Дело «пьяного мальчика»: что скрывает судмедэксперт. Какой вердикт вынес щелковский суд Михаил клейменов судмедэксперт вк
Щёлковский городской суд вынес приговор в отношении судмедэксперта Михаила Клеймёнова, который проводил экспертизу по скандальному уголовному делу «пьяного мальчика». В 2017 году в Балашихе женщина, управлявшая Hyundai Solaris, сбила шестилетнего Алёшу Шимко. Мальчик погиб на месте, а в его крови позднее было обнаружено 2,7 промилле алкоголя.
В ходе следствия выяснилось, что экспертиза была проведена с грубыми нарушениями, — Клеймёнов неправильно сделал забор образцов крови, что привело к их «загрязнению спиртообразующей микрофлорой и процессу спиртового брожения». В отношении него было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 293 УК РФ «Халатность».
Как рассказали RT в пресс-службе суда, Клеймёнова приговорили к десяти месяцам исправительных работ. Кроме того, 10% заработка судмедэксперта на время исправительных работ будет удерживаться государством.
«Если сторона не обжалует приговор, то он вступит в силу через десять дней. Тогда уже можно будет говорить о том, где будут производиться исправительные работы», — пояснили в суде.
В свою очередь, отец погибшего мальчика Роман Шимко в беседе с RT рассказал, что рассмотрение дела сначала затягивалось, а затем суд быстро вынес приговор в его отсутствие.
«Я заболел на прошлой неделе и даже не знал, что идут заседания. Они смогли за три заседания рассмотреть восемь томов дела, хотя до этого уходило пять заседаний на рассмотрение трёх томов. Меня даже не уведомили. Кроме того, они успели допросить Клеймёнова в моё отсутствие. Мы возлагали большие надежды на этот допрос», — рассказал Шимко.
Кроме того, отец мальчика был крайне удивлён, когда пришёл в понедельник в суд и узнал, что уже будет оглашение приговора. Он намерен обжаловать вердикт.
«Я вчера пришёл в суд и был крайне удивлён, что было много прессы и все, кроме меня, знали, что уже будет оглашение приговора. Я сказал, что в их цирке участвовать не буду, и ушёл. В любом случае мы будем обжаловать не только приговор, но и всё следствие. Вот эта фраза — «восстановление в должности» — это верх лицемерия. Но ничего страшного, думаю, разберёмся», — заявил Роман.
По мнению отца мальчика, обвиняемого Клеймёнова такой вердикт должен был обрадовать.
«Я предполагаю, что Клеймёнов рад такому вердикту. Потому что, как мне показалось, он и его адвокат были уверены в положительном исходе дела. Они ни разу не просили протокол судебных заседаний, не фотографировали другие документы, улыбались и не беспокоились. Были уверены, что всё будет в порядке», — считает мужчина.
Кроме того, по словам Шимко, в его отсутствие был рассмотрен иск о размере возмещения вреда.
«Я не присутствовал на заседании и не знаю, в каком размере был удовлетворён иск, но предполагаю, что там ничего не присудили. Когда получу постановление суда на руки, уже точно буду знать всё», — пояснил Шимко.
Дело «пьяного мальчика»
Само ДТП произошло 23 апреля 2017 года во дворе дома 39 микрорайона Павлино города Железнодорожный Московской области. Около 19:00 дедушка возвращался с Алёшей с прогулки на детской площадке. Когда ребёнок стал перебегать дорогу во дворе дома, его сбила местная жительница, 31-летняя Ольга Алисова, находившаяся за рулём чёрного Hyundai Solaris. Как показала экспертиза, женщина ехала по дворовой территории с превышением скорости — порядка 50 км/ч.
Алисова переехала ребёнка и протащила его по дороге около десяти метров — экстренного торможения она не применяла. Алёша был ещё жив, когда его положили в салон Hyundai, но от полученных травм умер до приезда «скорой».
