Как мигранты из узбекистана попадают в рабские условия труда в швеции. Мигранты меняют власть в швеции Ситуация с мигрантами в швеции

Швеция давно заслужила репутацию развитой и гуманной европейской страны. Неудивительно, что людям, столкнувшимся с серьезными угрозами их жизни в проблемных регионах мира, она кажется настоящим островком стабильности и благополучия. Многочисленные мигранты в Швеции, если только они способны убедительно обосновать острую потребность в новом пристанище, могут рассчитывать на существенную поддержку со стороны государства. Значительное увеличение потока беженцев в Швецию, как правило, провоцируют международные конфликты: в недалеком прошлом – боснийский, в наше время – сирийский.

1 Кто может стать беженцем в Швеции
2 Этапы получения статуса беженца в Швеции
- 2.1 Документы и процедуры, необходимые для получения статуса беженца
3 Жизнь в лагерях и обучение в школах для беженцев
4 Беженцы из СНГ в Швеции
5 Ситуация с беженцами в Швеции сегодня
- 5.1 Сирийские беженцы в Швеции
6 Швеция ужесточила правила для мигрантов: Видео

Кто может стать беженцем в Швеции

Довольно любопытно, что в качестве места для начала новой жизни Швеция больше привлекает не эмигрантов, а беженцев. По последним данным, скандинавское государство занимает 4 место в списке наиболее востребованных среди беженцев стран мира, находясь на вершине этого рейтинга рядом с такими государствами, как США, Германия, Франция и Италия.

В этом перечне Швеция далеко не самая крупная держава по размерам территории и численности населения, что лишний раз подчеркивает ярко выраженный гуманитарный характер шведской политики. Впрочем, этот факт вовсе не означает, что Швеция гостеприимно открывает двери абсолютно всем нуждающимся в помощи. Существуют строго ограниченные квоты, лимитирующие количество вынужденных переселенцев, которых страна способна принять за год.

Однако в исключительных случаях, которые вследствие отсутствия спокойствия на нашей планете возникают довольно часто, предусмотрены дополнительные квоты для людей, бегущих от масштабных военных конфликтов. В настоящее время именно такая ситуация сложилась в связи с войной в Сирии.

Законы Швеции для мигрантов могут оказаться непреодолимым препятствием, поскольку очень четко и жестко регламентируют условия, в соответствии с которыми лицо может претендовать на статус беженца в Швеции. В частности, на получение убежища в этой стране могут претендовать три категории граждан:

лица, которые могут подвергнуться в своей родной стране жестокому обращению, к которому причисляются казни, пытки, телесные наказания;
лица, бегущие от гражданских и международных военных конфликтов либо масштабных стихийных бедствий;
лица, которые могут подвергнуться дискриминации по причине своей сексуальной ориентации.

Если же на территории вашего постоянного проживания идет война, вы уже априори подвергаетесь непосредственной опасности – во всяком случае, таковую легче обосновать. Впрочем, соискатель статуса беженца в Швеции может выдвинуть и собственную причину того, почему ему необходимо остаться в этой скандинавской стране, лишь эта причина, в соответствии с Конвенцией ООН 1951 года, обосновывала реально существующий риск подвергнуться жестокому обращению по расовым, религиозным, гендерным или политическим мотивам.

Этапы получения статуса беженца в Швеции

Итак, вы находитесь на шведской территории и всерьез вознамерились получить здесь статус беженца. Первое, что вам необходимо сделать, – подать прошение. Сделать это можно либо в полицейском участке, либо в Департаменте миграции Швеции, либо непосредственно в пункте размещения беженцев. Главное, что нужно административным органам, – установить вашу личность, поэтому все первоначальные юридические процедуры будут связаны именно с этим вопросом.

Документы и процедуры, необходимые для получения статуса беженца

Для успешной идентификации личности вы должны предоставить паспорт. В случае если вы утратили его по уважительной причине, нужно об этом сообщить, описав подробно, как это произошло. Однако ваши дела пойдут быстрее, если вы поторопитесь восстановить документ.

Далее последует не для всех приятная процедура снятия отпечатков пальцев. После того как вас проверят по базам данных на предмет причастности к тем или иным уголовным преступлениям, настанет черед предварительной беседы с сотрудником национального департамента миграции. Она может происходить в присутствии членов правозащитных общественных организаций, причем в случае необходимости вам может быть предоставлен переводчик.

Именно в этот момент соискателю статуса беженца необходимо быть наиболее красноречивым и убедительным. Будет лучше, если он к тому же сможет подтвердить свой рассказ какими-либо документами. Стоит заметить, что поведанная вами душещипательная история должна быть как можно более правдивой, так как информация будет проверяться, и в случае доказанного несовпадения указанных сведений незадачливый претендент на статус беженца может быть оштрафован или даже подвергнут тюремному заключению, хотя до последнего дело доходит редко.

Естественно, проверяться будут прежде всего факты, а не их экспрессивные оценки. Кроме того, если вы уже подавали прошение о предоставлении статуса беженца в какой-либо другой стране, нужно обязательно об этом сообщить. Факты подобного рода легко проверяются по дактилоскопическим данным, и ваша ложь в этом случае обернется против вас.

Жизнь в лагерях и обучение в школах для беженцев

После прохождения всех первоначальных юридических процедур вас отправят во временный лагерь для соискателей статуса беженца, пребывание в котором обычно не превышает двух недель. Затем вас ожидает постоянный лагерь под эгидой муниципальных властей провинции, которая даст либо не даст вам приют.

В лагерях для беженцев в Швеции вам будут предоставлены достойные условия проживания и даже денежное пособие.

Ожидающего решения претендента на статус беженца бесплатно кормят три раза в день, выдают комплект необходимой одежды, постельное белье, обеспечивают бесплатный доступ к интернету.

Вне зависимости от будущего решения человек может начать посещать курсы шведского языка, организованные здесь же. Помимо этого, он будет получать небольшое денежное пособие на мелкие расходы (один человек – 86,4 евро, супружеская пара – 136,8 евро в месяц).

Правда, существуют лагеря, в которых питание не предусмотрено. Однако в этом случае размер пособия существенно выше: 255,6 евро на одного человека, на семью из двух человек – 439,2 евро. Если есть ребенок – еще плюс 162 евро ежемесячно.

