. Тем не менее вопросы, связанные с признанием договоров залога недействительными, не потеряли свою актуальность, о чем свидетельствует неуменьшающееся количество рассматриваемых судами соответствующих споров.

Признание сделки недействительной и применение последствий ее недействительности являются одним из способов защиты гражданских прав. Недействительность сделки означает, что действие, совершенное в виде сделки, не обладает качествами юридического факта, способного породить те гражданско-правовые последствия, наступления которых желали субъекты.

Следует напомнить, что недействительные договоры необходимо отличать от несостоявшихся, или иначе незаключенных договоров, которые не возникают ввиду отсутствия предусмотренных правом общих условий, необходимых для совершения сделки.

В соответствии со ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Касательно договора залога следует отметить более широкий по сравнению с другими гражданско-правовыми договорами перечень его условий, которые признаются существенными. Согласно п. 43 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" <1> существенными условиями договора о залоге являются предмет залога и его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом, а также условие о том, у какой из сторон (залогодателя или залогодержателя) находится заложенное имущество (п. 1 ст. 339 ГК РФ). Если сторонами не достигнуто соглашение хотя бы по одному из названных условий либо соответствующее условие в договоре отсутствует, договор о залоге не может считаться заключенным.

<1> Вестник ВАС РФ. 1996. N 9.

Заместитель Председателя Высшего Арбитражного Суда РФ В.В. Витрянский полагает, что условие договора залога о том, у кого находится заложенное имущество, является существенным, однако отсутствие такого условия в тексте договора не влечет признания его незаключенным <2>. ГК РФ содержит ряд правил, позволяющих определить данное условие договора и при отсутствии такового в его тексте. Указанные правила сформулированы как в виде императивных, так и диспозитивных норм.

<2> См.: Научно-практический комментарий к части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1999. С. 421.

Условие договора о предмете залога должно содержать сведения, позволяющие идентифицировать заложенное имущество. Исходя из существа залогового обязательства, при определении в договоре предмета залога необходимо указать не только видовую принадлежность имущества, но и иные характеристики, позволяющие выделить заложенное имущество из однородных вещей.

Судебная практика исходит из того, что при отсутствии в договоре залога таких сведений существенное условие договора о его предмете является несогласованным, а сам договор залога - незаключенным. Согласно п. 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 15.01.1998 N 26 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о залоге" <3> при отсутствии в договоре о залоге сведений, индивидуально определяющих заложенное имущество, договор о залоге не может считаться заключенным.

<3> Вестник ВАС РФ. 1998. N 3.

Проанализировав условия конкретного договора залога оборудования, который содержал наименование оборудования, передаваемого в залог, его стоимость и залоговую стоимость, но не имел указания на иные идентифицирующие признаки, в частности заводские или инвентарные номера, суд пришел к выводу о незаключенности договора залога (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 27.07.2005 по делу N А294820/2004-2Э).

В этом аспекте показательно еще одно дело, рассмотренное ФАС Восточно-Сибирского округа. Суд апелляционной инстанции, ссылаясь на ст. ст. 78, 81 Федерального закона "Об акционерных обществах", ст. 432 ГК РФ, Постановление Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8, Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 15.01.1998 N 26, пришел к выводу, что договор залога является незаключенным в связи с неопределением сторонами предмета договора. Суд посчитал, что оборудование и механизмы, составляющие предмет залога, являются технически сложными аппаратами и должны иметь индивидуальные признаки, позволяющие вычленить их из однородных вещей: марки, год выпуска, заводской и серийный номер, наименование изготовителя, технические паспорта и т.д.

Кассационная инстанция не согласилась с выводами суда апелляционной инстанции, указав, что анализ условий договора залога позволяет однозначно определить предмет залога - это наименование товара, указанное в спецификации к договору залога, индивидуализированного такими характеристиками, как год выпуска, вид агрегатов, их объем, количество, его балансовая стоимость. Определены условиями договора размер и срок исполнения обязательства, а также условие о том, у кого из сторон находится заложенное имущество. По мнению суда кассационной инстанции, указание иных условий договора залога законодательством не регламентировано. Выводы арбитражного суда апелляционной инстанции о незаключенности договора залога в связи с отсутствием индивидуализирующих признаков предмета залога, позволяющих вычленить его из однородных вещей, не обоснованы ссылками на нормы права, определяющие требования к указанию таких характеристик предмета залога. Суд кассационной инстанции посчитал, что выводы арбитражного суда апелляционной инстанции о несогласовании сторонами предмета договора в связи с невозможностью индивидуализировать предмет залога не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и не основаны на правильном применении норм материального права (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 17.01.2005 по делу N А10-961/04-Ф02-5692/04-С2).

В договорах залога стороны часто указывают различную стоимость предмета залога: рыночную, балансовую, инвентаризационную, залоговую, что может явиться основанием для инициирования спора о признании такого договора залога незаключенным. В этой связи, в частности, в отношении договоров ипотеки Президиум ВАС в п. 19 Информационного письма от 28.01.2005 N 90 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с договором об ипотеке" отметил, что при указании сторонами в договоре об ипотеке нескольких разных оценок предмета ипотеки такой договор не может считаться незаключенным, если возможно установить, какая из оценок представляет собой ту, о которой стороны договорились как о существенном условии договора об ипотеке. При анализе условий конкретного договора об ипотеке суд установил, что в нем стороны указали три разные оценки предмета ипотеки: оценку по заключению независимого оценщика, залоговую оценку и оценку по документам органа технической инвентаризации. Суд, исследовав все обстоятельства и материалы дела, пришел к выводу, что именно залоговая оценка является той оценкой заложенного здания, которую стороны по соглашению между собой дали этому предмету ипотеки.