Широкий резонанс это ДТП получило, когда спустя два месяца погибшего мальчика опубликовали заключение, подписанное заведующим отделением судебно-медицинской экспертизы города Железнодорожный «Бюро СМЭ» . Согласно документу, ребёнок в момент ДТП находился в состоянии сильного алкогольного опьянения.
По факту обнаружения в крови ребёнка алкоголя Следственный комитет России уголовное дело по статье «Халатность».
Ольгу Алисову 15 ноября 2017 года суд приговорил к трём годам колонии-поселения, а также постановил взыскать в пользу Романа Шимко 2,5 млн рублей в качестве компенсации морального ущерба и 61,5 тыс. рублей, которые были потрачены на похороны. Алисова своей вины не признала и отсрочить ей приговор, пока её дочери не исполнится 14 лет, однако в этом суд женщине отказал.
Да, судмедэксперту Клейменову, процесс над которым идет в Щелковском горсуде, не позавидуешь: его не жалуют ни пресса, ни широкая общественность, ни коллеги.
А за что его должны жаловать? Подписав пресловутую экспертизу, он сам подставился. Да так, что комиссии из 18 ведущих специалистов Минздрава и Минобороны пришлось на своем консилиуме «изобретать» научно обоснованную версию, как в крови мальчика могли оказаться эти 2,7 промилле. И обосновали: «по недосмотру, ненамеренно, Клейменов допустил загрязнение крови ребенка, она «забродила…» Якобы виноваты «черпак» и халатность.
Прямо скажем: получилось неубедительно. Но некоторые сделали вид, что поверили. И судят судмедэксперта нынче как раз по статье «Халатность».
Клейменову бы самому сразу все рассказать – четко, внятно, как все было – разложить по полочкам. Не виноват, так объясни, как получилось. Виноват – не расстреляют же. Важно – понять, что произошло и почему. Но он сначала утверждал, что лично убедился: алкоголь в кровь шестилетнего ребенка попал прижизненно (интервью «КП» «Врач, получивший заключение о «пьяном» мальчике: Алкоголь попал в организм Алеши Шимко еще при жизни »), потом заявил, что экспертизу вообще делал не он (см. «). А теперь и вовсе - почти все, что он говорит, телевизионщикам приходится запикивать.
Именно отсюда (и не на пустом месте) пошли разговоры, что:
а) чтобы снять обвинение с виновницы смертельного ДТП Ольги Алисовой , Клейменов подмахнул подложный документ, не вникая;
б) он специально поставлен на место заведующего, чтобы «штамповать» заказные экспертизы;
в) Клейменов - просто плохой специалист и диплом у него фальшивый.
Два первых самых криминальных обвинения пока оставим компетентным органам. Попробуем разобраться в самом «безобидном» - третьем.
Откуда взялась версия о «липовом» дипломе и есть ли для нее основания?
Экспертиза судмедэксперта
Но сначала процитируем два фрагмента из уголовного дела Клейменова:
«Постановление об изъятии и передаче уголовного дела
Заместитель Председателя Следственного комитета Российской Федерации генерал-лейтенант юстиции Краснов И. В., рассмотрев материалы уголовного дела №117024600200000084 (возбуждено 16.06.2017 г. по факту ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей должностными лицами ГБУЗ МО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» при производстве судебно-медицинской экспертизы трупа малолетнего Шимко А. Р., 2011 года рождения, - ред.)
УСТАНОВИЛ:
…Согласно заключению судебно-медицинского эксперта №350 от 22.05. 2017 смерть Шимко А. Р. наступила в результате открытой черепно-мозговой травмы сопровождавшейся отеком и дислокацией головного мозга. При проведении судебно-медицинской экспертизы экспертом Железнодорожного отделения ГБУЗ МО Клейменовым М.Д. изъяты и направлены на судебно-химическое и судебно-биологическое исследования образцы крови трупа Шимко А. Р., в которых обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,7 %о, соответствующей сильной степени алкогольного опьянения, также ацетальдегид что свидетельствует о поступлении алкоголя прижизненно.