Тем, кто снимает жилье самостоятельно, положена выплата 60 евро на человека или 120 евро на семью.

Завершается пребывание в лагере итоговым, более подробным интервьюированием претендента и вынесением окончательного решения относительно его прошения.

Процесс социализации детей беженцев в Швеции ускоряется с помощью школ и дошкольных учебных заведений. Посещая в обязательном порядке детский сад, ребенок общается на шведском языке, увеличивая свой словарный запас. Перед поступлением в школу предусмотрен экзамен на знание языка, успешная сдача которого обеспечит получение качественного школьного образования с первого же дня обучения.

Впрочем, если ребенок приезжает в Швецию уже достигшим школьного возраста, его зачисляют в школу, где он также в ускоренном порядке изучает язык через непосредственное общение. Наряду с языком он усваивает различные нормы поведения, знакомится с обычаями, принятыми в шведском обществе, углубляя тем самым свою социализацию.

Беженцы из СНГ в Швеции

Государства постсоветского пространства не являются основными источниками пополнения многочисленной армии беженцев в Швеции. Тем не менее переселенцев отсюда тоже немало. Так, во времена чеченского конфликта больше всего беженцев было из России – иногда до 500 человек в год. Бегущих из Беларуси и Армении тоже довольно много – более 100 человек в год. Кроме того, в Швеции фиксировались вынужденные переселенцы и из других государств бывшего СССР, в частности, из Украины, Казахстана, Азербайджана, Грузии, Молдовы.

Значительный рост числа беженцев из Украины в Швеции наблюдается с 2014 года – с начала конфликта в восточных регионах. Тогда число мигрантов с украинским гражданством увеличилось более чем в пять раз: если в 2013 году оно составляло 80 человек, то лишь за первую половину 2014 года за предоставлением убежища в Швеции обратилось 500 человек.

Специального учета переселенцев по регионам Украины не ведется, равно как и никаких «коллективных» решений по отдельным группам беженцев не принимается. Имеет место исключительно индивидуальный подход к каждому соискателю статуса беженца.

Правовым отделом миграционной службы Швеции было выработано особое заключение по положению в Украине. Текст этого документа гласит, что с июня 2014 года ситуация в восточных регионах Украины обострилась, в результате чего происходящее там признано войной, что является более серьезной оценкой, чем «вооруженный конфликт».

Но, с другой стороны, как утверждает заместитель главы правового отдела миграционной службы Карл Бакселиус, поскольку конфликт не распространился на всю территорию страны и ситуация в Киеве и большинстве других областей принципиально не отличается от довоенной, многим обратившимся может быть рекомендована так называемая внутренняя эмиграция, а также подача прошения о предоставлении внутреннего убежища у себя на родине. Это обусловливает высокую вероятность отказа в прошении украинскому гражданину.

Ситуация с беженцами в Швеции сегодня

Увеличившийся в последнее время наплыв мигрантов привел к некоторым корректировкам курса шведской миграционной политики. Ситуация с беженцами в Швеции обостряется, и прежний ореол толерантности вокруг этого государства постепенно рассеивается.

Несмотря на квоту примерно в 1800 человек в год, за последнее время в страну прибыло значительно большее количество иммигрантов. Этот процесс достиг апогея в 2016 году, когда, по некоторым данным, в течение года в Швецию приехало в общей сложности 170 тысяч беженцев. Даже для гостеприимной и терпимой к чужестранцам страны этого оказалось многовато, что привело к принятию ряда мер по сокращению количества мигрантов, в частности, к ужесточению миграционного законодательства.

Однако проблемы с вынужденными переселенцами в Швеции, к сожалению, не ограничиваются только увеличением их численности. Влияние беженцев на ухудшение криминогенной обстановки в шведских городах стало настолько очевидным, что даже убежденные филантропы вынуждены это признать. Продолжает оставаться актуальной и проблема низкой занятости среди иммигрантов, а также их слабой интегрированности в социальную жизнь страны.

Сирийские беженцы в Швеции

Как и в других странах ЕС, резкий всплеск количества беженцев в Швеции в последние годы был спровоцирован крупномасштабным конфликтом в Сирии. Первоначально беженцы из Сирии воспринимали эту скандинавскую страну в качестве одного из приоритетных направлений миграции, однако в течение примерно двух последних лет привлекательность Швеции для вынужденных переселенцев из этой арабской страны неуклонно падает.

Это обусловлено как ужесточением миграционных законодательных норм, так и более длительными сроками рассмотрения прошений сирийцев, в отличие от обращений беженцев из других государств. Официально сроки длиннее примерно на один месяц (максимум 211 дней на рассмотрение заявления сирийца против 184 для представителя любой другой страны).

Однако на практике некоторые сирийские мигранты в Швеции ожидают решения иногда по целому году. Это резко контрастирует с Германией, где дела беженцев из Сирии рассматриваются в ускоренном порядке в течение месяца и завершаются зачастую принятием положительного для обратившихся решения.

Впрочем, Сирия и сегодня продолжает оставаться главным поставщиком мигрантов на шведскую территорию. К тому же доля удовлетворенных прошений сирийских граждан в Швеции довольно высока. Так, только за 4 месяца 2015 года было принято решение по 5399 обращениям сирийцев, и в 4681 случае оно было положительным при 16 официальных отказах.

Остальные соискатели, не дождавшись решения, либо покинули территорию Швеции, либо отказались от своего прошения. Эти факты красноречиво свидетельствуют о том, что, несмотря на усиление напряженности вокруг проблемы беженцев в странах Европы, дорога в Швецию для сирийских мигрантов по-прежнему открыта.

Швеция ужесточила правила для мигрантов: Видео

Считается, что своим нынешним благосостоянием Швеция обязана именно мигрантам. В начале ХХ века сюда ехали из России, в годы войны - из балтийских и других Скандинавских стран, после, в поисках работы, - из Югославии, Греции, Италии и Финляндии.
Улоф Пальме принял почти 50 000 беженцев из Чили, спасавшихся от режима Пиночета; от революции сюда бежали иранцы, а от войны - боснийцы, албанцы, сербы, хорваты.
Теперь в Швецию едут из Эфиопии, Сомали, Эритреи, Ирака, Афганистана и других "проблемных стран", а также беженцы из Сирии, которых на душу населения в Швеции больше, чем в других европейских странах.