В банковской практике нередки ситуации, когда существенные условия договора залога определены в двух документах - в тексте самого договора залога и тексте кредитного договора - при наличии взаимных отсылок в этих документах. Например , некоторые существенные условия договора залога указываются в тексте кредитного договора, а в договоре залога стороны ограничиваются лишь ссылкой на дату и номер заключенного между заемщиком и банком кредитного договора и не прописывают существо, размер и срок исполнения обязательства. Полагаем, что в таких ситуациях договор залога не может признаваться незаключенным, но лишь при условии, что заемщик и залогодатель - одно лицо, то есть когда залогодателем является должник в основном обязательстве.

Соответствующее разъяснение содержится в п. 43 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8: "В случаях, когда залогодателем является должник в основном обязательстве, условия о существе, размере и сроках исполнения обязательства, обеспеченного залогом, следует признавать согласованными, если в договоре залога имеется отсылка к договору, регулирующему основное обязательство и содержащему соответствующие условия".

Интерес представляет соответствующая позиция Президиума ВАС РФ применительно к договорам залога ценных бумаг, которая изложена в п. 4 Информационного письма от 21.01.2002 N 67 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с применением норм о договоре о залоге и иных обеспечительных сделках с ценными бумагами". Президиум ВАС РФ указал, что условия договора о залоге ценных бумаг, индивидуализирующие его предмет, могут оформляться несколькими взаимосвязанными документами. В рассматриваемом примере в тексте договора залога содержались сведения о векселедателях передаваемых векселей, их вид (простые), номинал и сроки платежа, но их серии и номера приведены не были. Эти данные не были указаны и в акте приема-передачи векселей в заклад. Истец - залогодержатель объяснял, что индивидуальные признаки векселей были определены в тексте кредитного договора, исполнение которого должно было обеспечиваться залогом. Поскольку залогодатель являлся заемщиком по данному договору, условия договора о залоге содержались одновременно в двух не противоречащих друг другу и взаимосвязанных документах. Кроме того, при передаче векселей в заклад залогодатель передал истцу перечисленные в тексте кредитного договора ценные бумаги. Это подтверждалось самим фактом нахождения именно этих бумаг у истца. Суд на основе анализа текстов кредитного договора и договора о залоге сделал правомерный вывод о согласовании сторонами всех существенных условий договора о залоге. Ссылаясь на ст. ст. 160 и 434 ГК РФ, под документом, выражающим содержание заключаемой сделки, понимается не только единый документ, но и несколько взаимосвязанных документов, каждый из которых подписывается ее сторонами. В связи с этим отсутствуют основания для признания договора о залоге незаключенным только на том основании, что его условия определены в двух документах.

Если же в качестве залогодателя выступает третье лицо, отсутствие в договоре залога существенных условий, в том числе о существе основного обязательства и сроке его исполнения, влечет признание договора незаключенным, поскольку отсылка к тексту кредитного договора не может быть признана выражением воли залогодателя - третьего лица, не являющегося стороной в основном обязательстве.

Из общего правила, касающегося обязательности индивидуализации предмета залога, есть, пожалуй, единственное исключение. Речь идет о таком особенном предмете залога, как товары в обороте.

"Залогом товаров в обороте признается залог товаров с оставлением их у залогодателя и с предоставлением залогодателю права изменять состав и натуральную форму заложенного имущества (товарных запасов, сырья, материалов, полуфабрикатов, готовой продукции и т.п.) при условии, что их общая стоимость не становится меньше указанной в договоре о залоге" (п. 1 ст. 357 ГК РФ). При таком залоге важен не предмет залога, а его стоимость. При залоге товаров в обороте невозможно индивидуализировать имущество, передаваемое в залог. При определении предмета залога, в частности, в договоре о залоге товаров должны быть указаны наименование товаров, их вид, сорт, стандарт, которому должно соответствовать качество товаров.

Как уже было отмечено, от незаключенных сделок необходимо отличать сделки недействительные - ничтожные и оспоримые.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом РФ, который содержит исчерпывающий перечень оснований признания сделок недействительными.

Для признания сделки (договора) недействительной необходимо наличие основания, предусмотренного ст. ст. 168 - 179 ГК РФ.

Одним из видов оспоримых сделок является сделка, совершенная органом юридического лица с превышением его полномочий (ст. 174 ГК РФ). Такие споры - не редкость в арбитражной практике.

Согласно ст. 174 ГК РФ, если полномочия органа юридического лица на совершение сделки ограничены учредительными документами по сравнению с тем, как они определены в законе, и при ее совершении такой орган вышел за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, в случаях, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных ограничениях.

Статья 174 ГК РФ ограничивает круг случаев, в которых совершенная с превышением полномочий сделка может быть признана недействительной. Для этого необходим ряд условий. Во-первых, требование о недействительности сделки может быть заявлено только лицом, в интересах которого установлены ограничения полномочий, а не контрагентом по сделке. Во-вторых, этим лицом должно быть доказано, что другая сторона знала или заведомо должна была знать о наличии таких ограничений. В-третьих, требование о недействительности рассматривается по иску заинтересованного лица. Статья 174 ГК РФ не применяется в случаях, когда орган юридического лица действовал с превышением полномочий, установленных законом, так как данная статья предполагает нарушение органом юридического лица положений учредительных документов, а не закона. В таких случаях, как указано в п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.05.1998 N 9 "О некоторых вопросах применения ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации при реализации органами юридических лиц полномочий на совершение сделок" <1>, подлежит применению ст. 168 ГК РФ.