Учитывая то, что расследование уголовного дела представляет особую сложность, поскольку совершено в условиях неочевидности и имеет большой общественный резонанс, его необходимо изъять из производства следователя по особо важным делам следственного отдела по г. Балашихе Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Московской области Добрина А. В. И передать для дальнейшего расследования руководителю Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации».
«ПОСТАНОВЛЕНИЕ
О возбуждении ходатайства о временном отстранении обвиняемого от должности
Старший следователь по особо важным делам первого следственного отдела управления по расследованию особо важных дел о преступлениях против личности и общественной безопасности Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации полковник юстиции Лаврецкий Ю.М., рассмотрев материалы уголовного дела №117024600200000084,
УСТАНОВИЛ:
…В ходе предварительного следствия установлено, что в период времени с 9 часов 00 минут 24.04. 2017 по 22.05.2017 , Клейменов М.Д… реализуя имеющиеся у него полномочия заведующего Железнодорожным отделением ГБУЗ МО «Бюро СМЭ», врача-судебно-медицинского эксперта, производил судебно-медицинскую экспертизу трупа Шимко А.Р., 2011 г. р».
«При этом Клейменов М.Д., небрежно относясь к службе, ненадлежащим образом взял образец жидкой крови потерпевшего»,
а также не организовал его своевременную отправку в лабораторию для проведения судебно-химической экспертизы, что повлекло значительное микробиальное загрязнение указанного биологического объекта спиртообразующей микрофлорой и привело к спиртовому брожению. После чего Клейменов М.Д., без проведения необходимых исследований, осознавая, что содержание выявленного в образце крови Шимко А.Р. этанола 2,7 %о для ребенка в возрасте 6 лет могло соответствовать состоянию поверхностной комы, сделал необоснованный вывод о том, что пострадавший в момент наступления смерти находился в состоянии сильной степени алкогольного опьянения
.
…Клейменову М.Д. 18.10.2017 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.293 УК РФ и в тот же день в отношении него избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Допрошенный в качестве обвиняемого Клейменов М.Д. вину в инкриминируемом ему преступлении не признал.
Вина обвиняемого… подтверждается показаниями потерпевшего и свидетелей, протоколами выемок и осмотров, заключениями судебных экспертиз и другими материалами уголовного дела».
Санитар-вундеркинд
Вот еще один любопытный документ:
«Характеристика
на врача-судебно-медицинского эксперта заведующего Железнодорожного судебно-медицинского отделения ГБУЗ МО «БЮРО СМЭ» Клейменова Михаила Дмитриевича».
Читаем внимательно: «Клейменов Михаил Дмитриевич в 1980 году закончил Чувашский Государственный Университет , медицинский факультет, лечебное дело. В 1980-81 гг. прошел интернатуру по специальности «судмедэксперт » в Чувашском государственном университете. После окончания университета работал в должности судебно-медицинского эксперта в Бюро СМЭ Чувашской Республики с 1980 по 1996 год .
С 1996 года работает в ГБУЗ МО Бюро СМЭ в должности врача судебно-медицинского эксперта.
В 1999 году назначен на должность заведующего Железнодорожным судебно-медицинским отделением ГБУЗ МО «Бюро СМЭ».
В 2016 году решением аттестационной комиссии Министерства здравоохранения Московской области была присвоена первая квалификационная категория».
Из всего этого логично следует и резюме:
«За время работы проявил себя квалифицированным специалистом, постоянно совершенствующим свои знания и профессиональные навыки. Поощрялся грамотами и благодарностями ГБУЗ МО Бюро СМЭ, Министра здравоохранения РФ, правительства Московской области. Проводит работу по обучению молодых специалистов – интернов, ординаторов, стажеров.
В коллективе пользуется заслуженным уважением. Вежлив, деликатен, отзывчив, доброжелательный с коллегами. Клейменова М.Д. характеризует высокая исполнительская дисциплина, добросовестное отношение к возложенным обязанностям, умение рационально распределить свое рабочее время.
Начальник ГБУЗ МО «Бюро СМЭ»
Подпись В. А. Клевно».