Одни утверждают, будто «белым» туда вход воспрещен, другие - что материалы о «маленьком Могадишо» тенденциозны и используются в пропагандистских целях. Будучи в Стокгольме, я решила увидеть все своими глазами.

Днем здесь совершенно спокойно, только вечерами становится тревожнее - когда на улицах появляются подростковые банды (но их и в Москве стоит обходить за километр). Местные жители довольно общительные, к любому можно подойти, расспросить, кто он и откуда, - поболтать здесь любят.

На мои вопросы, почему я не могу фотографировать, если законы Швеции разрешают мне делать это, я получила ответ: «Здесь свои правила».

У жителей Ринкебю два врага: журналисты и полицейские. Поэтому журналистов тут, случается, избивают и прогоняют, а полицейский участок сожгли несколько лет назад.

Многие шведы заступаются за мигрантов, объясняя агрессию тем, что они устали от негативных репортажей. Но вообще-то сложно снимать позитивный репортаж на разбитую камеру.

Кстати, в мировом рейтинге свободы слова, составляемом «Репортерами без границ», Швеция - на втором месте (все первые строчки поделили между собой Скандинавские страны). Это так, если закрыть глаза на то, что в некоторых районах журналист не может достать камеру, не рискуя получить в глаз.

Заголовки в российских СМИ такие, что кажется, будто тут конец света: «Изнасилованная Швеция», «Швеция в заложниках у мигрантов», «Банды мигрантов-насильников запугали Швецию», «Конец шведской идиллии: мигранты убивают и насилуют»...

На самом деле Швеция остается одной из самых безопасных стран мира, а уровень преступности не превышает статистику десятилетней давности: количество преступлений среди коренного населения снизилось, а приезжие вернули прежние показатели.

Впрочем, шведов преступность среди мигрантов мало волнует, так как чаще всего это не касающиеся их этнические разборки, торговля наркотиками и оружием (которое опять же пускают в ход друг против друга).

Что касается остальных районов, то там спокойно и ночами: сказывается сегрегация мигрантов и коренных жителей, богатых шведов и небогатых, эмигрантов прежних лет и новоприбывших.

Шведским СМИ часто приходится разоблачать российские фейки. Тут можно встретить заголовки вроде: «Почему Швеция НЕ является мировой столицей насилия»; «Нет, в Швеции не был осужден мужчина, евший бекон» (наши каналы показали сюжет, как стокгольмца, оскорбившего мусульманок поеданием бекона, приговорили к штрафу за разжигание); «Вот доказательства, что в Швеции не были запрещены рождественские гирлянды» (эту новость о том, что в «захваченной мусульманами» Швеции запретили городские рождественские украшения, также распространяло наше информагентство)...

Российские журналисты прославились и в Ринкебю, когда пытались подкупить местных ребят, чтобы те устроили беспорядки «на камеру». Может, еще и поэтому журналисту из России здесь не рады ни местные, ни полиция.

Изолированные от шведского общества, они организовывают «непризнанные республики», которые живут по своим правилам. Пока им это позволяется, все спокойно, но, как только власти покушаются на «независимость», случаются погромы.

С одной стороны, мигранты не тревожат шведов, предпочитая лишний раз не выходить из своих гетто (в них им психологически комфортно, ведь не нужно меняться, подстраиваясь под новую родину). С другой, эти территории - как бы уже и не совсем Швеция. Со всеми вытекающими.

В рейтинге учитывается многое: равенство зарплат, представительство в парламенте и правительстве, доступ к руководящим постам... Тем удивительнее, что в Швеции женщины носят паранджу (в ряде европейских странах она запрещена), терпят побои мужей и могут быть отданы замуж в подростковом возрасте.

Утверждать, что женщины сами хотят носить черный балахон с сеткой на лице и прорезью для глаз - все равно что считать, будто им нравится, когда мужья бьют их смертным боем.

Попробуйте пошутить на тему «бьет - значит любит» в присутствие шведов - вы будете заклеймены как мракобес и женофоб. Но если речь идет о мигрантах, многие неодобрительно поморщатся, но скажут: «Такие у них порядки».

Но «у них» - это уже не у них в Африке или на Ближнем Востоке, а в Швеции. Так, женщина-мигрантка, которую избивал муж, обратилась в полицию, но полицейский посчитал, что не вправе вмешиваться, ведь «у них так принято».

Другая проиграла суд, потому что присяжные, среди которых было много «новых шведов», оправдали ее мужа как «достойного человека из хорошей семьи». Апелляционный суд отменил это решение, но осадочек-то остался.

Но сколько таких замужеств происходит в гетто - никто не знает. Правительство не проверяет (да и вряд ли может), а только распространяет листовки, объясняющие, что в Швеции жениться на детях не комильфо.

Поэтому в беседах, опросах, интервью и публичных выступлениях они, как это всегда было принято, максимально доброжелательны и толерантны (весь ХХ век шведы были такими, сама история страны доказывает это). Согласно Gallup’s Migrant Acceptance Index, Швеция по-прежнему в десятке самых терпимых к мигрантам стран.

Но на деле все не так радужно. На вопрос: «Что если вашими соседями будут мигранты?» - большинство отвечает: «Буду рад». Но при этом, как только число «новых шведов» в районе превышает 10%, шведы «старые» начинают переезжать. Так и появляются гетто...

Не решаясь высказываться публично, шведы сделали это с помощью тайного голосования. Когда перед парламентскими выборами премьер-министр и глава Умеренной консервативной партии (либерального толка) призвал шведов шире распахнуть свои сердца беженцам, его партия тут же потеряла треть своих сторонников, которые распахнули сердца «Шведским демократам» (это правоконсервативная партия, всегда считавшаяся националистической и маргинальной, а сегодня получившая третье место в парламенте благодаря антимигрантской риторике). В сентябре в Швеции очередные выборы, и не похоже, что «Шведские демократы» сдадут свои позиции.

Вот какие условия были названы исследователями, чтобы миграция не влияла отрицательно на климат в обществе: толерантность и настроения коренных жителей, количество мигрантов и их готовность коммуницировать и интегрироваться.

С толерантностью у Швеции пока еще все в порядке, а вот масштабы и способность (или желание) мигрантов стать полноценными членами общества - под вопросом.