<1> Вестник ВАС РФ. 1998. N 7.

Согласно ст. 46 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" крупной сделкой являются сделка или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет более двадцати пяти процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок. Пункт 5 названной статьи предусматривает, что крупная сделка, совершенная с нарушением указанных требований, может быть признана недействительной по иску общества или его участника. То есть такая сделка является оспоримой на основании ст. 174 ГК РФ.

Если же крупную сделку совершает акционерное общество, то при нарушении требований ст. 79 Федерального закона "Об акционерных обществах", устанавливающей порядок одобрения крупной сделки, речь будет идти о применении ст. 168 ГК РФ, поскольку в отличие от Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", п. 5 ст. 46 которого указывает на оспоримость крупной сделки, совершенной ООО, Федеральный закон "Об акционерных обществах" не содержит соответствующего положения об оспоримости крупной сделки, совершенной акционерным обществом. Поэтому в последнем случае подлежат применению положения ст. 168 ГК РФ о ничтожности сделки, поскольку такая сделка не соответствует требованиям закона и закон не устанавливает, что такая сделка оспорима.

При решении вопроса о заключении сделок не лишним будет обращать самое пристальное внимание на положения, закрепленные в уставах юридических лиц, особенно в уставах обществ с ограниченной ответственностью.

Так, п. п. 3 и 4 ст. 46 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" по вопросу о том, в чью компетенцию может входить принятие решений о совершении обществом крупной сделки, отсылают к положениям устава общества. В соответствии с п. п. 3 и 4 ст. 46 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" решение о совершении крупной сделки принимается общим собранием участников общества. В случае образования в обществе совета директоров (наблюдательного совета) общества принятие решений о совершении крупных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет от двадцати пяти до пятидесяти процентов стоимости имущества общества, может быть отнесено уставом общества к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Пункт 6 названной статьи содержит положение, согласно которому уставом общества может быть предусмотрено, что для совершения крупных сделок не требуется решения общего собрания участников общества и совета директоров (наблюдательного совета) общества. Уставом общества может быть предусмотрен и более высокий размер крупной сделки.

Федеральный закон "Об акционерных обществах" содержит более жесткую регламентацию порядка одобрения крупных сделок и не предусматривает в регулировании этого вопроса возможность вариативности применительно к положениям устава акционерного общества.

Проиллюстрируем эти положения законодательства примерами арбитражной практики.

Решением Арбитражного суда Республики Бурятия были удовлетворены исковые требования ОАО "Дом торговли" к ОАО "Мосбизнесбанк" о признании недействительными кредитного договора и договора ипотеки по мотиву их несоответствия требованиям ст. 79 Федерального закона "Об акционерных обществах" (сделки, являясь крупными, заключены без решения совета директоров либо последующего одобрения; спорные сделки не получили одобрения общего собрания акционеров). Банк решение суда обжаловал.

По мнению ФАС Восточно-Сибирского округа, Арбитражный суд Республики Бурятия, руководствуясь требованиями ст. 78 Федерального закона "Об акционерных обществах", правильно определил соотношение цены договора залога и балансовой стоимости активов общества, в связи с чем обоснованно признал его крупной сделкой (34,85% от балансовой стоимости активов общества). Отсутствие согласия совета директоров на заключение спорного договора залога является обстоятельством в силу ст. 79 Федерального закона "Об акционерных обществах", определяющего его недействительность.

Выводы Арбитражного суда Республики Бурятия о недействительности кредитного договора на основании ст. ст. 78, 79 Федерального закона "Об акционерных обществах", по мнению ФАС Восточно-Сибирского округа, не являются правомерными. Суд первой инстанции, определив цену сделок кредитного договора и договора залога в совокупности (34,85 и 13,95% от стоимости активов общества), пришел к выводу, что данные сделки как взаимосвязанные между собой являются крупными и подлежат регулированию нормой ч. 1 ст. 78 Федерального закона "Об акционерных обществах". Вместе с тем суд первой инстанции не дал оценку кредитному договору на предмет того, является ли он сделкой, совершаемой в процессе осуществления обычной хозяйственной деятельности.

Позиция судебных органов ранее была изложена в п. 14 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 02.04.1997 N 4/8 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об акционерных обществах", согласно которому нормы ст. ст. 78 и 79 данного Закона, определяющие порядок заключения акционерным обществом крупных сделок, не распространяются на сделки, совершенные обществом в процессе осуществления обычной хозяйственной деятельности (связанные с приобретением сырья, материалов, реализацией готовой продукции и т.п.) независимо от стоимости имущества, приобретаемого или отчуждаемого по такой сделке. По мнению ФАС Восточно-Сибирского округа, характер деятельности, определяемый учредительными документами, целевое использование заемных средств в рамках спорного договора свидетельствуют о том, что кредитный договор является сделкой, совершенной в процессе обычной хозяйственной деятельности. Оснований для признания такого договора недействительной сделкой не имеется (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 05.02.2001 по делу N А10-2853/00-Ф02-70/01-С2). Таким образом, кассационная инстанция признала недействительным только договор ипотеки.

Хотелось бы обратить внимание, что арбитражный суд первой инстанции рассматривал цену сделок кредитного договора, составляющую менее 25% балансовой стоимости активов общества, и договора залога, превышающую 25% балансовой стоимости активов, в совокупности и сделал вывод, что обе эти сделки являются крупными именно как взаимосвязанные между собой.

Нередки в арбитражной практике споры о признании недействительными сделок, в совершении которых имеется заинтересованность.