Заметим: это пишет Владимир Александрович Клевно – врач судебно-медицинский эксперт высшей квалификационной категории, доктор медицинских наук, профессор, который по долгу службы и опыту знает цену медицинских ошибок .
А теперь обратимся к другим документам.
«Трудовая книжка АТ-IV №3865839
Клейменов Михаил Дмитриевич
Образование – высшее
Профессия, специальность – (ничего не написано. - ред.)
Дата заполнения – 11.07.1983 г.
Подпись владельца книжки (подпись есть. - ред.)
Подпись лица, ответственного за выдачу трудовых книжек (с пометкой «разборчиво») - (подписи нет, - ред.)
Печать Бюро суд. мед. экспертизы Министерства здравоохранения ЧАССР».
Первое, что сразу бросается в глаза, – год рождения . Если верить характеристике, Клейменов закончил Чувашский университет в 16 лет (выходит, поступил в 11!). То есть вундеркинд! Именно этим, видимо, можно объяснить тот факт, что «зеленого студента» тут же якобы берут на ответственную должность судебно-медицинского эксперта в Бюро СМЭ Чувашской Республики.
Но выясняется, что в реальности это не так. Судя по записям в трудовой книжке, Клейменов начал свою трудовую деятельность в июле 1983 года: «11.07. 1983 – принят на должность санитара республиканского бюро судебно-медицинской экспертизы МЗ ЧАССР ».
С октября 1983-го по ноябрь 1985-го – служба в рядах Советской армии. С января 1986-го по июнь 1987-го – вновь санитар республиканского бюро судебно-медицинской экспертизы МЗ ЧАССР. С ноября 1987-го по март 1988-го, а затем с ноября 1988 по август 1990-го – вновь ночной санитар…
Из материалов уголовного дела:
«Перед началом допроса мне разъяснены права и обязанности свидетеля… Об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ предупрежден.
Свидетель Клейменов (подпись)
…По образованию я врач, имею специальность «лечебное дело». В должности врача-судебно-медицинского эксперта я работаю с 1990 года . Начинал я свою трудовую деятельность в Чувашской АССР в Бюро СМЭ г. Чебоксары. С 1996 года я перевелся на работу в ГБУЗ МО «Бюро СМЭ» Дмитровское отделение Московской области, откуда в 1999 году перешел на работу в Железнодорожное отделение ГБУЗ МО «Бюро СМЭ» на должность врача судебно-медицинского эксперта – заведующего указанным отделением, где и работаю по настоящее время. Общий стаж работы по специальности 27 лет. В мои должностные обязанности врача судебно-медицинского эксперта – заведующего Железнодорожного отделения входит: знание судебно-медицинской службы; руководствоваться действующим законодательством РФ; осуществление организации и проведение судебно-медицинских экспертиз, осуществление руководства сотрудниками отделения…
Подпись Клейменов».
Показания ложные: Клейменов не работал врачом судебно-медицинским экспертом в 1990 году
.
На 3-й странице личной карточки работника формы №Т-2 в графе «Прием на работу и переводы на другую работу» читаем:
«08. 1996 г. Лобнен. отд. - врач-интерн
09. 1996 г. Дмитр. отд. - врач-интерн
12. 1996 г. Дмитр. - отд. врач СМЭ
08. 1999 г. Железнодор. - отд. Зав. отд.»
Кстати, согласно характеристике начальника ГБУЗ МО «Бюро СМЭ» В. А. Клевно, все эти годы «Клейменов проходил циклы повышения квалификации по различным вопросам судебно-медицинской экспертизы». Однако в его личном деле в графах «аттестация», «повышение квалификации», «профессиональная переподготовка» - записей нет ни одной
.
Зачислен, отчислен…
Имеются сведения и об учебе:
1 сентября 1981-го - «зачислен в число студентов дневного отделения на медицинский факультет» (№ приказа)
Еще один документ:
«Удостоверение №3
Выдано врачу Клейменову М.Д., окончившему в 1990 году Мед. факультет Чувашского ГУ в том, что он проходил с 1. 08. (далее непонятно, «1980» или «1990 г.» - см. фото) по 30 июня («1981» или «1991» г.?) интернатуру в Республиканском бюро СМЭ МЗ ЧССР (там именно так – не ЧАССР, а ЧССР, то есть, если уж быть скрупулезным по полной, советской Чехословакии) по специальности судмедэксперт.