Впрочем, эти вопросы должны задавать себе шведы. А у российских СМИ немало тем о мигрантах и в собственной стране, которой далеко до «захваченной мусульманами Швеции».

У нас зашкаливают преступность и количество убийств, много терактов, в которых гибнет огромное количество людей (в Швеции случился один год назад, и за рулем грузовика, раздавившего людей, был не сириец, а гражданин Узбекистана), высокая социальная напряженность, а в этнические гетто превратились целые регионы страны, живущие по своим правилам.

Отношение к российским СМИ здесь - брезгливо-негативное. Если так пойдет и дальше, представляться российским журналистом станет опасно не только в Ринкебю.

Елизавета Александрова-Зорина.

Как выглядит захваченный город? Мальмё в Швеции – наглядная иллюстрация того, на что через несколько лет станет похожа вся Европа. И хотя СМИ вместе с остальной «сектой политкорректности» тщательно скрывают правду, она видна тем, кто готов её увидеть.

1. Недавно местная пресса города Мальмё с умилением рассказала о либеральных шведских добровольцах, которые помогли двум молодым сирийским иммигрантам открыть бизнес в соседнем Хельсинборге – кафе-кальян. До чего же прилежные иммигранты, какие чудесные добровольцы… Интеграция, усердие и успех ожидают в будущем сотни тысяч мусульманских иммигрантов, наводняющих страну. Кто посмеет сказать, что они не сумеют интегрироваться?

Вот только, в ходе полицейского рейда в это кафе обнаружилось нечто совершенно другое.

В подвале была найдена шведская девушка , прикованная цепью к батарее. Она стала сексуальной рабыней , по меньшей мере, для семерых человек во главе с двумя вышеупомянутыми героями местной прессы, прославившимися своим трудолюбием: 28-летним Халедом Азизом и 23-летним Тариком Бакаром .

Выяснилось, что девушка была похищена на улице в Мальмё четырьмя арабскими просителями статуса беженцев. Её затолкнули в машину, привезли в кафе-кальян и спрятали в подвале, где, приковав железной цепью, превратили в наложницу для всей компании, насилуя всеми возможными способами, жестоко избивая и унижая. Они вовсе не собирались её отпускать, решив оставить, как вещь – для себя и друзей .

Суд над парой сирийских владельцев кафе закончился в январе. Оба были осуждены лишь на четыре года, ещё их обязали внести компенсацию для девушки в размере 30 тысяч долларов. Они были обвинены только в изнасиловании, но не в похищении или пытках. После чего просвещённый судья решил, что следует выдворить их из страны, вместо того, чтобы держать в заключении. Так и сделали. Пятерых остальных подозреваемых отпустили, поскольку у прокуратуры не нашлось достаточных оснований для передачи дела в суд.

Оказалось, что первый из сирийцев пробрался в Швецию незаконно ещё в 2010 году. Ему позволили тогда остаться, хотя его просьба о получении статуса беженца была отклонена. Второй прибыл в 2014 году. Каждый месяц он получал от государства по 800 долларов и ещё стипендию для учёбы – всё за счёт налогоплательщиков.

Незадолго до этого появилась ещё одна публикация о том, что шведская полиция сумела продвинуться в расследовании другого преступления на сексуальной почве , в котором молодые мусульмане изнасиловали мать двоих детей. В полиции поначалу решили, что речь идёт о рядовом изнасиловании, но с изумлением обнаружили на платье жертвы остатки спермы, принадлежащей 48 разным мужчинам . Это случилось в лагере беженцев, построенном специально для новых мусульманских иммигрантов.

Это не всё . Около месяца назад произошло ещё одно жуткое изнасилование . На этот раз в другом шведском городе – Уппсала. Группа афганских иммигрантов похитила местную шведскую девушку, которая, судя по всему, была пьяна, после чего на протяжении нескольких часов насиловала её, транслируя всё это через «Фейсбук» в прямом эфире. Десятки тысяч людей с интересом следили за развитием событий, некоторые даже записывали. Были и те, кто поспешил сообщить полиции, которая в конце тоже попала в «прямой эфир», когда, взломав дверь, ворвалась в квартиру и задержала всех участников.

Как на это реагируют власти? Суд в Уппсале отказался депортировать пятерых молодых афганцев, изнасиловавших шведского мальчика, поскольку в Афганистане их ожидает, согласно исламскому шариату, «слишком опасное» наказание .

Обнажённая, испуганная, прикованная цепью к батарее теми, кого впустила в свой дом – увы, но это уже совсем не та «златовласая девчонка», это захваченная страна , с рассудком, помутившимся от алкоголя и галлюциногенных наркотиков.

Насколько же велико должно быть презрение к местным женщинам, которых рассматривают лишь в качестве предмета сексуального удовлетворения. Насколько же велико презрение к шведскому образу жизни, к Европе, ко всему, что прежде она представляла.

Вот «Абба», из своих наивных 70-х. Накануне прихода цунами:

Я такая везучая, я златовласая девчонка!
Я хочу спеть об этом всем,
Какая радость, какая жизнь, какой шанс!

2. Десятки шведов вышли 16 января на улицы Мальмё – самого южного города Швеции, на демонстрацию против разгула насилия, достигшего там небывалого прежде масштаба и приведшего к многочисленным смертям. На тот момент последней жертвой был 16-летний юноша иракского происхождения Ахмад Убейд, убитый залпом в ходе перестрелки. «Наши дети должны играть в парке и спать спокойно», – сказал Хусам Аббас, приходящийся убитому дядей.

Десятки шведов вышли на улицу? Это много для столь флегматичного народа, чьё будущее в огне.

Когда-то Мальмё был тихим городом. Сегодня – это криминальная столица северной Европы , живущая в постоянном страхе. Дети больше не выходят на улицу, и, уж само собой, по ночам женщины не ходят на прогулки. Не ходят они и за покупками в торговые центры, где теперь можно встретить лишь мужчин, как и принято на Ближнем Востоке.

Пресс-секретарь районной полиции Эва-Гун Вестфорд поясняет: «Количество изнасилований и сексуальных оскорблений против женщин и детей растёт, и мы считаем, что оно ещё усилится» . Растёт? В последние годы оно увеличилось в этом районе на 1472% , в целом по стране насилие выросло на 300% .