Согласно ст. 45 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" решение о совершении такой сделки - прерогатива общего собрания участников общества (большинством голосов от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в ее совершении). Для акционерных обществ сделка с заинтересованностью должна быть одобрена до ее совершения советом директоров (наблюдательным советом) общества или общим собранием акционеров в соответствии с требованиями ст. 83 Федерального закона "Об акционерных обществах".

Сделки, в совершении которых имеется заинтересованность, если они совершены с нарушением требований указанных нормативных актов, являются оспоримыми (ст. 45 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", ст. 84 Федерального закона "Об акционерных обществах).

Показателен, на наш взгляд, следующий пример арбитражной практики.

Акционерное общество (далее - ОАО), являющееся залогодателем, обратилось в арбитражный суд с иском к банку о признании недействительным договора залога, заключенного в обеспечение исполнения Обществом с ограниченной ответственностью (далее - ООО) обязательства по кредитному договору, как заключенного с нарушением ст. ст. 81, 83 Федерального закона "Об акционерных обществах".

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска, исходя из того, что залог призван защищать имущественные интересы кредитора по кредитному договору банка, а не ООО, поэтому, по мнению суда, в силу ст. 81 Федерального закона "Об акционерных обществах" договор залога не может квалифицироваться как сделка, в совершении которой имеется заинтересованность.

Суд второй инстанции, рассмотрев договор залога в совокупности с основным договором (кредитным) и руководствуясь ст. ст. 329, 334, 387 ГК РФ, не согласился с доводами суда первой инстанции, расценил ООО в качестве стороны (выгодоприобретателя) в этих правоотношениях и признал сделки недействительными в силу ст. 168 ГК РФ ввиду нарушения требований ст. ст. 81, 83 Федерального закона "Об акционерных обществах". Решение апелляционной инстанции банком было обжаловано.

Как установлено судом, решение о заключении договора залога принималось советом директоров ОАО. Несколько членов совета директоров ОАО-залогодателя одновременно являлись участниками ООО-заемщика и в совокупности владели 27% долей в уставном капитале последнего.

В силу ст. 81 Федерального закона "Об акционерных обществах" член совета директоров (наблюдательного совета) общества, лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа общества, в том числе управляющая организация или управляющий, член коллегиального исполнительного органа общества или акционер общества, имеющий совместно с его аффилированными лицами 20% и более голосующих акций общества, признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица владеют (каждый в отдельности или в совокупности) 20% и более акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке.

Суд согласился с позицией истца, что ООО - заемщик по кредитному договору является выгодоприобретателем по договору залога.

Понятие выгодоприобретателя содержится в ГК РФ. Под выгодоприобретателем понимается лицо, в пользу которого заключен договор (ст. 929 ГК РФ), либо лицо, в интересах которого исполняется обязательство (ст. 1012 ГК РФ). Таким образом, данное понятие предполагает наличие у названного субъекта имущественного интереса в существующих правоотношениях.

В соответствии со ст. 334 ГК РФ кредитор по обеспеченному залогом обязательству имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами залогодателя. Приняв на себя ответственность по обязательствам заемщика, залогодатель действовал в интересах последнего. Кроме того, залог является обеспечительным акцессорным обязательством, не имеет самостоятельного действия и, следовательно, не может существовать в отрыве от основного (в данном случае кредитного) обязательства.

При таких обстоятельствах кассационная инстанция подтвердила вывод апелляционной инстанции о необходимости соблюдения при заключении договора залога требований ст. 83 Федерального закона "Об акционерных обществах".

В соответствии с названной нормой решение об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием акционеров большинством голосов всех не заинтересованных в сделке акционеров - владельцев голосующих акций, если предметом сделки является имущество, составляющее 2% и более балансовой стоимости активов общества. Суд указал, что предметом залога являлось имущество, балансовая стоимость которого составляла 3,32% от балансовой стоимости активов ОАО на отчетную дату перед заключением спорного договора. Решение о заключении договора залога общим собранием акционеров ОАО не принималось. Поэтому суд апелляционной инстанции правомерно удовлетворил иск о признании договора недействительным (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 23.05.2005 по делу N А82-3068/2004-45). Что касается залоговых сделок акционерных обществ: если такие сделки являются крупными или в их совершении имеется заинтересованность, не следует забывать об обязательности применения ст. 77 Федерального закона "Об акционерных обществах". Согласно п. 2 ст. 78 и п. 7 ст. 83 названного Закона для принятия советом директоров общества и общим собранием акционеров решения об одобрении крупной сделки либо сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, цена отчуждаемого или приобретаемого имущества определяется советом директоров (наблюдательным советом) общества в соответствии со ст. 77 Федерального закона "Об акционерных обществах" исходя из рыночной стоимости.

Особо хотелось бы рассмотреть вопросы, связанные с недействительностью договоров об ипотеке.

Согласно ст. 165 ГК РФ несоблюдение квалифицированной формы договора, когда требуется его нотариальное удостоверение, или правил о государственной регистрации договора влечет его недействительность.

Следует учитывать, что Федеральным законом от 30.12.2004 N 216-ФЗ внесены изменения в Федеральный закон от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (далее - Закон об ипотеке), касающиеся отмены требования об обязательной нотариальной форме договора об ипотеке (залоге недвижимости).

В соответствии с п. 3 ст. 339 ГК РФ для договора ипотеки предусмотрена государственная регистрация. Договор ипотеки, не зарегистрированный в государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, является недействительным (п. 4 ст. 339 ГК РФ). Порядок регистрации договора ипотеки урегулирован нормами ст. ст. 19 - 28 Федерального закона об ипотеке и ст. 29 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним".