Решением выпускной экзаменационной комиссии от 27 июня 19 (81-91 г.?), протокол №3 Клейменову Михаилу Дмитриевичу присвоена квалификация врача судмедэксперта. Две подписи. Печать».
Что здесь не так? Опустим даже нелепую «описку» с аббревиатурой… Разве не странно: никого из поставивших свои подписи (ни председателя экзаменационной комиссии, ни руководителя органа здравоохранения) не смутило, что «восьмерку» от «девятки» в годе выдачи отличить невозможно. Хотя это не «филькина грамота», а важнейший документ.
Есть и копия диплома:
«ДИПЛОМ ТВ №130922
Настоящий выдан Клейменову Михаилу Дмитриевичу в том, что он в 1981 году поступил в Чувашский государственный университет имени И. Н. Ульянова и в 1990 году окончил полный курс названного университета по специальности «Лечебное дело».
Решением Государственной экзаменационной комиссии от 30 июня 1990 года Клейменову М. Д. присвоена квалификация врача.
Председатель Государственной экзаменационной комиссии (подпись)
Ректор (подпись)
Секретарь (подпись)
На первый взгляд, копия как копия. Но благо в 21 веке живем. На официальном сайте Рособрнадзора есть услуга: при вводе фамилии, серии, номера диплома и даты выдачи, поиск тут же выдает полную информацию. Но в случае со «студентом Клейменовым» поисковик четко выдает: «данные не найдены».
О чем все это говорит? Как минимум, о том, что в биографии Клейменова явно что-то нечисто. Как и в истории с его экспертизой. Как и во всем деле «пьяного мальчика».
А по максимуму? Если подтвердится, что человек без высшего образования более 20 лет проводил экспертизы, по которым с кого-то снимали обвинение, а кого-то признавали виновными и карали по всей строгости, то десятки (!) уголовных дел придется пересматривать.
Может, поэтому Щелковский городской суд демонстративно не интересуется дипломом судмедэксперта?
Вчера окончилось дело эксперта Клейменова. Его судили за халатность и присудили 10 месяцев исправительных работ. При этом ему разрешили работать экспертом.
Не поняла, как будет выглядеть его наказание. Он станет после работы подметать улицы, или с его зарплаты будут что-то вычитать?
Поскольку дело имеет «большой общественный резонанс», о нем опять говорили в программе «Время» - типа, прямо, судьбоносная новость.
Напомню, в чем там было дело.
Клейменов как судебный эксперт должен был ответить (дать заключение эксперта) на определенные вопросы следователей, расследующих смерть ребенка, наступившую в результате ДТП.
Он провел вскрытие, сделал забор крови для последующих обязательных анализов на наличие алкоголя, как этого требует инструкция. Далее труп отдали родным для захоронения.
Клейменов – эксперт с большим (около 30 лет) работы. В год он проводит 300 вскрытий и 500 обследований живых людей с целью дать заключения по тем или иным поводам.
Так как погиб 6-летний ребенок, составить заключение по результатам вскрытия требовали быстро. Он сделал это, как только получил результаты анализа крови. Анализ этот производится в другом учреждении, специалистом-химиком, на очень точном приборе.
К удивлению Клейменова, в анализе было указано содержание этанола, причем слишком большое для ребенка. Клейменов, как мог, проверил результат. Еще раз проверили на приборе, убедились по контрольной крови, оставшейся в морге, что в лаборатории исследовалась именно кровь этого ребенка (делали анализ ДНК) и проверили кровь на одно из веществ, которое образуется при переработке организмом алкоголя. Вещество это было установлено. Т.е., получилось, что алкоголь был прижизненный, а не внесенный умышленно или по небрежности (загрязнение пробы или ненадлежащее хранение, вызвавшее потом брожение). Начальство Клейменова решило, что этого достаточно, тем более, что потерпевшие (родители ребенка) требовали скорейшего окончания экспертизы.