Что же стало причиной всего этого?

Общественное пространство принадлежит им. Только прибыли – и уже стали хозяевами положения: Ид аль-Фитр в Мальмё, 2015 год. Это, по сути, утверждение суверенитета на пути к заполнению города мечетями. К слову, чтец говорит с египетским акцентом. Это сунниты .

3. В Швеции запрещено об этом говорить , и, конечно, нельзя спрашивать, что же случилось. Но все и так знают: Мальмё превратился в город с колоссальным мусульманским населением. В самом городе проживает около 350 тысяч жителей, из них 100-150 тысяч мусульмане, в большинстве своём обосновавшиеся в квартале Розенгард (мусульман там 90%), но не только в нём.

В последние три года, когда количество иммигрантов из стран ислама стало резко возрастать, мусульмане из квартала начали потихоньку расселяться по соседним районам. Их нынешнее количество, по некоторым оценкам, достигает 40% от всего населения. Точных данных нет, поскольку статистика в отношении религиозной принадлежности жителей не публикуется, в Швеции она вообще запрещена, ведь это – «расизм».

Другими словами, приближается день, когда мусульмане станут большинством в Мальме. Их количество растёт с каждым днём за счёт рождаемости, куда более высокой, чем у местных шведов, продолжающегося потока иммигрантов (десятков тысяч, прибывающих в Швецию ежегодно) и «воссоединения семей». Многие из иммигрантов оседают в Мальмё.

По сути, в городе происходит замещение населения . Представители местной христианской общины массово покидают город, в основном перебираясь в Стокгольм или вообще за пределы Швеции, а Мальмё заполняется всё новыми мусульманами. Всего в Швеции из 9,5 миллиона жителей около миллиона мусульман, то есть больше 10% , почти как в Израиле (у нас 14,5% мусульманских граждан). Это невидимая, но роковая граница , после которой мусульмане начинают ощущать себя хозяевами положения.

Так, с точки зрения жрецов «секты политкорректности», Мальмё стал «чудесным космополитическим городом с богатой ближневосточной кухней» (ну, ещё, конечно, с замечательными кафе-кальянами, особенно рекомендуемыми молодым девушкам), в реальности же это – оккупированный город с новыми хозяевами, новым языком, новой религией. И, что самое важное, новым, шариатским видением будущего. К слову, когда молодых мусульман спрашивают, как это получается, что существует мусульманский террор, они все как один отвечают, что террористы – не мусульмане.

Любопытно, что пока там не говорят о двух государствах . Но, кто знает, возможно, это ещё впереди.

Общественное пространство принадлежит им. Шествие в Мальмё во время празднования Ашуры, 2016 год. Нет, это не ближневосточный или пакистанский город. Это то, что когда-то было Швецией, страной с утопическим социальным экспериментом, поставленным на самих себе. Это шииты .

4. В Швеции запрещено подвергать критике исламизацию страны и категорически запрещается критиковать поддерживающих эту линию политиков. Наказанием за это может даже стать тюремное заключение. Политкорректность возобладала над свободой слова.

Один из самых вопиющих случаев произошёл с офицером полиции по имени , посмевшем недавно нарушить молчание и рассказать, что все изнасилования, убийства и другие преступления, связанные с насилием, совершают славные мусульманские беженцы .

В отношении этого бедняги было немедленно инициировано расследование по обвинению в распространении ненависти и расизма.

Многие пытаются ему сейчас помочь, открыли даже в его поддержку страницу в «Фейсбуке». Но в Швеции каждого, кто посмеет усомниться в пользе наводнения страны слабым, но гомогенным и мстительным населением, немедленно объявляют фашистским расистом, которого надо непременно перевоспитать.

Понятно, что местные СМИ стараются не сообщать обо всём том, что здесь написано. Только если уж совсем нет никакого выбора. Зато в Сети можно найти много роликов, очевидно преступных с точки зрения «секты политкорректности».

Что происходит в Швеции на самом деле? Это Стокгольм – репортаж группы тележурналистов из Австралии по районам, куда не смеет заходить полиция, срывающий маску с самого «прогрессивного» в мире места.

5. В Мальмё есть огромная шиитская община , которой принадлежит самая большая мечеть города, в основном, это – иракцы, ливанцы и афганцы. Поэтому празднование Ашуры (шиитского праздника) проходит в городе с таким размахом, с массовым шествием по главным улицам города, будто дело происходит в Тегеране или Кабуле.

Общественное пространство принадлежит им. Однако в последние три года в Мальмё прибыло немало суннитов : те же иракцы, сирийцы, палестинские арабы, включая иорданцев, египтяне. И напряжение между суннитами и шиитами в Мальме уже зародилось. Поскольку сунниты ещё не получили свою большую мечеть («джамаа»), праздничные молитвы они проводят в городском парке. Это, прежде всего, способ публично обозначить своё намерение обосноваться здесь навсегда, а также то, что именно они здесь хозяева . Это вызов и предупреждение. И это угроза. Но шведы то ли делают вид, что не понимают этого, то ли действительно не осознают…

Они впускают суннито-шиитское проклятье к себе домой, этого самого жуткого из джинов исламского мира.

Шиитская молодёжь скорбит по имаму Хусейну, нанося себе удары по телу. Мальме, 2015 год. И они – будущее этого города.

6. Десятки тысяч мусульманских детей в Мальмё старательно избегают любой социализации среди своих местных шведских сверстников, которых они практически не встречают. Эта молодёжь либо не учится и не работает, слоняясь по торговым центрам, ставшим целиком их территорией, либо проводит время в основанных в Мальмё исламских школах вроде «Эль-Хакма».

Главам общины важно вырастить следующее поколение в соответствии с исламом, дать исламское образование, столь отличное от местного. Им важно, чтобы дети знали арабский язык.

Религиозное руководство запрещает им приближаться к шведам, в которых духовные лидеры ислама видят неверных грешников, живущих в позорной вседозволенности. Они опасаются, что местные развратят их молодёжь. Особенно, это касается женщин, обязанных оставаться закутанными, скромными и запертыми дома.