В соответствии с п. 1 ст. 5 Закона об ипотеке по договору об ипотеке может быть заложено недвижимое имущество, указанное в п. 1 ст. 130 ГК РФ, права на которое зарегистрированы в порядке, установленном для государственной регистрации прав на недвижимое имущество. Предметом ипотеки могут быть и права арендатора (право аренды) недвижимости (ст. 5 Закона об ипотеке). Особенности залога отдельных видов недвижимого имущества закреплены в специальных нормах гл. XI - XIII Закона об ипотеке.

Согласно п. 3 ст. 340 ГК РФ ипотека здания или сооружения допускается только с одновременной ипотекой по тому же договору земельного участка, на котором находится это здание или сооружение, либо части этого участка, функционально обеспечивающей закладываемый объект, либо принадлежащего залогодателю права аренды этого участка или его соответствующей части. Следует отметить, что правило п. 3 ст. 340 ГК РФ подлежит применению в случаях, когда залогодатель здания или сооружения является собственником или арендатором соответствующего земельного участка. Если такое лицо по договору ипотеки передает в залог только здание или сооружение, а земельный участок либо право его аренды не является предметом залога, такой договор должен считаться ничтожной сделкой.

В связи с множественностью вопросов, возникающих при применении указанной нормы закона, высшие судебные инстанции дали следующие разъяснения.

Как указано в п. 4 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.02.2001 N 61 "Обзор практики применения арбитражными судами земельного законодательства" <1>, договор ипотеки здания не может считаться не соответствующим законодательству, если он заключен без залога прав на земельный участок в связи с отсутствием у залогодателя права собственности на этот участок. В приведенном в Обзоре судебном споре собственник заложенного здания владеет земельным участком, на котором оно расположено, на праве бессрочного пользования в соответствии с государственным актом, выданным в установленном порядке. При таких обстоятельствах ссылка на п. 3 ст. 340 ГК РФ является неправомерной.

<1> Вестник ВАС РФ. 2001. N 5.

В соответствии с п. 3 ст. 1 Закона об ипотеке общие правила о залоге, содержащиеся в ГК РФ, применяются к отношениям по договору об ипотеке в случаях, когда указанным Кодексом или Законом об ипотеке не установлены иные правила. Такие правила содержатся в ч. 3 ст. 69 названного Закона: "на принадлежащее залогодателю право постоянного пользования земельным участком, на котором находится здание, право залога не распространяется".

Кроме того, совместным Постановлением Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в тех случаях, когда залогодатель не является собственником или арендатором земельного участка, договор ипотеки здания не может считаться не соответствующим законодательству, если он заключен без залога прав на земельный участок.

Помимо зданий и сооружений предметом ипотеки часто является помещение в здании, сооружении. Следует заметить, что помещение может являться предметом ипотеки, если права на него зарегистрированы в порядке, установленном для государственной регистрации прав на недвижимое имущество (п. 5 ст. 1 Закона об ипотеке).

Правило п. 3 ст. 340 ГК РФ должно применяться и к залогу помещений. Так, ФАС Северо-Западного округа в Постановлении от 13.02.2001 по делу N А56-25828/00 указал следующее. Суд первой инстанции удовлетворил иск ООО "Смолянка" к ОАО "Петровский народный банк" о признании недействительным договора залога нежилых помещений, поскольку в нарушение п. 1 ст. 5 и ст. 69 Закона об ипотеке и п. 3 ст. 340 ГК РФ договор ипотеки не предусматривает одновременной ипотеки по нему части земельного участка, принадлежащей истцу на праве собственности. По мнению банка, обратившемуся с кассационной жалобой, правило об одновременном залоге недвижимого имущества и функционально обеспечивающего его земельного участка применимо только к договору залога, предметом которого является здание или сооружение, и не распространяется на договор залога нежилого помещения. Банк также полагал, что в залог не может передаваться доля в праве собственности на общее имущество. Кроме того, банк указывал на то, что ни заемщик, ни залогодатель не сообщили ему о существующих правах на земельный участок, а также усматривал в действиях истца злоупотребление правом.

Кассационная инстанция решение оставила в силе по следующим основаниям. ООО "Смолянка" является собственником доли земельного участка, на котором находится здание, о чем выдано свидетельство. Однако земельный участок не являлся предметом договора ипотеки нежилых помещений. Довод банка о том, что правило об одновременной ипотеке земельного участка при ипотеке здания, сооружения не применимо к ипотеке нежилого помещения, обоснованно отклонен судом, так как нежилое помещение в соответствии со ст. 130 ГК РФ относится к недвижимому имуществу и на него как на часть здания распространяется правовой режим, установленный для зданий, сооружений. Ссылка банка на то, что земельный участок, принадлежащий лицу на праве общей долевой собственности, не может являться предметом залога, также не принимается во внимание, поскольку право участника долевой собственности отдать в залог свою долю прямо предусмотрено ст. 246 ГК РФ.