Потерпевшие ведь уверены, что они – единственные. То, что перед ними было еще 100 пострадавших, ожидающих свои экспертизы, для них ничего не значило. Они писали во все инстанции. По их мнению, заключение должно быть готово в один день: вскрыл, сделал все анализы и написал. Только так. А то, что 300 трупов в год и 500 освидетельствований живых потерпевших, а в году 365 дней, включая выходные и праздники – да кому какое дело.
И вот в исследовательской части заключения были приведены результаты анализа, подписанные проводившим этот анализ специалистом, а в «Выводах» был дан ответ, заданный эксперту следователем об алкоголе (обязательный вопрос даже для погибших в ДТП младенцев). Ответ гласил, что погибший находился в состоянии алкогольного опьянения.
И начался феерический скандал. Несколько месяцев Клейменов и отец погибшего не сходили с экранов и первых полос СМИ.
Впервые, пожалуй, была такая единодушная реакция общественности. Ребенок не может быть пьян, и точка. Значит, эксперт врет. А зачем? Дали денег.
Никакие возражения не принимались.
К сожалению, не было должной реакции экспертного сообщества, как, впрочем, нет и самого экспертного сообщества.
Начались рассуждения о том, что выявленная прибором доза этанола была слишком велика для ребенка, что он бы при такой дозе сразу умер. Начались дебаты о возможном посмертном загрязнении проб.
Но экспертиза – это, в первую очередь, оценка, потому что, чего не коснись, нет точной информации. Например, кто проверял, сколько алкоголя должен выпить ребенок 6-ти лет, чтобы в его крови появилась заявленная доза этанола, и кто проверял, как это на нем скажется? Нет и не может быть таких данных. Вот одни переносят на данный случай то, что им известно об опьянении взрослых, а другие помалкивают.
Клейменова высокое значение не смутило.
Были проведены другие экспертизы. Одна его подтвердила, другая, сделанная 18-ю академиками, его вывод опровергла. Они исходили из того, что Клейменов не провел еще один тест на прижизненный алкоголь. Они его провели и установили, что алкоголь был не прижизненный. А тот тест, что делал Клейменов? Там могла быть ошибка измерения, а в их тесте быть ошибки не могло. Так, может быть, все экспертизы нужно делать с привлечением 18-ти академиков?
Теперь, откуда алкоголь в анализе? А Клейменов, наверное, не так делал забор крови, не так ее хранил… В общем, допустил загрязнение проб, и в этом одна его ошибка. Вторая в том, что он не сделал тот анализ, что делали академики (кстати, из них только двое были из судебно-медицинской экспертизы, а остальные – педиатры и др.). Третья в том, что он якобы не понял, что значение этанола слишком высоко и сделал вывод об алкогольном опьянении.
Возможно, будь он не такой самоуверенный, он бы давал оценку так, что значение содержания этанола слишком высоко, и я не могу это объяснить, почему у ребенка было такое высокое значение этанола, поэтому ответить на вопрос о том, находился ли погибший в состоянии алкогольного опьянения не представилось возможным. Но это – максимум, что он мог сделать в этой ситуации, и как мы помним, он советовался с начальством, и ему велели давать информативный вывод.
И где было это начальство весь этот скандал и весь этот процесс? Вы его видели? То-то и оно, что указивщиков для эксперта – вагон, а отвечает за все он один. Не надо было идти на поводу у родных и начальников, требующих немедленно, вне всякой очереди сделать эту экспертизу, а надо было назначать все возможные анализы. А там бы уж эксперт понял бы, прижизненный или не прижизненный был алкоголь.
Или, если пошел на поводу по поводу сроков, то дал бы НПВ.
Принес ли эксперт реальный вред своим заключением? Если бы не было скандала, то судья все равно не должен был бы брать в расчет, что потерпевший был пьян, так как это не отменяет вину того, кто совершил наезд, нарушив ПДД. Более того, судья тоже не дурак, и видя абсурдный вывод или вообще не принимает его во внимание, или вызовет эксперта для допроса.