Типичная иракская «хуса» – праздник с благословениями для жениха, в характерных арабских одеждах. Европа ли это, вообще? Да, это Мальмё. Интеграция? Безусловно. Скоро шведы тоже научатся делать «хусу»… Разумеется, это всё исключительно для мужчин. А тебе, златовласая девчонка, больше в Мальмё места нет.

7. Шведский левый лагерь уже сообразил , какой могучей электоральной силой обладают мусульмане и ожидает, что те массово за него проголосуют, ведь он же их привёз. Так левые вновь объединяются с исламом, с которым у них вроде как нет ничего общего.

По той же причине левое шведское правительство возглавляет в Европе антиизраильский лагерь, надеясь таким образом удовлетворить мусульман и получить за это электоральный дивиденд. Сегодня в Швеции правит левая коалиция меньшинства , большинства у неё нет, но она продолжает удерживать власть.

Как это получается? Очень просто – нынешние якобы правые боятся обрушить правительство, поскольку на выборах многие голоса от них уйдут к по-настоящему правой партии – «Шведским демократам», чья популярность нарастает с каждым днём, как раз из-за всего того, о чём было написано выше.

На муниципальных выборах необязательно даже быть шведским гражданином. Поэтому электоральная сила мусульманских велика. Они уже решают, кому в стране править. И вот уже слово «исламофобия» стало в Швеции тяжелейшим обвинением. При этом – снова, как и более полувека назад, быть «антисемитом» – это всего лишь высказывать мнение, то есть практически легитимно. Песни Дани М, известного рэпера из Уппсалы, переполнены антисемитскими лозунгами, но это в порядке вещей, никому не мешает. Ведь левый лагерь живёт с этой ненависти, он её канализирует в своих целях.

А что будет со страной? Она осталась в прошлом. Её больше нет. «Златовласая девчонка» изнасилована и прикована к батарее. Недаром бесстыжая Мона Салин , лидер шведских социал-демократов, даже перекрасила волосы в чёрный цвет. Ведь оставаться блондинкой в Швеции теперь неполиткорректно. Это может оскорбить иммигрантов.

Тот, кто смеет говорить о ненависти к мусульманам, – расист . Но тот, кто рассуждает о ненависти к евреям, – либерал . Сегодня в Швеции уже опять можно быть немножко антисемитом. А в Мальмё – так даже и совсем не немножко, в рамках культуры легитимного антисемитизма, привезённого с собой мусульманскими иммигрантами из своих стран исхода.

Рядовой ночной инцидент в Мальмё. Из тех, что местные « » просто скрывают. Зачем они сжигают машины? Что это – ненависть к принявшей их стране? Вандализм? Утверждение своих прав? Будни оккупированного города…

8. Мусульманские кварталы в Мальме, Стокгольме, Уппсале и других местах переполнены незаконным оружием, которое местные банды используют в своих криминальных войнах. Вроде той, что случилась в канун последнего Нового года на центральных улицах Мальмё.

Можно не сомневаться в том, что в этих районах, куда полиция не смеет соваться, есть и сторонники джихадистских организаций. Сейчас мусульмане получают всё, чего только пожелают от правительства, не желающего их настраивать против себя. Но если однажды они не получат всего, что им захочется? Взрыв может оказаться куда опаснее того, что произошёл в Стокгольме три года назад.

Мальмё, подобно брюссельскому кварталу Моленбек или другим таким же, полон закоулков, куда полиция не смеет соваться. Включая торговые центры, где заодно можно прикупить и наркотики , и оружие , и проституток . В прошлом месяце полиция Мальмё призналась в том, что не в состоянии контролировать город. А без контроля, как известно, нет и суверенитета.

9. Швеция приближается к положению страны, «свободной» от евреев . Она стала опасной для евреев, идентифицирующих себя таковыми. Особенно в Мальмё. В Швеции осталось сейчас около 15 тысяч евреев – напуганных, прячущихся. Непонятно, что это за жизнь.

В 2010 году синагога в Мальмё подверглась нападению. С тех пор у евреев больше в этом городе места нет. Неслучайно Центр Шимона Визенталя рекомендовал с тех пор его не посещать. Мальмё теперь город антисемитский, в котором еврей, выглядящий соответствующим образом, непременно подвергнется оскорблениям и насилию. Поэтому многие еврейские семьи уже оставили страну. Небольшая часть перебралась в Израиль – в 2016 году из Швеции в Израиль прибыло 28 еврейских семей.

«Евреи ведут против меня кампанию», – заявила глава шведского МИДа Маргот Вальстрем, ещё одна известная шведская любительница евреев. И шведы, выращенные в атмосфере социалистического послушания, не возмутились, не стали задавать лишних вопросов.

То, что не удалось сделать нацистам, успешно претворяют в жизнь мусульмане. Евреи бегут из Швеции. Это 2017 год. И это – модель будущего для остальной Европы. Просвещение, ведущее к кострам и разрухе. Это – начало заката.

Фейерверк в память о прежних днях. Бои на салютных ракетницах посреди улиц Мальмё, новый 2017 год. Толпы «молодёжи» вновь захватывают общественное пространство, стреляя в прохожих, в том числе и в полицию. Злые инстинкты выплёскиваются наружу. Если бы они могли, они бы стреляли настоящими ракетами. Кто знает, может быть, скоро так и будет. Мальмё – это трейлер перед наступлением сирийского сценария.

Пока СМИ пугают общественность миграционным кризисом и развалом единства Европейского союза, транснациональные корпорации достраивают свой европейский Вавилон, где «будущая евразийско-негроидная раса, внешне похожая на древнеегипетскую, заменит разнообразие народов разнообразием личностей»: европейцы смешиваются с другими расами и народами и исчезают как национальные индивидуальности, а их элиты заменятся еврейской духовной кастой вождей.

Разрешая мигрантам жить по своим правилам, скандинавы нарушают собственные

Считается, что своим нынешним благосостоянием Швеция обязана именно мигрантам. В начале ХХ века сюда ехали из России, в годы войны - из балтийских и других Скандинавских стран, после, в поисках работы, - из Югославии, Греции, Италии и Финляндии. Улоф Пальме принял почти 50 000 беженцев из Чили, спасавшихся от режима Пиночета; от революции сюда бежали иранцы, а от войны - боснийцы, албанцы, сербы, хорваты. Теперь в Швецию едут из Эфиопии, Сомали, Эритреи, Ирака, Афганистана и других «проблемных стран», а также беженцы из Сирии, которых на душу населения в Швеции больше, чем в других европейских странах.