Что касается ипотеки зданий, сооружений с одновременной ипотекой права аренды земельного участка, на котором находятся закладываемые здания, сооружения, следует упомянуть разъяснение Президиума ВАС РФ, содержащееся в п. 5 Информационного письма от 28.01.2005 N 90 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с договором об ипотеке", касающееся получения согласия арендодателя земельного участка на передачу права его аренды в ипотеку. Президиум ВАС разъяснил, что в соответствии с п. 9 ст. 22 Земельного кодекса собственник здания, расположенного на земельном участке из состава государственных и муниципальных земель, арендуемом им на срок более пяти лет, закладывая одновременно по одному договору об ипотеке здание и права по договору аренды этого участка, вправе заложить эти права без согласия арендодателя с его уведомления. Условие договора аренды об обязательном получении арендатором предварительного согласия арендодателя на ипотеку права аренды противоречит императивной норме п. 9 ст. 22 Земельного кодекса, предусматривающей, что арендатор без согласия арендодателя с его уведомления вправе заложить свои права по договору. Положение п. 9 ст. 22 Земельного кодекса не противоречит п. 2 ст. 615 ГК РФ, так как согласно п. 2 ст. 607 ГК РФ законом могут быть установлены особенности сдачи в аренду земельных участков. Условие договора аренды земельного участка, предусматривающее обязательное получение арендатором согласия арендодателя на залог права аренды, является недействительным в силу ст. ст. 168 и 180 ГК РФ. Действие п. 1.1 ст. 62 Закона об ипотеке, устанавливающего условие о передаче в ипотеку права аренды только с согласия арендодателя, распространяется на те случаи ипотеки права аренды земельного участка, когда такое право является единственным (самостоятельным) предметом ипотеки и закладывается без одновременной ипотеки зданий (сооружений). В случае ипотеки права аренды земельного участка в связи с ипотекой здания, находящегося на этом участке, п. 1.1 ст. 62 Закона об ипотеке не применяется.

И еще о нескольких моментах, возникающих в правоприменительной практике и касающихся недействительности договоров залога в связи с тем, что не учитываются особенности правового статуса залогодателя. Согласно ст. 335 ГК РФ залогодателем вещи может быть ее собственник либо лицо, имеющее на нее право хозяйственного ведения. Залогодателем права может быть лицо, которому принадлежит закладываемое право. Залог права аренды или иного права на чужую вещь не допускается без согласия ее собственника или лица, имеющего на нее право хозяйственного ведения, если законом или договором запрещено отчуждение этого права без согласия указанных лиц.

Государственное или муниципальное унитарное предприятие, основанное на праве хозяйственного ведения, движимым имуществом распоряжается самостоятельно. Передать же в залог недвижимое имущество такое предприятие вправе только с согласия собственника. При этом движимым и недвижимым имуществом государственное или муниципальное предприятие распоряжается только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом такого предприятия. Сделки, совершенные государственным или муниципальным предприятием с нарушением этих требований закона, являются ничтожными (ст. 295 ГК РФ, ст. 18 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях").

Казенные предприятия имеют право передавать в залог принадлежащее им на праве оперативного управления имущество лишь с согласия собственника и только в пределах, не лишающих предприятие возможности осуществлять деятельность, предмет и цели которой определены уставом (ст. 297 ГК РФ, ст. 19 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях").

Учреждения согласно ст. 298 ГК РФ не вправе передавать в залог закрепленное за ними, а также приобретенное за счет средств, выделенных им по смете, имущество. Самостоятельно распоряжаться учреждение может лишь имуществом, приобретенным за счет доходов от собственной деятельности и учитываемым на отдельном балансе, при условии, что учредительными документами учреждению предоставлено право осуществлять приносящую доходы деятельность.

Неисполнение указанных требований законодательства влечет ничтожность договоров залога в силу ст. 168 ГК РФ.

Кроме того, для унитарных предприятий Федеральным законом от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" установлены специальные условия совершения крупных сделок (ст. 23) и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность руководителя (ст. 22). Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность руководителя, не может совершаться без согласия собственника имущества унитарного предприятия под страхом признания недействительной по иску унитарного предприятия или собственника имущества. Решение о совершении крупной сделки принимается с согласия собственника имущества, несоблюдение требования закона влечет ничтожность такой сделки по ст. 168 ГК РФ.

Постановлением ФАС Волго-Вятского округа от 29.03.2005 по делу N А43-11044/2004-21-342 было оставлено в силе решение Арбитражного суда Нижегородской области, согласно которому по иску ФГУП "Завод им. Я.М. Свердлова" к ОАО "Радиотехбанк" признан недействительным договор залога автотранспортных средств в соответствии со ст. 168 ГК РФ. Судебными инстанциями было установлено, что договор залога, являющийся крупной сделкой, заключен без согласия на то собственников имущества: Министерства имущественных отношений РФ и Российского агентства по боеприпасам - в нарушение п. 3 ст. 23 Федерального закона "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях". В Постановлении Правительства РФ от 30.12.2002 N 940 "О полномочиях федеральных органов исполнительной власти по осуществлению прав собственника имущества федерального государственного унитарного предприятия" определено, что согласование совершения подобных сделок в отношении федеральных государственных унитарных предприятий, находящихся в их ведении, осуществляют федеральные органы исполнительной власти. Следовательно, на заключение договора залога ФГУП "Завод им. Я.М. Свердлова" было обязано получить согласие Российского агентства по боеприпасам.

Следует упомянуть еще об одном общем основании недействительности договоров залога, предусмотренном п. 3 ст. 329 ГК РФ, - недействительность основного обязательства влечет недействительность обеспечивающего его обязательства в силу акцессорного характера последнего.