Я не понимаю, почему этот случай, эти мелкие детали довольно экзотической профессиональной деятельности стали предметом такого общественного внимания.
Бред какой-то.
Вот если бы доказали взятку, то другое дело. Но ее не было. И какое широкой публике дело до того, какой из анализов правильный?
Впрочем, будут еще баталии, так как всем бы хотелось посадить этого эксперта лет на 25, а лучше четвертовать.
Сами-то вы ошибок никогда не делаете.
Щелковский городской суд признал виновным в халатности эксперта Михаила Клейменова, нашедшего алкоголь в крови шестилетнего мальчика, который погиб в ДТП в Балашихе. Клейменова приговорили к 10 месяцам исправительных работ, сообщила официальный представитель .
Как установило следствие, Клейменов, проведя посмертную экспертизу, ненадлежащим образом изъял образец крови погибшего шестилетнего мальчика. В результате в образец попала спиртообразующая микрофлора, которая привела к процессу спиртового брожения. Подобная концентрация алкоголя в крови ребенка наблюдается, если тот при жизни находился в состоянии поверхностной комы — эксперт должен был понимать это и провести дополнительное биохимическое исследование. Петренко пояснила, что в рамках уголовного дела против Клейменова 18 экспертов провели комплексную судебную экспертизу.
«Результаты этой экспертизы подтвердили, что Клейменов нарушил положения действующих нормативных актов в сфере производства судебно-медицинских экспертиз, и его первоначальный вывод о состоянии ребенка в момент дорожно-транспортного происшествия являлся необоснованным», — сказала представитель СКР.
Сам подсудимый свою вину не признал — он настаивал на том, что в крови мальчика в момент ДТП был алкоголь.
Отец погибшего ребенка Роман Шимко после суда рассказал , что Клейменов, несмотря на приговор, был восстановлен в должности. Шимко с решением суда не согласен и намерен обжаловать приговор. Он покинул зал заседания, не дождавшись официального окончания слушания.
«Я больше не участвую в этом фарсе», — сказал отец мальчика перед уходом. За нарушение правил судебного заседания Шимко оштрафовали на 2,5 тыс. руб.
Шестилетний мальчик погиб весной 2017 года в результате ДТП. Водитель Ольга Алисова сбила ребенка насмерть во дворе дома в подмосковном Железнодорожном. Экспертиза выявила в крови погибшего мальчика 2,7 промилле алкоголя - дозу, которую наркологи называют смертельной для ребенка его возраста. После этого дело приобрело резонанс, и была проведена повторная экспертиза. В СК заявили, что первое исследование крови погибшего было проведено с нарушениями — образец крови загрязнили «спиртообразующей микрофлорой», а в крови мальчика при жизни не было алкоголя. В отношении эксперта возбудили дело о халатности.
При этом Шимко уверен, что Клейменов сделал вывод об алкоголе в крови мальчика не из-за халатности, а поскольку состоял в преступном сговоре. В ноябре 2018 года отец мальчика заявил, что Клейменова нужно судить по статье о подлоге, совершенном группой лиц по предварительному сговору. Тогда же он потребовал от Клейменова компенсации в размере 10 млн рублей.
На судебных заседаниях Шимко обращал внимание, что на месте происшествия происходили «какие-то невероятные по меркам Балашихи вещи». Так, несмотря на выходной день, на место ДТП экстренно приехали несколько высокопоставленных сотрудников из Балашихи, Железнодорожного и Москвы. По словам очевидцев, вместо того, чтобы сразу проверить виновницу гибели мальчика на алкоголь и наркотики, они долго совещались, с кем-то созванивались.
Для освидетельствования отвезли не в ближайший наркодиспансер на улице Речная, в 10 минутах езды, а на другой конец города. Кроме того, на месте происшествия так и не появился судмедэксперт, присутствие которого в таких случаях обязательно.
В ноябре 2017 года суд признал Алисову виновной в нарушении правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека — часть 3 статьи 264 УК РФ.