В последнее время приезжие селятся в определенных районах, где оказываются изолированными от шведского общества. О мигрантском гетто Ринкебю, где живут в основном выходцы из Африки и Ближнего Востока (и немного - из Югославии, Восточной Европы и России), написано немало. Одни утверждают, будто «белым» туда вход воспрещен, другие - что материалы о «маленьком Могадишо» тенденциозны и используются в пропагандистских целях. Будучи в Стокгольме, я решила увидеть все своими глазами.

Приезжая в Ринкебю, совершаешь путешествие из Швеции в другую страну. Здесь редко можно увидеть женщину с непокрытой головой, большинство носит хиджаб, но немало - и паранджу с узкой прорезью для глаз. Днем здесь совершенно спокойно, только вечерами становится тревожнее - когда на улицах появляются подростковые банды (но их и в Москве стоит обходить за километр). Местные жители довольно общительные, к любому можно подойти, расспросить, кто он и откуда, - поболтать здесь любят.

Все меняется, когда достаешь из сумки камеру. Как только местные распознают в тебе журналиста, становится опасно. Когда меня окружили женщины, пришлось вызывать полицию (самая агрессивная из них, дочь выходцев из Эфиопии, родилась уже в Швеции и учится в Упсальском университете). На мои вопросы, почему я не могу фотографировать, если законы Швеции разрешают мне делать это, я получила ответ: «Здесь свои правила».

Многие шведы заступаются за мигрантов, объясняя агрессию тем, что они устали от негативных репортажей. Но вообще-то сложно снимать позитивный репортаж на разбитую камеру. Кстати, в мировом рейтинге свободы слова, составляемом «Репортерами без границ», Швеция - на втором месте (все первые строчки поделили между собой Скандинавские страны). Это так, если закрыть глаза на то, что в некоторых районах журналист не может достать камеру, не рискуя получить в глаз.

Правда ли, что из-за мигрантов колоссально выросла преступность, шведские женщины вечерами боятся выйти из дома, а в темное время суток по улицам бродят банды грабителей с битами? Заголовки в российских СМИ такие, что кажется, будто тут конец света: «Изнасилованная Швеция», «Швеция в заложниках у мигрантов», «Банды мигрантов-насильников запугали Швецию», «Конец шведской идиллии: мигранты убивают и насилуют»… На самом деле Швеция остается одной из самых безопасных стран мира, а уровень преступности не превышает статистику десятилетней давности: количество преступлений среди коренного населения снизилось, а приезжие вернули прежние показатели. Впрочем, шведов преступность среди мигрантов мало волнует, так как чаще всего это не касающиеся их этнические разборки, торговля наркотиками и оружием (которое опять же пускают в ход друг против друга).

Гулять поздним вечером по мигрантским районам немного нервно, но только из-за их дурной славы и предубеждения против этнических мигрантов. А так здесь не опаснее, чем в Бирюлеве или Люблине. Что касается остальных районов, то там спокойно и ночами: сказывается сегрегация мигрантов и коренных жителей, богатых шведов и небогатых, эмигрантов прежних лет и новоприбывших.

На самом деле проблема не в преступности или перегрузке медицинских и социальных учреждений. В этом у Швеции - большой запас прочности. Проблема в том, что страна приняла столько мигрантов, что уже не может (во всяком случае, быстро) интегрировать их, растворив в себе. Изолированные от шведского общества, они организовывают «непризнанные республики», которые живут по своим правилам. Пока им это позволяется, все спокойно, но, как только власти покушаются на «независимость», случаются погромы. С одной стороны, мигранты не тревожат шведов, предпочитая лишний раз не выходить из своих гетто (в них им психологически комфортно, ведь не нужно меняться, подстраиваясь под новую родину). С другой, эти территории - как бы уже и не совсем Швеция. Со всеми вытекающими.

Разрешая мигрантам жить по своим правилам, шведы, как мне кажется, начинают нарушать свои собственные. Так, в рейтинге гендерного равенства (The Global Gender Gap Index) Швеция занимает 5-е место (впереди - Исландия, Норвегия, Финляндия и, внезапно, Руанда, согнавшая Швецию с насиженного 4-го места, а вот Россия занимает «почетное» 71-е место, между Доминиканой и Ганой). В рейтинге учитывается многое: равенство зарплат, представительство в парламенте и правительстве, доступ к руководящим постам… Тем удивительнее, что в Швеции женщины носят паранджу (в ряде европейских странах она запрещена), терпят побои мужей и могут быть отданы замуж в подростковом возрасте.

Утверждать, что женщины сами хотят носить черный балахон с сеткой на лице и прорезью для глаз - все равно что считать, будто им нравится, когда мужья бьют их смертным боем. Попробуйте пошутить на тему «бьет - значит любит» в присутствие шведов - вы будете заклеймены как мракобес и женофоб. Но если речь идет о мигрантах, многие неодобрительно поморщатся, но скажут: «Такие у них порядки». Но «у них» - это уже не у них в Африке или на Ближнем Востоке, а в Швеции. Так, женщина-мигрантка, которую избивал муж, обратилась в полицию, но полицейский посчитал, что не вправе вмешиваться, ведь «у них так принято». Другая проиграла суд, потому что присяжные, среди которых было много «новых шведов», оправдали ее мужа как «достойного человека из хорошей семьи». Апелляционный суд отменил это решение, но осадочек-то остался.

Есть, конечно, и другие истории. 13-летняя сирийская девочка пожаловалась в полицию, когда родители пытались выдать ее замуж за 27-летнего мужчину. Суд признал родителей виновными, девочку переселили в другую семью. Но сколько таких замужеств происходит в гетто - никто не знает. Правительство не проверяет (да и вряд ли может), а только распространяет листовки, объясняющие, что в Швеции жениться на детях не комильфо.