М.Н.Дракина

ОАО "ИМПЭКСБАНК"

филиал "Орловский"

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10 июля 2018 г. N 14-КГ18-9 Дело о признании недействительным договора ипотеки недвижимого имущества, применении последствий недействительности сделки, прекращении залога направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции, поскольку необходимо учесть положения законодательства, согласно которым, если вещь передана в залог залогодержателю лицом, которое не являлось ее собственником или иным образом не было надлежаще управомочено распоряжаться имуществом, о чем залогодержатель не знал и не должен был знать (добросовестный залогодержатель), собственник заложенного имущества имеет права и несет обязанности залогодателя

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Асташова С.В.,

судей Романовского С.В. и Марьина А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Романовой Аллы, действующей в интересах несовершеннолетнего Свиридова Алексея, к Ситникову Александру Александровичу, Ситниковой Ларисе Николаевне, публичному акционерному обществу "АКИБАНК" о признании недействительным договора ипотеки недвижимого имущества, применении последствий недействительности сделки, прекращении залога по кассационным жалобам Ситникова А.А., Ситниковой Л.Н. и представителя ПАО "АКИБАНК" на решение Центрального районного суда г. Воронежа от 25 апреля 2017 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 8 августа 2017 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В., выслушав объяснения представителя ПАО "АКИБАНК" Модзолевского В.В., поддержавшего доводы кассационной жалобы, установила:

Романова А. обратилась в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что 13 декабря 2012 г. между Ситниковым А.А. (продавец) и Свиридовым А.Б. (покупатель) заключен договор купли-продажи части нежилого здания, расположенного по адресу: ...

14 декабря 2012 г. сторонами подано заявление о государственной регистрации перехода права собственности и регистрации права собственности в отношении названного объекта недвижимости.

25 декабря 2012 г. представители сторон по указанному договору купли-продажи, действующие на основании доверенностей, обратились с заявлением о прекращении государственной регистрации и возврате документов, в связи с чем регистрирующий орган государственную регистрацию перехода права собственности прекратил.

21 января 2013 г. между Ситниковым А.А. и Ситниковой Л.Н. заключено соглашение об определении долей супругов (по 1/2) в названном нежилом помещении.

16 апреля 2014 г. Ситниковы приняли решение о разделе указанного нежилого помещения на три части.

23 сентября 2014 г. Ситниковы в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору, по которому им предоставлен кредит в размере 7000 000 руб., заключили с ПАО "АКИБАНК" (далее - банк) договор ипотеки недвижимого имущества N .., предметом залога по которому стали спорные нежилые помещения.

Уточнив исковые требования, истица просила суд признать недействительным договор ипотеки от 23 сентября 2014 г., заключенный между банком и Ситниковыми, применить последствия ничтожной сделки - признать отсутствие ее правовых последствий, прекратить залог в отношении спорных нежилых помещений.

Решением Центрального районного суда г. Воронежа от 25 апреля 2017 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 8 августа 2017 г., исковые требования удовлетворены.

В кассационных жалобах заявители просят отменить вышеназванные судебные акты.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В. от 5 июня 2018 г. кассационные жалобы с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, объяснения относительно кассационных жалоб, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобы подлежащими удовлетворению.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 13 декабря 2012 г. между Велиевым А.А.-оглы, действующим в интересах Ситникова А.А. (продавец), и Луценко А.Л., действующим в интересах Свиридова А.Б. (покупатель), заключен договор купли-продажи части нежилого здания, расположенного по адресу: ... Договор купли-продажи был исполнен, денежные средства переданы продавцу, недвижимое имущество передано по акту приема-передачи.

14 декабря 2012 г. сторонами подано заявление о государственной регистрации перехода права собственности и регистрации права собственности в отношении указанного объекта недвижимости.

25 декабря 2012 г. Велиев А.А.-оглы, действующий в интересах Ситникова А.А. (продавец), и Луценко А.Л., действующий по доверенности в интересах Свиридова А.Б. (покупатель), обратились с заявлением о прекращении государственной регистрации и возврате документов, в связи с чем регистрирующий орган прекратил регистрацию, о чем имеется уведомление Управления Росреестра Воронежской области.

21 января 2013 г. между Ситниковым А.А. и Ситниковой Л.Н. заключено соглашение об определении долей супругов (по 1/2) в указанном нежилом помещении.

16 апреля 2014 г. Ситниковы приняли решение о разделе указанного нежилого помещения на три части с образованием трех отдельных объектов недвижимости, о чем сделаны записи в едином государственном реестре прав.

23 сентября 2014 г. Ситниковы в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору (кредит в размере 7 000 000 руб.), заключили с банком договор ипотеки недвижимого имущества N ..., предметом залога по которому стали спорные нежилые помещения.

11 февраля 2016 г. на имя несовершеннолетнего Свиридова А. нотариусом города Москвы было выдано свидетельство о праве на наследство по закону.

Решением Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 5 апреля 2016 г. признано отсутствующим право собственности Ситниковых А.А. и Л.Н. на указанные объекты недвижимости с погашением записей в ЕГРП, за Свиридовым А. признано право собственности в порядке наследования на нежилой объект недвижимости, расположенный по названному адресу. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 1 декабря 2016 г. в данной части решение суда оставлено без изменения.

Решением Ленинского районного суда г. Воронежа от 5 июля 2016 г. кредитный договор, заключенный между банком и Ситниковыми, расторгнут, в пользу банка с последних солидарно взыскана задолженность по кредитному договору в размере 6 297 603 руб., обращено взыскание на заложенные по договору ипотеки от 23 сентября 2014 г. нежилые помещения. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 26 октября 2017 г. решение Ленинского районного суда г. Воронежа отменено в части обращения взыскания на заложенное имущество.

Разрешая настоящий спор и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 166-168, 334, 335, 345, 352, 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 6 Федерального закона от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" и исходил из того, что Ситниковы не вправе были распоряжаться спорным имуществом и отдавать его в залог, поскольку ранее Ситников А.А. с согласия Ситниковой Л.Н. уже им распорядился, заключив со Свиридовым А.Б. (наследодателем Свиридова А.) договор купли-продажи указанного нежилого помещения, передав его последнему по акту приема-передачи, в связи с чем ответчик не мог не знать, что фактически не является его владельцем.