Судья заявил, что обвиняемая сбила ребенка на скорости не менее 20 км/ч. Ее приговорили к трем годам колонии-поселения.
Кроме того, суд обязал женщину выплатить родителям мальчика 2,5 млн рублей компенсации и 63 тыс. рублей за похороны. После освобождения Алисова не сможет водить машину в течение 2,5 лет.
Прокурор просил суд приговорить Алисову к трем годам . Сама подсудимая вину не признала, заявив, что в момент ДТП была трезва и ехала не быстрее 20 км/ч по двору, а после наезда на ребенка вызвала «скорую».
«Исходя из правил ПДД, пешеходы вне перехода не должны создавать помех в движении транспортных средств. Ну а за поведение ребенка, согласно Семейному кодексу, несут ответственность родители. В данном случае мальчик был лишен защиты и присмотра», — заявила она в финальном выступлении в суде. Алисова никак не прокомментировала тот факт, что ДТП произошло на территории двора, где действуют другие правила.
Он также просила суд в случае признания ее вины назначить ей условное наказание с отсрочкой до совершеннолетия ее дочери или заменить колонию общего режима на колонию-поселение.
Попросил оправдать его. И все это в присутствии родителей, которым из-за него два года назад пришлось проходить унизительные проверки и экспертизы.
Судмедэксперт будто заскучал, слушая гособвинителя, который зачитывал детали уголовного дела о халатности. В нем больше восьми томов десятки документов, результатов лабораторных исследований, показаний очевидцев. И главное то самое заключение, которое выявило наличие алкоголя в крови шестилетнего Алёши Шимко, погибшего в результате ДТП в Балашихе. Следователи доказали: данные, которые лично подтвердил Клеймёнов, были ошибочными. При этом эксперт даже не подверг их сомнению. И с выводами правоохранителей не согласился.
Михаил Клеймёнов : «В плане самой экспертизы я руководствовался своими знаниями, основанными на тех научных данных, которые имеются в нашей стране. Я в данном случае вину не признаю, я не виновен никоим образом и прошу суд меня оправдать».
Скандальное заключение медика вызвало большой общественный резонанс. Ведь, судя по данным исследования, Алёша сам бросился под колеса автомобиля, за рулем которого сидела Ольга Алисова. Специалисты, в числе которых были и врачи, тогда сошлись во мнении, что такой дозы спиртного детский организм не выдержал бы. Алёша мог впасть в кому. Но Клеймёнова все эти факты не смущали, он продолжал настаивать на своей правоте. Внятных объяснений от медика не дождались и родители погибшего, которые с самых первых дней добивались проведения повторной экспертизы. В итоге удалось выяснить, что в лаборатории были допущены грубые нарушения.
Родителям погибшего мальчика пришлось оправдываться перед стражами порядка, объяснять, что их семья благополучная и ребенок никогда не притрагивался к алкоголю. Они потребовали провести эксгумацию, обратились к независимым экспертам. В итоге виновницу ДТП, Ольгу Алисову, . Мать Алёши не участвовала в процессах не смогла. Не всегда мог справиться с эмоциями и отец. На заседании, где Клеймёнову оглашали приговор, судья сделала Роману Шимко замечание.
Роман Шимко : «Я настаиваю, что это группа лиц по предварительному сговору за взятку. Также мы в процессе всего судебного следствия не получили подтверждающих документов о наличии у него высшего образования. По нашим сведениям, он был отчислен со второго курса медвуза и больше там не появлялся».
Во время судебного разбирательства Михаил Клеймёнов успел сменить несколько адвокатов. В показаниях тоже не проявлял постоянства. Единственное, на чем изначально настаивал, никакой вины перед родителями погибшего мальчика он не чувствует.
Суд приговорил Михаила Клеймёнова к 10 месяцам исправительных работ. Кроме того, принятое ранее решение об отстранении медика от должности отменили. Так что вскоре Клеймёнов сможет снова вернуться к работе. Роман Шимко заявил, что еще не время ставить точку. Он будет подавать апелляцию.