Шведы очень боятся прослыть расистами, ведь им, как и немцам, есть чего стыдиться: эксперименты в области евгеники здесь длились еще лет тридцать после падения нацистской Германии. Поэтому в беседах, опросах, интервью и публичных выступлениях они, как это всегда было принято, максимально доброжелательны и толерантны (весь ХХ век шведы были такими, сама история страны доказывает это). Согласно Gallup’s Migrant Acceptance Index, Швеция по-прежнему в десятке самых терпимых к мигрантам стран. Но на деле все не так радужно. На вопрос: «Что если вашими соседями будут мигранты?» - большинство отвечает: «Буду рад». Но при этом, как только число «новых шведов» в районе превышает 10%, шведы «старые» начинают переезжать. Так и появляются гетто…

В марте ООН опубликовала очередной рейтинг счастья (World Happiness Report), важную часть в котором заняло исследование зависимости счастья и миграции. Швеция в этом рейтинге - на высоком 9-м месте (хотя и ниже всех Скандинавских стран), а Россия - на 59-м, между Кипром и Казахстаном. Вот какие условия были названы исследователями, чтобы миграция не влияла отрицательно на климат в обществе: толерантность и настроения коренных жителей, количество мигрантов и их готовность коммуницировать и интегрироваться. С толерантностью у Швеции пока еще все в порядке, а вот масштабы и способность (или желание) мигрантов стать полноценными членами общества - под вопросом.

Впрочем, эти вопросы должны задавать себе шведы. А у российских СМИ немало тем и в собственной стране, которой далеко до «захваченной мусульманами Швеции». У нас зашкаливают преступность и количество убийств, много терактов, в которых гибнет огромное количество людей (в Швеции случился один год назад, и за рулем грузовика, раздавившего людей, был не сириец, а гражданин Узбекистана), высокая социальная напряженность, а в этнические гетто превратились целые регионы страны, живущие по своим правилам. Вместо того чтобы писать об этом, наши пропагандисты живописуют «закат Европы», устраивая провокации и тиражируя фейки. Неудивительно, что отношение к российским СМИ здесь - брезгливо-негативное. Если так пойдет и дальше, представляться российским журналистом станет опасно не только в Ринкебю.

В ходе журналистского расследования, которое провел шведский телеканал TV4 совместно с журналистом Радио Озодлик Сирожиддином Толибовым, стало известно, что сотни иностранцев работают в Швеции в рабских условиях.

«В Швеции существует скрытое от посторонних глаз некое невидимое общество. В этом обществе эксплуатируют трудовых мигрантов. Невидимая эксплуатация осуществляется везде – на строительных площадках, в школах, больницах, роскошных гостиницах и ресторанах», – говорит автор фильма Сирожиддин Толибов. По его словам, фильм рассказывает об узбекистанцах, которые незаконно устроились на работу за рубежом и в итоге попали в рабство.

Пассажиры прибывают в аэропорт Стокгольма. Вместе с тысячами туристов и местных жителей в страну проникают и мигранты без документов. Совместное расследование шведского телеканала TV4 и Радио Свобода позволило вскрыть схему, как мигранты получают налоговый номер, который позволяет устроиться на работу. Как минимум один из участников этой схемы в итоге устроился уборщиком в отделение шведской пограничной службы.

Это мигрант из Узбекистана.Он говорит, что знаком с человеком, который помогает нелегально получить работу в Швеции. Канал ТВ4 не раскрывает его личность. Голос и имя изменены.

«Мои друзья его знали. И друзья меня с ним познакомили. Тогда это было около двухсот долларов. Сейчас я не знаю, сколько надо платить», – говорит мужчина.

Сделка была заключена в библиотеке на окраине Стокгольма. Жасур передал свой паспорт и деньги человеку, которого TV4 называет Акмаль.

«Он попросил меня подождать. Сказал, что я смогу работать, открыть счет в банке и платить налоги», – рассказывает Жасур.

Акмаль зарегистрировал на имя Жасура старый автомобиль. Сделать это можно в национальном транспортном агентстве Transportstyrelsen. Оно пересылает данные в налоговую службу, потому что у Жасура нет шведского номера социального страхованиях. Взамен налоговая служба присваивает ему координационный номер, имеющий сходные функции. Наличие этого номера в корне меняет ситуацию.

«Вы можете обратиться в любую шведскую службу. Можно получить работу, открыть банковский счет, сделать регистрацию по месту жительства», – рассказывает сотрудница шведской налоговой службы Пиа Бергман.

Мы выяснили, что при фальшивой продаже автомобиля Акмаль указал, что живет в этом доме. По данным транспортного агентства, за последние три года на этот адрес был зарегистрировано более трех тысяч старых автомобилей. В разговоре с журналистами Акмаль сказал, что не занимается подобными вещами.

Большинство из примерно тысячи человек, получивших таким образом налоговые номера, мужчины, но было среди них и несколько женщин. Одна из них рассказывает, что женщинам, которые пытаются легализоваться по этой схеме, угрожает сексуальная эксплуатация. Мы не раскрываем ее имени, а голос изменен.

«Мне предложили работу, если я соглашусь неделю отработать бесплатно. Когда эта неделя кончилась, меня поставили перед выбором: или переспать с боссом, или никакой работы. Как тут выбрать? Многие женщины опускают голову и идут на это ради детей. Идут на это. Идут, потому что у них нет выбора. Им нужны деньги, чтобы растить детей. Но я не смогла на это пойти», – говорит она.

Судя по имеющимся документам, люди, которым Акмаль помог легализоваться через получение налогового номера, позже работали на стройке, в коммунальных службах и на предприятиях общественного питания. Некоторые устроились в университетскую больницу в Стокгольме или сюда, в крупнейший торговый центр в Скандинавии. Они рассказали нам, что работают сверхурочно, получая ниже минимальной зарплаты, а иногда им не платят вообще.

Такие рабочие места часто отдают на аутсорсинг различным агентствам. Мы обратились в эти компании, но там заявили, что умышленно никаких законов не нарушают. Но специалист по раскрытию мошеннических схем Андерш Бьоркенхайм настроен скептически.

«У них такая бизнес-модель, по крайней мере, частично. Они рассредоточивают этих людей среди других сотрудников. Никто ничего не спрашивает. У них есть координационный номер, может, даже банковский счет. По большому счету весь этот черный рынок – это работорговля при потворстве государства», – говорит Бьоркенхайм.

При этом, утверждает он, и работники, и работодатели нарушают закон. Бьоркенхайм показал нам объявления в интернете, открыто предлагающие покупку старого автомобиля для получения координационного номера, по-шведски Samordningsnummer.