Суд полагал, что оспариваемый договор ипотеки от 23 сентября 2014 г. заключен позже возникновения наследственных прав несовершеннолетнего Свиридова А. на спорное имущество и на момент передачи нежилых помещений в залог Ситников А.А. и Ситникова Л.Н. не являлись их владельцами, а потому названный договор ипотеки является ничтожным.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, указав на то, что договор ипотеки недвижимого имущества от 23 сентября 2014 г. является ничтожной сделкой, поскольку нарушает требования абзаца первого пункта 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 6 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)", а также права и охраняемые законом интересы собственника спорного имущества несовершеннолетнего Свиридова А.

Кроме того, судебные инстанции, сославшись на положения пунктов 3, 4 статьи 1, пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о злоупотреблении Ситниковыми своими правами при заключении названного договора ипотеки.

С выводами суда апелляционной инстанции согласиться нельзя по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В соответствии с пунктом 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации право передачи вещи в залог принадлежит собственнику вещи. Лицо, имеющее иное вещное право, может передавать вещь в залог в случаях, предусмотренных указанным кодексом.

Если вещь передана в залог залогодержателю лицом, которое не являлось ее собственником или иным образом не было надлежаще управомочено распоряжаться имуществом, о чем залогодержатель не знал и не должен был знать (добросовестный залогодержатель), собственник заложенного имущества имеет права и несет обязанности залогодателя, предусмотренные данным кодексом, другими законами и договором залога.

Правила, предусмотренные абзацем вторым названного пункта, не применяются, если вещь, переданная в залог, была утеряна до этого собственником или лицом, которому вещь была передана собственником во владение, либо была похищена у того или другого, либо выбыла из их владения иным путем помимо их воли.

Суды обеих инстанций, разрешая спор и признавая недействительным договор ипотеки по тем основаниям, что у залогодателей отсутствовало право распоряжаться предметом залога и обременять его ипотекой, не учли положения абзаца второго пункта 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым право залога, принадлежащее добросовестному залогодержателю, подлежит защите.

Судом первой инстанции установлено, что на момент заключения договора ипотеки от 23 сентября 2014 г. запись о регистрации права собственности на спорное имущество за Ситниковыми в ЕГРП погашена не была.

При заключении договора ипотеки от 23 сентября 2014 г. банку были представлены выписки из ЕГРП, подтверждающие наличие у залогодателей права собственности на предмет залога. Более того, на момент заключения оспариваемой сделки залогодатели (Ситниковы) являлись не только собственниками переданного в залог имущества, но и фактическими владельцами, несущими расходы по его содержанию. При этом, Свиридов А. владельцем заложенной недвижимости не был, право собственности за ним на спорное нежилое помещение в порядке наследования признано решением Коминтерновского районного суда г. Воронежа, вынесенным только 5 апреля 2016 г. и вступившим в силу 1 декабря 2016 г.

Таким образом, судам следовало разрешить вопрос о применении правил, предусмотренных абзацем вторым пункта 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку банк является добросовестным залогодержателем.

Также нельзя согласиться с выводами судов о признании договора ипотеки от 23 сентября 2014 г. ничтожной сделкой в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что при заключении оспариваемого договора ипотеки нарушены требования пункта 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому право передачи вещи в залог принадлежит собственнику вещи, и пункта 1 статьи 6 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)", регламентирующего, что ипотека может быть установлена на недвижимое имущество, которое принадлежит залогодателю на праве собственности, а также права и охраняемые законом интересы собственника спорного имущества несовершеннолетнего Свиридова А., является необоснованным.

Договор ипотеки от 23 сентября 2014 г. был заключен в соответствии с указанными требованиями закона, поскольку при совершении оспариваемой сделки право собственности на спорное нежилое помещение принадлежало Ситниковым, а не Свиридову А., право собственности за которым признано через два года после заключения договора ипотеки (решение Коминтерновского районного суда г. Воронежа, вступившее в силу 1 декабря 2016 г.), в связи с чем никаких прав и законных интересов, связанных с предметом залога, на момент заключения договора ипотеки у него не имелось.

В связи с изложенным, указанный договор является оспоримой сделкой, а потому при рассмотрении заявления о пропуске истицей срока исковой давности, суду надлежало руководствоваться пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что допущенные при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции нарушения норм права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 8 августа 2017 г. подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 8 августа 2017 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Судьи

Романовский С.В.

Марьин А.Н.

Обзор документа

Истица, действующая в интересах несовершеннолетнего наследника покупателя недвижимости, оспаривала договор ипотеки. Он был заключен между банком, с одной стороны, и продавцом и его супругой, с другой стороны. Сделка была совершена после смерти покупателя, который оплатил недвижимость, но не успел оформить право собственности.

Суды признали договор ипотеки недействительным, но Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ с их выводами не согласилась и направила дело на новое рассмотрение.

Суды не учли, что банк является добросовестным залогодержателем. Если вещь заложена лицом, которое не было управомочено распоряжаться ею, о чем залогодержатель не знал и не должен был знать, собственник заложенного имущества имеет права и несет обязанности залогодателя.

Также нельзя согласиться с выводом о ничтожности договора ипотеки. Суды посчитали, что было нарушено требование, в силу которого залогодателем выступает собственник. Между тем при заключении договора ипотеки право собственности принадлежало продавцу и его супруге. Наследник признан собственником позднее. Поэтому сделка является оспоримой. Срок исковой давности составляет 1 год.